и вскоре я оказался зажат в углу ринга, уперевшись спиной в канаты.
— Да эта козлина, похоже, притворялась тогда, изображая пострадавший вид, — дошло вдруг до меня, когда очередной удар в голову чуть не пробил мой блок, — Он понял, что бегать за мной не вариант, вот и сделал так, что я сам к нему пришёл, да ещё и в расслабленном виде. Хотя тут я и сам виноват. Недооценил соперника. Раньше времени поверил в свою победу, вот и огребаю сейчас.
Тут мне прилетел очередной удар коленом в корпус, заставивший меня поморщиться. Хреново дело. Я всё ждал, когда у этой твари силы закончатся, но пока он действовал в очень высоком темпе, не давая мне возможности ни выскользнуть из угла, ни контратаковать.
— Витольд, не сбавляй темпа! Добивай его сейчас, пока силы есть! Резче бей! Ищи бреши в обороне, активнее по корпусу работай! — рявкнул тут из-за канатов тренер, отчего я аж вздрогнул. Вот козлина! Как увидел, что подопечный побеждать начал, так сразу пластинку сменил. Будет ему потом рассказывать, что специально против новичка поставил, чтобы тот с гарантией победил и поверил в себя. А может, так и задумано было. Что ему до меня? Я у него даже не учусь ещё. А вот этот зеленоволосый козёл к нему несколько лет уже ходит. Естественно, любой тренер будет за своего ученика переживать. А меня, значит, он просто использовал… Ну, ничего. Думаю, я ещё смогу их удивить.
* * *
Витольд в бешенстве наносил удар за ударом по этой ненавистной физиономии, с которой на него так нагло смотрели голубые глаза, в которых, казалось, навечно поселилась усмешка, которую хотелось выбить оттуда чего бы это не стоило.
И он чувствовал, что был в шаге от победы, загнав соперника в угол, и буквально забивая его прямыми ударами, вот только тот продолжал стоять на ногах, весьма грамотно блокируя большинство ударов, и даже не думал сдаваться. Ну да ничего. Это лишь вопрос времени.
Он уже привычно нанёс удар в голову, который был заблокирован, и тут же удар коленом в корпус, и вдруг почувствовал, как нога угодила в захват, за которым последовал толчок, и через долю секунды он оказался на полу, а сверху на него навалилась туша блондина.
— Сюрприз! — жутко ухмыльнулся противник своими разбитыми в кровь губами, а затем, буквально оседлав Витольда, обрушил на него град мощнейших ударов.
Витольд ещё пытался какое-то время сопротивляться, вывернуться из-под тела соперника, но тот не дал ему такой возможности, крепко удерживая на месте, и как молотком заколачивая в голову удар за ударом, и после одного очередного такого удара сознание вдруг померкло, и он провалился в спасительное беспамятство.
* * *
— И что это за борьбу ты тут устроил? — хмуро спросил тренер, когда меня оттащили от валяющегося в беспамятстве Витольда, и помогли выбраться с ринга. Сам я от усталости даже ноги передвигал с трудом. Артём и несколько незнакомых парней чуть ли не на руках вынесли меня, и усадили на одну из лавочек в зале, после чего почти все присутствующие столпились вокруг меня и стали поздравлять с победой, пока их не разогнал подошедший препод, который был явно недоволен моей победой.
Только Артём остался стоять рядом, да какая-то смутно знакомая девушка чуть в стороне топталась, с интересом глядя на меня.
— А в чём проблема? — вопросительно поднял я вверх бровь, даже не подумав встать при его появлении.
— В том, что у нас рукопашный бой, а не борьба! — вспылил тот, — И ты сам должен понять, что выиграл нечестно! Я не могу засчитать такую победу.
— Да неужели? — зло усмехнулся я. Мои предположения оправдывались. Он вовсе не хотел моей победы, и не ожидал такого исхода боя, вот и бесится теперь, — А давайте вспомним правила, которые вы же сами озвучили нам перед боем? Запрещено использовать магию, кусаться, царапаться, хватать за волосы, пытаться выдавить глаза. Ну и где в этом перечне борьба?
— Это подразумевалось как само собой разумеющееся, — буркнул препод, недовольный моим замечанием.
— Да что вы говорите? — аж восхитился я, — Эдак можно к чему угодно придраться, заявив, что это само собой разумеющееся. Впрочем, мне плевать. Хотите, засчитывайте мне победу, не хотите — не засчитывайте. Мне пофиг. Ваше дело. Я насчёт вас выводы сделал, и заниматься к вам всё равно ходить не буду.
— Это почему ещё? — набычился он, в ожидании подвоха.
— Смысла не вижу, — охотно пояснил я, обратив внимание, как чуть в стороне греют уши несколько студентов, а значит, разговор уже к вечеру разлетится по всей академии, — Чему меня может научить человек, один из учеников которого, занимающийся у вас несколько лет, проиграл мне бой, и это при том, что я новичок в этом деле. К тому же, сам подход, что в поединке что-то там нельзя использовать выглядит крайне смешно. В моём понимании, для победы в бою нужно использовать все методы. Лично я, если будет такая необходимость, горло противника зубами перегрызу, но вам, похоже, это не понять. Для вас это прежде всего спорт, а не бой, а это значит, что ваши занятия мне не подходят.
— А не слишком ли много у тебя самомнения, парень, чтобы заявлять мне подобное? — хмыкнул препод, сверля меня колючим взглядом, — До этого на мои занятия никто не жаловался.
— Значит, я буду первым, — пожал я плечами, и я даже не лукавил, когда всё это ему высказывал. Ведь он же сам говорил, что главная задача его курса — научиться противостоять магам, когда ты сам по какой-то причине магией пользоваться не можешь, и тут же заявляет о каких-то ограничениях! Ну серьёзно, бред же! Когда твоя жизнь находится под угрозой — все средства хороши будут, без разбора, а не вот это вот всё, типа, кусаться нельзя, бороться нельзя… Если он действительно лучший тренер академии по боевым искусствам, то ситуация-то совсем хреновая… Странно, что никто этого, кроме меня, не понимает.
— Да как скажешь, — равнодушно бросил тут он, уже уходя, — Значит, нам с тобой не по пути. Минус десять тебе за дерзость. Даже если передумаешь, к себе я тебя не возьму. У тебя явные проблемы с дисциплиной и воспитанием. Курс тебе мой, понимаешь ли, не подходит. Ну-ну. Ты мне
