двое. Тебе это прекрасно известно.
– Если ты еще не понял, то они были в этом городе буквально вчера. И ушли они через городские сиреневые ворота. Там ходит не так уж много людей, ты легко возьмешь след. Пески и магия тебе в помощь.
– А если откажусь? – спросил Рэмис, но обруч на его шее от такой дерзости почему-то не сжался. Зато Борг выхватил из ножен двуручный меч, но Зера тотчас же остановила порыв своего помощника легким движением поднятой руки.
– Рэмис, почему ты так не хочешь помогать мне? В последнее время ты стал просто невыносимым, меня это расстраивает, – голос девушки был ровным, спокойным, даже неподдельно грустным.
– А я отвечу. Мне надоело быть у тебя на побегушках. Ты спасла меня, что же, спасибо. Но я тебя об этом не просил. Давай заключим договор. Я найду тебе и Джоанну, и этого несуществующего Видящего. Взамен ты избавишь меня от этого, – Рэмис вновь схватился за обруч. – Мне надоело подчиняться тебе!
Наверное, будь на месте Зеры кто-то другой – уничтожил бы Рэмиса прямо здесь и сейчас. Но девушка вдруг узнала в этом бывшем человеке себя. Ей тоже никогда не хотелось подчиняться, ее это просто убивало! Быть у власти – вот что она действительно заслужила.
– Тогда докажи мне свою преданность, мой дорогой друг. Убей любого, кто встанет у тебя, а значит, у меня на пути. Приведи меня к Джоанне, живой или мертвой. Поймай Видящего и подари мне его силу.
– Такова цена свободы?
– Да, даю слово, – как и тогда, двенадцать лет назад, Зера протянула Рэмису руку, подтверждая сказанное. Но если сейчас она обещала мужчине свободу от себя самой, то в прошлый раз Зера действительно вытащила Рэмиса из мира на границе света и тьмы, превратив в демона, дав силу, могущество, долгую жизнь. Из обычного заклинателя она сделала его настоящим демоном с черным сердцем, жестоким, холодным, не знающим пощады.
– Но помни, Рэмис, – девушка резко и сильно сжала пальцами ладонь мужчины, пробив ногтями кожу до крови, – не вздумай предать меня, иначе пожалеешь о том, что живешь!
– Пусти, Зера, – тихо произнес Рэмис, в то время как алые глаза и вытянувшиеся клыки и когти сразу выдали в мужчине ту его сущность, которую он так пытался скрыть.
– Прекрасный взгляд! А-ха-ха! Показывай его почаще! Не зря я дала тебе силу! Демоны всегда забирают в свой мир тех, кто им нравится! А ты мне понравился, Рэмис. Пожалуйста, не разочаруй меня, – девушка довольно улыбнулась и все-таки разжала руку. – Борг, – голос Зеры резко изменился, став серьезным, – проследишь за ним.
– Я работаю один! – вскипел Рэмис, в его глазах продолжало взрываться пламя.
– Да неужели? Разве раньше у тебя не было ученика? – невинным тоном спросила девушка, задевая Рэмиса за живое.
– Это было в другой жизни, и тебе это известно, Зера.
– Госпожа Зера, – поправила она его и снова улыбнулась. – Отправляйтесь, мальчики. И помните, что я верю в вас, – насмешливо произнесла девушка.
Борг же за все это время не произнес ни слова. Он догадывался, что хозяйке что-то нужно было от Рэмиса, но никак не ожидал получить приказ отправиться вместе с ним на поиски принцессы и Видящего. Зера же, заметив недоумение и растерянность на лице помощника, мысленно обратилась к Боргу:
«Проследи за Рэмисом, я ему не доверяю. Да, он мне обязан за то, что я вытащила его из бездны, но я не могу на него положиться полностью. И не говори, что он сильнее тебя, я это знаю, но он ничего тебе не сделает, ему это невыгодно. Он выполнит все, чтобы получить свободу».
«Вы уверены в этом? Он столько лет в ней не нуждался, а сейчас…»
«Ты просто не видел, как Рэмис изменился в лице, когда услышал, что эта мелкая дрянь идет не одна, а с человеком, с Видящим. Почему-то мне кажется, что Рэмис не все договаривает».
«Думаете, он знает этого Видящего?»
«Вот и посмотрим, Борг, вот и посмотрим».
Глава одиннадцать
Оазис. Северная пустыня
На что похоже пламя свечи? Говорят, на замочную скважину, через которую пробивается солнце. Сейчас я видел целых два солнца. Одно ярким пламенем, так и не успевшим погаснуть за ночь, танцевало прямо возле моей головы. Второе пробивалось сквозь тканевые стены шатра. Я оглянулся по сторонам, но не заметил ничего необычного, кроме сладко посапывающей рядом девушки. Зарывшись головой в подушки, Джоанна наслаждалась сном: кажется, ей снилось что-то приятное – девушка едва заметно улыбалась. Я хмыкнул, и мое лицо почему-то тоже тронула улыбка. Странно это все, но мне начинает нравиться просыпаться не одному.
Я резко повернул голову – около входа в шатер нарисовалась чья-то тень. Кто-то стоял, но ни входить внутрь, ни уходить не собирался. Судя по высоте и ширине тени, это был мужчина крупного телосложения.
– Эй, ты долго там будешь дрыхнуть? Давай выходи. Не спишь же, – раздался шепот. И я, узнав его хозяина, поспешил подняться, накинул на себя платок и вышел наружу.
– Слушай, братец, – продолжил мой гость, – говорят, у нас тут появился вор, убивающий демонов. Он их прямо-таки чует!
– А может, он сам демон? – делано удивился я.
– Да нет. Говорят, что он их по запаху находит!
– Ничего себе! А имя-то у него есть? – совершенно серьезно спросил я.
– То ли батат, то ли банан, то ли…
– Сам ты банан, Джай[36]!
– А-ха-ха, привет, брат! – улыбнулся парень, и мы тут же скрестили руки и крепко обнялись.
– Свет твоему дому, брат, – ответил я и стал разглядывать своего старого друга. – Возмужал!
Джай был моложе меня на пять лет, сейчас ему должно было уже исполниться двадцать два.
– Ага, посмотри, как в плечах вырос, и руки стали крепче, и вообще уже выше тебя почти на голову, да и я готов потягаться с тобой в стрельбе из лука!
– Ой ли? – беззлобно спросил я. – Еще скажи, что и прославиться чем-нибудь успел.
– Конечно, брат! Я тут недавно такое дело провернул! Прямо в столице! Столько стражников было, а я раз – и как мышка. Вошел и выбежал!
– Джай, только не надо так кричать. Мы не на базаре. Однажды твой громкий голос и хвастовство выйдут тебе боком, – осадил я парня.
Молодой человек сразу приутих, но ничуть не обиделся на меня. Джай вообще никогда не сердился. Всю жизнь проведя под защитой отца, он только недавно начал ходить на одиночные вылазки. Нет, воровать у него получалось хорошо, работал он профессионально, тихо, бесшумно, плохо только, что по сторонам часто забывал смотреть.
