на него взгляд, после чего исполнилась очевидной решимости.
— Я пришла сказать… — начала она, выдавая волнение лёгкой дрожью в голосе, — что верю тебе. Верю, что ты не хотел причинить вред ни мне, ни остальным землянам… Робин Шорт рассказал немного о том, чем занимался капитан Дэвис вместе с доктором Жаном Робером. Это просто ужасно! Они замучили до смерти нескольких твоих… друзей… — Мишель стыдливо опустила глаза, словно была хоть в чём-то из вышеперечисленного виновата. — Мне жаль, что мы, земляне, не смогли показать тебе… вам свою цивилизованность и разум… Некоторые из нас действительно хуже животных…
Последнюю реплику Иноу не совсем понял, ведь бо́льшая часть животных Кирии были прекрасными существами, достойными восхищения и любви. Почему она сравнила такого мерзкого человека, как капитан Дэвис, именно с животным, кириянину было непонятно. Но он решил не уточнять…
— А ещё… — продолжила молодая женщина, вдруг дико смутившись, — есть ещё кое-что, что мне хотелось бы сказать… — её голос опустился до шёпота, и Иноу почувствовал, как сильно Мишель напряглась…
Что происходит?
Чувствуя, что должен ей помочь, Иноу схватил Мишель за руку, заставив вздрогнуть и поднять на него испуганно-недоуменный взгляд.
По телу кириянина побежали искорки, а кончики пальцев засветились. Так всегда бывало, когда он волновался: всплески энергии отлетали от его тела, потому что создавался её избыток. Кажется, он здорово успел впитать её из окружающей среды за считанные минуты…
— Мишель… прости меня за обман… — прошептал Иноу, трепетно смотря ей в глаза. — Я не думал, что произойдет всё так! Мне просто нужно было остановить действия капитана Дэвиса и его людей, но, когда я познакомился с тобой… — он замялся, как сущий мальчишка, так что Мишель невольно расслабилась и улыбнулась. А ведь совсем не отличается от человека! Те же эмоции, смущение, мягкость… А цвет волос и кожи совершенно ничего не значит… — Когда я увидел тебя впервые, то был поражён! Ты была такой… особенной, что я не мог не пойти за тобой следом. Пришел в твой дом и… захотел остаться в нём навсегда…
Иноу, всегда славившийся своими умственными и ораторскими способностями, не сумел выдать ничего лучшего этой сбивчивой и совершенно глупой тирады. Разве так объясняются любимой паре? Впрочем, в подобном вопросе у него совершенно не было опыта…
Но Мишель вдруг заулыбалась, и атмосфера вокруг наполнилась её удовлетворением.
Кириянин замер, трепетно наблюдая за выражением зеленых глаз и впитывая её эмоции, как свои…
— Ты уже не сердишься? — прошептал он, боясь даже дышать.
Она отрицательно мотнула головой, подтверждая его догадку.
Мишель зажмурилась, сделала глубокий вдох и на выдохе громко произнесла:
— Я люблю тебя… Иноу! Люблю…
Глава 51. Обоюдные признания…
Иноу протянул руку и робко коснулся лица Мишель. Его пробрало дрожью от осознания того, что прямо сейчас он прикасается к ней своем истинном облике. Голубая рука выглядела странно на фоне её белоснежной кожи, но он страстно хотел запомнить этот удивительный момент. Момент чуда…
Мишель призналась, что любит его. В это трудно было поверить, это не поддавалось никакой логике, но… было абсолютной правдой. Кириянин отчетливо ощущал её эмоции, которые окутывали его сознание и убаюкивали своим светом.
Она любит его! Она любит…
Ему бы ответить тем, же, но рот словно онемел. Иноу не помнил, когда вообще волновался в своей жизни настолько сильно. И тогда он просто потянулся к Мишель…
Прикинулся кончиками пальцев к скуле вызвал у молодой женщины ответную дрожь, потом аккуратно взял её лицо в свои ладони, после чего наклонился и порывисто её поцеловал.
Иноу уже умел целоваться. Мишель отлично научила его…
Она ахнула, но тут же трепетно ответила на поцелуй. Руки потянулись к его шее, ощущая непривычный для себя высокий рост кириянина и внушительную длину его волос. Зарылась в эти волосы пальцами, чувствуя, как по ним пробегают маленькие щекотные молнии.
Иноу обхватил руками талию молодой женщины и прижал её к себе. Поцелуй стал более страстным, дыхание сбилось у обоих, и Мишель пришлось приложить усилие, чтобы сохранить трезвость рассудка.
Она аккуратно отстранилась, тяжело дыша, и испытующе посмотрела Иноу в глаза. Непривычно было видеть настолько яркую синеву, но это её уже больше не смущало.
— Твой поцелуй означает… взаимность? — изумляясь собственной дерзости, спросила она.
Иноу вдруг покраснел, но заулыбался и ответил:
— Да! Ты моя пара, и я люблю тебя… Ты будешь со мной?
Мишель стоило бы уточнить: будешь КАК и ГДЕ? Но вместо этого она просто кивнула, осуществляя ранее несбыточную мечту Иноу…
— Буду… — шепнула приглушенно. — Лишь бы только мы это смогли…
* * *
Иноу порывался отвести Мишель с своему народу, представить всем свою прекрасную пару, но молодая женщина не захотела.
— Это слишком для меня, — простонала она, чувствуя, что чрезмерно устала от эмоциональных потрясений. — Мне нужно к детям…
Иноу кивнул и задумался.
Конечно же, он пытался решить вопрос их дальнейшего совместного будущего. Возвращаться в поселение пришлых не хотелось: ещё живы были негативные и тяжелые воспоминания об этом месте. Но… требовать от Мишель жить в Лесу он даже не собирался.
Она дитя своего мира. Ей будет крайне трудно приспособиться к жизни кириян. А вот он может всё. И менять форму, и учиться всему новому, и вытерпеть любой дискомфорт…
Поэтому решение было очевидным: он должен возвратиться в посёлок колонистов вместе с ней.
Единственное, что омрачало его радость, так это необходимость вновь набрасывать на себя личину Яна Вернера. Но разве это не ничтожная цена его невероятному счастью?
Приняв окончательное решение, Иноу облегчено выдохнул и произнес:
— Идем домой, Мишель… — он подчеркнул слово «домой». — Обещаю, что буду для тебя очень хорошим мужем…
Молодая женщина смущенно улыбнулась, но потом о чем-то вспомнила, и взгляд её помрачнел.
— Ты можешь отвести меня на могилу Яна? — спросила она, испытывая потребность попрощаться с бывшим мужем.
Иноу эта идея не сильно понравилась, но он не стал спорить. Кивнул, говоря:
— Да, конечно, она здесь недалеко…
* * *
Мишель смотрела на кучу камней с содроганием. Эта могила выглядела странно, непривычно и вызывала ужас. Здесь лежат останки ее мужа? Несмотря на то, что он был тираном в последние годы, ей стало его искренне жаль.
Не прийти в это место она не могла. Чувствовала, что должна сказать ему хотя бы несколько слов напоследок, хотя он вряд ли их услышат.
— Ян… — прошептала молодая женщина, делая шаг вперед, — я прощаю тебя… Знаю, что тебя убил капитан Дэвис, и он уже поплатился за твою смерть… Мне
