но все же вполне узнаваемы — их также называют
невидимыми людьми и
богатырями. Основная особенность
доброхожих — это невидимость: «Они невидимые <…> Они кому надо — покажутся».
Важно, что такие персонажи характеризуются в сказаниях именно как люди, а не демоны. Статус подобных персонажей оказывается размытым: они то ли особенные люди (их считают добрыми и даже святыми), то ли нечистая сила.
Показываются доброхожие всегда в человеческом облике: это может быть человек в белой одежде или статный молодой муж в черном одеянии или военном костюме с блестящими пуговицами. Их мужественный вид, похоже, и стал основанием для именования их богатырями, хотя никакого отношения к богатырям из древнерусских былин они, разумеется, не имеют. Черный костюм с блестящими (золотыми, серебряным, стеклянными) пуговицами в белорусской и украинской традициях — стереотипный облик черта (возникший, очевидно, под влиянием западнославянской мифологии), но в данном случае этот образ был перенесен на совсем другой тип персонажей.
Происхождение доброхожих связывается с известным у восточных славян сказанием о многочисленных детях Адама, утаенных им от Бога, — считается, что за это Господь сделал их невидимыми. В некоторых случаях говорится, что это «с того света люди» или что они происходят из детей, умерших некрещеными.
С доброхожими можно столкнуться на перекрестках, в саду, на старых межах, во дворе, на пастбище и в лесу, но их основное место — дорога, а самая узнаваемая черта — движение, в котором они все время находятся. Самые узнаваемые образы доброхожих — это странник в белой одежде, молодой мужчина на коне или свадьба, которая стрелой движется по дороге. При этом дорога доброхожих может не совпадать с человеческой: «как им Господь покажет, так они и идут».
Главная опасность для человека в случае с доброхожими — нечаянно осквернить дорогу, по которой они передвигаются, например помочиться там или оставить на ней мусор, что сделать довольно легко из-за того, что она может проходить абсолютно где угодно — скажем, по саду или двору. За это доброхожие сурово наказывают.
Дорога через поле. 1889.
Muzeum Narodowe w Warszawie
Дорогу доброхожих можно узнать по тому, что там никогда не растет трава. Ее необходимо содержать в чистоте, чтобы не рассердить духов; также там нельзя ставить никакие постройки. К примеру, в одном из сказаний хозяин хочет поставить хату на дорожке, которая проходит через его двор, но мудрый строитель убеждает его этого не делать и построить дом немного в стороне, что оказывается правильным решением. Тем не менее свекор рассказчицы по недомыслию ставит на этом месте клеть — хозяйственную постройку.
…клеть попала на эту дорогу. В этой клети невестка спала. Сколько спала — все ей чудилось, казалось. Они же не любили, что на этой дороге [клеть поставили], эти самые люди, что звались богатырями. Где они ездят, там трава не растет, не будет расти. <…> Обыкновенная дорожка с земелькой — по этому признавали люди (п. Лядо Ветковского р-на Гомельской обл.)[40].
Запрет что-то строить, мочиться, находиться, спать на дороге мифологического персонажа у восточных славян обычно связывается или с домовым, лешим (вспомним северорусскую традицию не спать на лесной дороге — ведь по ней ездит леший) или полевым (нельзя спать на меже, по которой он ездит). Этот мотив на белорусско-русском пограничье может относиться и к доброхожим.
С доброхожими соотносится еще один сюжет, который у восточных славян обычно связан с русалкой или с женским лесным персонажем — лесовихой, лесной бабой: человек видит в лесу колыбель с одним или двумя голыми детьми. Из жалости он накрывает их чем-то из своей одежды (женщина — фартуком, мужчина — рубашкой). На выходе из леса его догоняет баба с распущенными волосами и в награду за добрый поступок одаривает его чудесным предметом (чаще всего нескончаемым свитком полотна, от которого можно отрезать сколько угодно, но нельзя разворачивать до конца). В одном из таких рассказов эта функция приписывается доброхожей, которая наделяет бедного старика вечной удачей в делах за то, что он накрыл ее детей своей рубахой.
…гонится женщина в такой рубахе, в длинном, белом всем: «Старик, бедняга! Подожди, подожди, голубчик!» Он оглянулся. «Ты моих деток спас? Это ты моих деток прикрыл? Что тебе дать за это? Или чтобы знать, о чем лес говорит? Или чтобы богатый был, чтобы во дворе у тебя богатство было? Или чтобы беды никакой не знать?» А он дрожит, испугался, век не видел таких людей. Так вот что ему было: целый век и кони велись, и зайцев у нас нет, а он набьет и несет домой (с. Старые Малыничи Чечерского р-на Гомельской обл.)[41].
При этом человека, который в подобной ситуации не только ничем не накрыл детей, но и грязно на них выругался, доброхожие жестоко наказывают тем, что все его собственные дети умирают, не дожив до года.
БЛУЖДАЮЩИЕ ОГНИ
Блуждающие огни — мифологические существа, которые в белорусской традиции появились под влиянием польской мифологии.
У западных и южных славян — католиков (словенцев и хорватов) блуждающие огни представляются в виде перемещающихся небольших человекоподобных бледных огоньков или свечек, из-за чего называются błędniki, błędne ogniki (пол.), świeczniki (пол.), světlonoši (чеш.) и считаются душами умерших людей, избывающих покуту (пол. dusze pokutujące) — посмертное наказание за грехи, которое дает душе умершего возможность после их искупления перейти в рай.
Кающиеся души. Ок. 1900.
Muzeum Narodowe w Warszawie
В народной интерпретации такие души также обречены отбывать назначенный им свыше срок покаяния на земле в виде блуждающих огней. Они встречаются на дороге в вечернее или ночное время и зовут человека за собой, заставляют блуждать, а также сбивают с пути, поэтому часто называются bludički (чеш.). Тем не менее такое существо может и помочь заблудившемуся человеку, проводить его до дому, если тот будет обращаться с ним вежливо. Более того, если человек после этого догадается помолиться, отслужить панихиду или хотя бы поблагодарить блуждающий огонек, находящаяся в нем душа заслужит прощение у Бога, прекратит свои скитания и переместится в загробный мир.
В брестских поверьях блуждающий огонь, встречающийся человеку в природном пространстве, осмысляется как ипостась души умершего или нечистая сила. Обычно он движется рядом с идущим, а потом внезапно уходит в сторону, где рассыпается и исчезает. К примеру, в одной гродненской быличке рыбаки, в темноте возвращающиеся с рыбалки, встречают такой огонек на мосту. Поравнявшись
