раздувались, когда он разжевывал кости. Закончив, он стер кровь с подбородка своей мясистой волосатой рукой и признательно рыгнул.
— Они посадят тебя назад в подъемник, — сказал он. — Не забывай, Снейкстафф из Секты Лжецов — я мог взять и больше. Скажи своим господам в далекой вышине, что Блок мог бы вообще не прислать ничего, кроме головы, и они все равно бы смогли узнать все, что необходимо.
Он схватился на край стула двумя руками, поднимаясь, пока натянутая проволока не впилась в его тело. Слизняк на его позвоночнике покачнулся, как язык церковного колокола. Я был слишком занят, ожидая смерти от переполнявшей меня боли, тошноты и потери крови, но все же расслышал, как он проревел:
— Это моя часть Ада! Здесь правлю я! И даже если бы сам великий Черный Господин спустился ко мне, я бы впился зубами и в его плоть. Да, прямо в хвост! Потому что я — палач! Я — мясник!
Он все еще свирепствовал, когда Медвежонок схватил меня своими цепкими когтями и вытащил из комнаты.
Пока они тащили меня назад по коридорам, где эхом отзывались крики, я сжимал изо всех сил свою покалеченную руку, но все равно терял слишком много крови. Я чувствовал, как кости запястья упираются в мою здоровую руку, но кроме этого невероятно странного и жгучего ощущения было еще одно: я знал, что все остальное тело понемногу сворачивает свою работу и сдается. Когда мы добрались до подъемника, заглохли даже крики мучеников, а нелепые лица Полли и ее банды стали, к счастью, казаться размытыми. Я ощутил новый прилив боли, будто обрубленную культю посыпали осколками стекла: это Медвежонок облизывал мою рану. Пока мы ждали, я то терял сознание, то снова приходил в себя. Может, прошла всего минута, а может, целый час, когда подъемник наконец приехал со стоном переполненного грузовика, въезжающего на крутой подъем. Дверь открылась, меня затолкали внутрь.
Подо мной собралась уже целая лужа крови. От вибраций подъемника я почти потерял сознание, казалось, что я иду по длинному, темному туннелю, в обратную сторону от света и надежды. Здоровой рукой я зацепился за стену лифта, из культи снова полила кровь. Я попытался выговорить название своего пункта назначения. Слова выходили из меня маленькими звуковыми пузырьками, точно кровавая слизь: «Красный… Город…»
Подъемник затрясло еще сильнее, от его движения меня бросало из стороны в сторону. Потом вокруг меня сомкнулся черный туннель моих мыслей.
Глава 21
КОНЕЧНАЯ СТАНЦИЯ
…Фистула, Протухшее мясо, Суп разбитых сердец, Пристань Флегетона… [34]
Я проснулся от звуков голоса подъемника, объявлявшего названия жутких мест, к которым мы приближались и которые проезжали. Давление в голове ослаблялось, хотя теперь это была не самая большая проблема. Пытаясь собраться с мыслями, я услышал, как голос объявил еще несколько остановок вдоль огненной Реки Флегетон. Я смог подняться и сесть, опершись спиной о трясущуюся стену лифта. Казалось, что, если собрать всю вытекшую кровь в одну лужу, она была бы сантиметра два-три в глубину. Я чувствовал себя, как разбитые песочные часы.
К моему притупленному удивлению, еще несколько пассажиров зашли в подъемник, пока я был без сознания; они представляли собой настоящее конфетное ассорти в маленькой дьявольской коробке: существа-звери, существа-пузыри и даже несколько почти человекоподобных созданий, одетых лучше, чем я привык здесь видеть. Я не мог долго смотреть на них, потому что пока так и не получалось толком сфокусировать взгляд, а они, казалось, старались сгруппироваться вдоль стены подъемника как можно дальше от меня. При других обстоятельствах меня бы это позабавило: ну надо же, брезгливые жители Ада боятся испачкаться в крови! Естественно, ни один из них не предложил помочь мне; я лишь удостоился взглядов, полных обыденного отвращения. Легко догадаться, что в Аду немного знают о сочувствии.
Когда моя голова наконец перестала кружиться чертовски быстро, я оторвал кусок от своих одежд и неуклюже перевязал обрубок руки полоской ткани, чтобы остановить кровь. Будь я сейчас в человеческом теле, даже в одном из улучшенных ангельских тел, я бы уже давно умер, но эта демоническая форма была прочной как минимум в том, что касается потери крови. Давление все снижалось, и если бы я не ощущал сильную слабость и головокружение, то точно чувствовал бы себя вполне здоровым. По крайней мере, по сравнению с последними несколькими часами моей жизни.
«Но, с другой стороны, — признавался я сам себе, — может, я чувствую себя лучше лишь потому, что я потерял почти всю кровь. Может, именно так ощущается смерть в Аду — самое лучшее, что случилось за весь день?»
Конечно, я не верил, что мне позволят умереть. Меня либо переработают в несчастную мусорную кучу, либо, если сочтут достаточно важным, отправят в адский цех подлататься, что еще хуже — ведь они наверняка заметят, когда все счетчики покажут сообщение: «ТРЕВОГА! ПРОНИКНОВЕНИЕ АНГЕЛОВ! УНИЧТОЖИТЬ!»
Подъемник продолжал дребезжать, замедляясь на остановках, где выходили и заходили пассажиры, и снова набирая скорость. Чем выше мы поднимались, тем больше людей заходило в подъемник. Высоты Флегетона, Нижняя челюсть, Сломанная кость, Пронзительные пустоты и еще множество названий, которые я не сумел разобрать из-за путаности мыслей. Когда мы начали подбираться к уровням Леты, [35]первым из которых был Нижний бассейн Леты, я поправил свою самодельную повязку, затянув ее потуже, и приготовился бежать или хотя бы ползти в безопасное место, когда подъемник доберется до пункта моего назначения.
Мы ехали вверх, мимо других остановок уровня Леты, потом через несколько нижних окраин Пандемониума. Из воспоминаний Ламех я узнал, что сам Красный город состоял из множества уровней. Объявляемые остановки звучали заманчиво: Трещина в заднице, Отвращение, Озеро Грязи, но наконец я услышал долгожданные слова — Озеро Стикс. Видите ли, все воды Ада связаны друг с другом, как части молекулярной цепочки ДНК — ну, по крайней мере, я именно так это себе представляю. И хотя воды Стикса протекали даже через самые нижние уровни рек Эреб и Тартар (кто знает, может, и сам Дьявол омывает в водах озера свои копыта), озеро доходит и до самых верхних уровней, а это значит, что мы добрались до Пандемониума.
Даже сквозь бред и слабость какое-то ощущение поразило меня. Некая странность. Можно было бы предположить, что если Дьявол находился в самой глубокой яме, где и происходила вся самая важная работа адских регионов, то именно там и построили бы свои дома все власть имущие демоны. Вместо этого
