решила вопрос нехватки энергии? А уже привычным нам способом. Она поместила внутри катушек сразу три магических батареи! В теории их должно хватить, чтобы наполнить заражённого достаточным количеством энергии. И ещё останется в запасе.
Что уж говорить, в донорском центре всей моей маны хватило бы лишь на пять батарей. Это, можно сказать, верхняя планка. Лишь единицы в Спарте могут сравниться со мной в вопросе прокачки характеристик. Оттого и берётся запас в три батареи на артефакт.
— Начнём же эксперимент? — предлагаю я. Несогласных со мной не находится. Мы достаточно быстро освобождаем камеру.
Мы с Алисой снова встаём за стеклянной стеной. Тогда как Данте и Сквидвард провожают испытуемого к артефакту.
Где уже больного берут под руки змееглазые. Они кладут обессиленного мужчину на стол, а затем привязывают ремнями, чтобы испытуемый ничего не повредил по глупости или от волнения.
Как-никак, а прототип — крайне хрупкая вещица. Любая поломка, любой разрыв в проводке, и эксперимент может закончиться неудачей. Потому и меры предосторожности должны быть соответствующими.
Наконец, змееглазые также покидают помещение. Алиса приводит артефакт в работу. Массивные катушки издают едва различимый треск. Почему-то у меня возникает ассоциация с запуском андронного коллайдера. Никогда при этом не присутствовал, но волнения не меньше. Слишком уж важно для будущего значение этого эксперимента.
Искры и молнии уже в привычном мне танце заполоняют пространство вокруг.
Пациент въезжает на столе внутрь сверкающих катушек. Сквозь пелену света я могу видеть, как тёмно-синие пятна на мгновение отступают.
Победа? Нам удалось одолеть Сирию Смерть⁈ Сердце пропускает удар, когда артефакт издаёт протяжный писк. Пациент дёргается внутри катушек. Отступившие было пятна возвращаются с куда большей скоростью. «Чернила» яростно окрашивают кожу мужчины.
— Поток энергии недостаточно мощный! — восклицает Алиса. — Артефакт не может избавиться от паразитов! Он их кормит вместо этого! Слишком мала скорость прокачки.
Чёрт, только этого ещё не хватало!
— Остановите эксперимент! — рычу я. Змееглазые моментально исполняют мой приказ.
Свечение останавливается, и стол выезжает их недр катушек. А нашему взору предстаёт… мужчина, большую часть кожи которого поразили тёмно-синие пятна. Вместо того чтобы избавить пациента от Синей Смерти, мы только усугубили ситуацию.
Очередная ошибка? Очередной провал? Да как так-то! Я раздражённо стискиваю зубы. Что ж эта за дрянь-то такая⁈ Даже целого артефакта по передаче энергии недостаточно, чтобы избавиться от неё⁈
Сквидвард и Данте входят в камеру, чтобы подробнее изучить состоянии испытуемого. Спустя двадцать минут они возвращаются. Их доклад неутешителен.
— Синих пятен стало только больше, — вздыхает врач. — Мы лишь ускорили ход болезни. Паразиты, получив столь богатый всплеск энергии, тут же направили его на то, чтобы увеличить свою численность.
— Иными словами, машина убивает людей, а не исцеляет, — разводит руками Данте, — Быть может, мы ошиблись в наших выводах?
— Нет, принцип работы верный, — качает головой Алиса. Девушка остро переживает свой провал. — Это самой энергии недостаточно. Точнее, её0000 поток слишком слаб. Каким-то образом нам надо «оглушить» паразитов, а не кормить их с ложечки. Задача артефакта в том, чтобы создать мощный всплеск, а не степенно перекачивать энергию этим гадам.
Блондинка тяжело вздыхает.
— Вот только наших знаний в этой области недостаточно, чтобы создать подобный всплеск, — ворчит девушка. — Мы и так с Гайкой едва-едва додумались до того, как перенаправить поток вспять. Но как его усилить… это за гранью наших способностей. Даже Класс техномага тут не помощник. А уровень моего Класса, мага энергии, всё ещё недостаточно высок, чтобы столь умело контролировать поток.
— То есть главная проблема в том, что у нас нет того, кто сможет использовать энергию нужным нам образом? — задаю я вопрос. Неожиданно в моей голове появляется рисковая, но крайне любопытная идея.
— Угу, вот только где во всём Королевстве мы найдём игрока, что в состоянии так виртуозно управляться с энергией? — вздыхает Алиса.
Я и Данте переглядываемся меж собой. Похоже, мужчина без лишних слов понимает, к чему я клоню. В его взгляде читается немой вопрос.
На что я даю свой кивок.
Правитель Милана расплывается в кривом оскале.
— Игрока, — говорю я, — может, мы и не найдём. Но вот если виртуоза в области контроля энергии… быть может, у нас есть такой.
Алиса поворачивается ко мне лицом. Поначалу она не понимает, к чему я клоню. Но затем на её личике мелькает понимание. В её взгляде читается шок.
— Ты же не его имеешь в виду⁈ — спрашивает она.
— Его самого, — хмыкаю я.
* * *
На этот раз я прибегаю к помощи Чёрти-что. Всё же иметь дело с озлобленным на тебя духом-недобожеством без соответствующей поддержки за спиной — крайне опасное занятие.
Да и непродуктивное. Всём известно, добрым словом и со злым божеством за спиной можно достичь куда большего, нежели просто добрым словом!
Делаю вдох-выдох. И вот я оказываюсь в мире, созданном Чёрти-что. Всё те же серые равнины, покрытые пеплом, чёрный снег над головой. И полное безмолвие.
Сколько бы раз я не наблюдал этот пейзаж, каждый раз по спине пробегает табун мурашек. Ничего не пугает тебя так, как отсутствие… чего-либо. Жизни, звуков, запахов.
Так и мир Чёрти-что мне неприятен до самых чёртиков. Он пуст, совершенно пуст. И оттого он вызывает отторжение.
Но сейчас меня беспокоит не этот унылый пейзаж, а крутящий головой по сторонам гремлин, что сидит на земле. Да, гремлин. Коренастый, метр с кепкой, с длинным крючковатым носом, мелкими глазами, длинными руками и толстыми ножками.
Карлик, короче. Одет этот гремлин в деловой костюм. Ну, точно гоблин!
Наконец, этот незнакомец замечает, что он не один в этом пустом мире.
Хотя как незнакомец… так-то мы уже друг друга знаем. И это подтверждает сам гремлин, встретившись со мной взглядом и обвиняюще ткнув в мою сторону указательным пальцем.
— ТЫ! ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ⁈ Куда ты меня запихал⁈
— Не я, — усмехаюсь в ответ. — Она.
Я указываю на появившуюся словно из ниоткуда ёерти-что. Девушка в серебряной маске и латных доспехах хмуро складывает руки за своей спиной. От неё во все стороны выстреливает мрачная чёрная дымка. Чистейший ужас. Который окутывает гремлина, подобно путам. Тот кричит, крутит глазками из стороны в сторону, пытается высвободиться, но всё тщетно.
Лишь спустя тридцать секунд «демонстрация» подходит к концу. Гремлин падает на землю, рвано хватая воздух, а я же замираю в полуметре от него.
—
