не объяснял при этом.
А еще через два дня на общем построении роты командир объявил, что руководством ополчения была раскрыта целая группа предателей и помощников нацистов. Кто входил в группу он не стал говорить. Но позже все равно все разведчики узнали, что группу возглавлял Борода. В подручных у него было три человека из ближнего окружения. Арестованы были также и еще несколько рядовых ополченцев в разных подразделениях. В том числе и два разведчика из их роты.
«Да, сколько веревочке не виться, а конец все равно будет. Неплохо сработали ребята. И хорошо, что я обратился к командующему. Теперь понятно, что это был последний толчок для их обезвреживания. Жаль, что никому не расскажешь всего», — размышлял разведчик, расхваливая сам себя за проявленную бдительность.
Прошло еще несколько дней.
За это время разведчик несколько раз встречался с Китом.
«Интересно. А по какой причине он на свободе? Это же одна шайка-лейка. Вероятно, я чего-то не понимаю в этой борьбе с внутренними врагами и предателями. Будем надеяться, что руководству виднее, чем мне в этом вопросе».
Однажды Стрелка срочно вызвал к себе Вихрь. Стрелок даже не мог представить, для чего тот вызывает его. Да еще, как сказал дневальный, срочно.
Первая мысль была та, что это все интриги Бороды. Когда по дороге к кабинету командира роты его посетила эта мысль, разведчик даже замедлил шаг. Но потом подумал, что, Борода уже никому и ничем не сможет навредить. Ведь он арестован. Потому он, несколько успокоенный, постучал в дверь кабинета командира роты.
Из-за двери донеслось:
— Входите.
Как только разведчик переступил порог кабинета, Вихрь, не здороваясь, обратился к нему:
— Формируется группа для операции в тылу противника. Как ты относишься к тому, что я включу тебя в состав группы?
— Положительно. А то я застоялся, как конь в конюшне. Лишний раз убедился, что от безделья можно свихнуться.
— Командиром группы назначен знакомый тебе Кит. Он хорошего о тебе мнения, как о разведчике. Но есть одно «НО», — он остановился и внимательно посмотрел на подчиненного. — Сейчас ты пойдешь за линию фронта в качестве снайпера. Как на это смотришь?
— Согласен. Я уже думал, что мои навыки снайпера не понадобятся больше никогда.
— Вот теперь настало то самое время. Командование хочет опробовать такой подбор группы, чтобы в ней были разные специалисты: разведчики, диверсанты и снайпера. Так, что тебе предстоит открывать новую страничку в истории нашей роты.
Он остановился и еще раз внимательно посмотрел на разведчика. Как будто раздумывал говорить дальше или не стоит. Видимо, решил, что должен сказать. Потому, что продолжил так:
— Но перед операцией в течение двух дней тебе придется потренироваться не просто снайпером, а снайпером — инструктором. Понимаешь, в роту направили одного человека. Он раньше был снайпером. И не плохим, насколько я знаю. Некоторое время назад был ранен. Тяжело ранен. Врачи даже вначале сказали, что он не сможет больше встать в строй. Парень долго лечился. И назло всем врагам оклемался. Прошел медкомиссию. Признан годным к строевой. Хочет продолжить воевать и именно в качестве снайпера. Сам понимаешь, он многое забыл. Много времени прошло, как он не упражнялся. Ему нужно восстановить форму. Поэтому я прошу, поработай с ним в течение оставшегося времени перед отправкой в тыл противника. Правда, хочу предупредить тебя, как предупредили и меня, парень очень своеобразный. Особенно после ранения и лечения. Поэтому ты с ним помягче, пожалуйста. У тебя есть два дня. Справишься?
— Конечно. Сделаю, все, что смогу. А где мне его найти?
— Очень просто. Сегодня Кит будет проводить инструктаж. Этот парень сам к тебе подойдет. Да, ты его легко узнаешь по снайперской винтовке, которую он получил и теперь не выпускает из рук. Боится, наверное, что отберут. Ты сейчас же пойди к старшине и получи у него снайперскую винтовку и все, что к ней полагается. Он в курсе. У тебя теперь будет своя винтовка. Ну, и автомат тоже не забывай. Может и он пригодиться. Кто его знает, что будет дальше. И какие распоряжения поступят.
— Разрешите идти?
— Давай, действуй! Я на тебя рассчитываю.
Стрелок вышел от командира окрыленным. Еще бы! Он уже начал думать, что делать дальше, из-за того, что его никуда не берут. А тут не только берут в разведку. Но еще и в качестве снайпера. О чем еще может мечтать человек на его месте? Сбылась мечта идиота. Давно ему не было так хорошо и даже весело.
«Наконец-то есть возможность заняться тем, что я знаю и умею, — размышлял про себя разведчик, направляясь к старшине за получением оружия. — Правда, давненько я не стрелял с оптикой. Но впереди еще пара дней, как сказал командир. Есть время потренироваться самому, и поднатаскать парня, которого я еще в глаза не видел. И, как я понял командира, если тот захочет этого».
Старшина, как обычно был в курсе всего. Он молча выдал разведчику снайперскую винтовку в сборе и два магазина к ней, а также три пачки — картонные коробочки с надписью «Снайперские», в каждой их которых находилось по двадцать патронов.
— Снарядишь магазины сам. А сейчас иди в класс. Там тебя уже ожидают, — старшина был, как обычно немногословен.
Стрелок так и сделал. По дороге он старался представить себе снайпера — напарника. Тот представлялся ему молодым, невысоким, худощавым, но как говориться, жилистым. В общем спортивным парнем. При этом должны были быть явные следы ранения. По характеру он представлялся тихим, спокойным, немногословным. Но при этом, как понял Мурат со слов командира, грамотным специалистом. И упрямым.
«Хотя упрямство не всегда плохое качество».
Рассуждая про себя, таким образом, он вошел в класс для боевой подготовки. Надо сказать, что все группы разведчиков, уходящие на задание в тыл противника, не зависимо от цели поиска или диверсии, за редким исключением, проходили инструктаж именно здесь.
Но Стрелок вдруг вспомнил инструктаж, который в свое время проводил тот же Кит во дворе расположения роты.
Хотя в классе, естественно, это делать было гораздо удобнее. Тут все было под рукой. И плакаты на стенах, и макет местности, расположенной несколько далее линии фронта, уже в тылу противника. На стенах висели инструкции по пользованию определенным видом оружия. И, конечно, уставы. Куда же без них в армии? Пусть даже не в настоящей, а только в ополчении. Но это ведь пока в ополчении. Они собраны из разных стран мира, на разных языках. Но, большинство на русском языке.
За столиком в классе спиной к входной двери сидел
