доспех? – подошел к первому претенденту Рус.
– Юша. Двадцать восемь лет. В дружинниках семь лет. Доспех мой.
– Один из лучших моих воинов! – влез вождь, нахваливая с целью повышения цены.
– Славян, проверь его.
Брат с готовностью выхватил меч. Вышли в круг и по команде Руса сошлись на мечах. Три секунды – и меч из рук Юши вылетел. Все с удивлением ахнули.
– Не впечатлен одним из лучших твоих воинов, – усмехнулся Рус вождю. – Даже боюсь представить, какие остальные, не столь хорошие в деле. Сдается мне, что твои люди – полные неумехи, если их на раз раскладывает мой младший брат, которому нет и двадцати.
– Еще раз! Пусть они сойдутся еще раз! Это была случайность, Юша просто опасался повредить твоему брату!
– Ну, один раз – не п…, не считается, пусть сойдутся во второй.
Юша во второй сходки вел себя гораздо осторожнее, и схватка затянулась.
– Достаточно, – остановил бой Рус.
Оценил доспех Юши. Ничего особенного, обычная кольчуга-футболка, латаная-перелатаная, если судить по не всегда одинаковым кольцам, и шлем-шишак без дополнительного обвеса.
– Следующий. Ты…
– Халява…
Дальше Рус уже не слышал, сложившись пополам от хохота. С трудом прекратив ржать, Рус попросил:
– Повтори…
– Халява… – начал проговаривать повторно свои данные воин, искоса и настороженно поглядывая на Руса из-за странной реакции на имя. – Тридцать три года, в дружине десять лет, доспех мой.
Рус, стиснув зубы, через которые то и дело прорывались смешинки, только махнул брату рукой, дескать, проверь, сам для надежности еще и рукой придавил рот.
«Прапорщиком будет… завскладом», – подумал он и снова зафыркал, содрогаясь всем телом.
– Что с тобой, брат? – тихо спросила Ильмера.
– Завязывать надо с настойками Дживы… – только и мог ответить Рус, ведь имя у воина по этим временам обычное.
Сестра понятливо кивнула. Некоторые лекарственные средства обладают побочными эффектами на психику. Халява, кстати, тоже лишился меча от ставшего у Славяна коронным финта.
Потом прошло еще два претендента от этого вождя, и началась торговля. За четырех воинов вождь требовал шесть аварских доспехов и комплектов вооружения. Рус напирал на дрянные кольчуги и предлагал оставить их вождю, а сверху, так и быть, пару шлемов накинуть.
В общем, процесс затянулся. Славян успел даже как следует отдохнуть перед следующим отбором с тестовыми боями. Несмотря на рану и усталость, он от этой обязанности не отлынивал. В итоге воины отдавали свои кольчуги вождю, от которого уходили, получая взамен аварские доспехи, а сверху Рус вождю отложил полный комплект.
С остальными сработала та же схема. В итоге в среднем на четырех человек Рус тратил пять комплектов. Как результат, потратив тридцать комплектов, он навербовал в дружину двадцать четыре опытных воина, доведя свою дружину до тридцати восьми человек.
Собственно, он взял к себе почти всех, кто готов был покинуть свои прежние дружины, забраковав всего несколько человек (парочка тупо не понравилась на рожу и еще троих из-за откровенной профнепригодности), невольно отмечая, как повезло ему с Великим вече, иначе восполнение дружины превратилось бы в тот еще квест.
Хотя брать себе неуживчивых людей, тем более собрав их всех вместе, – это стопроцентно создать гремучую смесь, что скорее рано, чем поздно взорвется и, возможно, приведет к взаимной резне, но Рус надеялся постепенно сгладить острые углы ершистых характеров своих дружинников с помощью того же гипноза.
Осталось еще десять комплектов. И вот под них он набрал десять новиков для Славяна. За них никому ничего платить не требовалось. В итоге (ведь Славян в ближайшее время уходить от старшего брата не собирался) Рус мог оперировать силой в сорок восемь человек, плюс они сами трое.
С такой силой при желании можно навести знатного шороха, осталось только окончательно выздороветь самому. Личинки делали свое дело, чистили рану, пожирая гнилое мясо, и скоро уже от них можно будет избавиться. Рус с нетерпением ждал этого момента, а то ведь эти твари, отожравшись, серьезно подросли, и то, как они шевелятся в ране, стало чувствоваться особенно отчетливо…
38
Славянское войско, в том числе Славян со всеми новыми дружинниками, наконец ушло отражать набег кутригурской орды, и городище опустело. Остались лишь жены со своими свитами и охранниками из престарелых воинов некоторых вождей с западных окраин, коим возвращаться в одиночку не слишком безопасно, но таковых насчитывалось немного, а значит, лишних глаз можно практически не опасаться, и Рус с помощью оставшейся с ним сестры (на большую войну ее не взяли, да она и не рвалась) наконец мог заняться некоторыми своими делами.
Первым делом он наведался к производителю керамики. Требовалось создать сосуды определенной формы, а главное, состава глины.
– Хочу сделать у тебя, уважаемый Добран, заказ особых… кувшинов, – сказал Рус главному гончару в городище.
– А чем тебе эти не годятся? – показал он на образцы работы своего семейного предприятия.
– Хотя бы тем, что у них крышек нет.
– Так сделаем!
– Но это меньшая из бед, мне нужно, чтобы у этих кувшинов был особый состав глины.
– А чем тебе эта глина не годится? – уже откровенно удивился гончар.
– Жар плохо держит.
– Это мои-то горшки жар плохо держат?! – возмутился Добран. – Да они…
– Тихо. Ты меня неправильно понял. Твои горшки для обычной печи хороши, тут спору нет, потому и обратился к тебе как к лучшему, потому как мне нужны такие, чтобы они держали совсем уж сильный жар.
– Зачем же тебе такие горшки? – чуть успокоившись, удивился мастер.
– А это уже не твое дело, – начал заводиться Рус, но усилием воли переборол вспышку гнева, тем более что присутствие сестры этому весьма способствовало: при ней выглядеть недостойно не хотелось.
Видимо, Добран что-то такое заметил, потому чуть отступил.
– Твое дело – сделать то, что я прошу, так, как я прошу, и из того, что я прошу, ибо я плачу за работу, а покупатель, как известно, всегда прав.
Что до денег для оплаты своих хотелок, то у него появились свои карманные деньги, полученные с продажи вина. Так-то он большую часть отдал в казну Пана, все-таки продал его вино, но отдал лишь немногим больше, чем стоило вино на рынке. А продал-то он щедрым аланам и не менее щедрым аварам чуть ли не в два раза дороже цены, по какой покупал сам Пан!
Кроме того, неплохой доход принесли наконечники от дротиков, которыми их забросали авары, а это больше сотни штук. Их раскупили влет.
– И что это за горшки?
– Ничего сложного. Нужен обычный цилиндр… Ну, длинное и круглое, как полено… Вот такой высоты. – Рус
