Конечно, ладью удалось сдвинуть с места не с первого раза. Воины, которые заметно оживились, но, воспитанные строгим Ахаром и Паргом, не стали обсуждать необычные размеры и форму корабля, уперлись в бок посудины и постарались на счет «два-три» перетащить ее через каменную преграду. Но это оказалось не так просто — лодка была тяжеленная, хотя прибывающая вода, достигавшая альвам до колен, слегка приподняла ее над галечным дном. Вепрь, который объявил перерыв, послал Нырка и Кифра, которого ради такого экстренного случая даже сняли с караула, срезать несколько тонких Молодых деревьев в ближайший лес. Свежесрубленные колья уперли под днище и повисли на них попарно: Нырок с Шельгом, Хельви с Толивом, Тар с Кифром — под мудрым руководством алхина, который пытался тянуть за кольцо, вделанное в нос лодки, через которое проходи» ржавая цепь, когда-то приковывавшая ее к скале.
Наконец она дрогнула, дернулась, точно живая, с противным скрежетом перевалила через ограду и плавно закачалась на волнах озера. Вепрь, который не отпустил вовремя кольцо, оказался по пояс в воде, но не растерялся а ловко подтянулся и перелез в посудину.
— Идите сюда! Тут почти сухо! — крикнул он остальным, появляясь на борту подрагивавшей лодки.
Видно, он не нашел веревки или цепи, которой можно было бы притянуть лодку к берегу, а у воинов ничего подобного и подавно не было. Поэтому, опасаясь, как бы посудина не уплыла, альвы и Хельви бросились в воду, Вепрь, нагнувшись над волнами, помогал товарищам влезть внутрь. Вскоре на берегу остался лишь Тирм. Бедный пес искренне опасался входить в озеро, однако он понимал, что хозяева могут оставить его одного на этом безлюдном и полном опасности берегу, если он немедленно не присоединится к ним. От страха и отчаяния он громко завыл, и тут же откуда-то со стороны леса ему ответил еще более жуткий и протяжный вой. Он стал последней каплей — Тирм, мигом переборов боязнь, ринулся в волны, странно подпрыгивая, доплыл до борта тяжелой ладьи, и здесь его подхватили сразу шесть рук Воины втащили мокрого пса на борт, и он тут же уткнулся головой в колени Тара.
— Ты же говорил, что нам некого опасаться в рощах богини Зорь? — прокричал Хельви, обеспокоенный услышанным воем.
— Так мы покинули рощи и сейчас находимся на Теплом озере. Тут можно повстречать кого угодно. Не веришь мне — сверься с картой, — громко ответил ему Тар и, вытащив из-за пазухи переданную наместнику свельфом вышивку, помахал ею над головой.
Но у принца не было времени сверяться с картой — он не мог отвести взгляда от берега. Кто-то огромный и очень сильный бежал через густой лес прямо к скале, от которой отплыл отряд. Верхушки деревьев исчезали, поваленные в разные стороны. Видно, протиснуться между деревьями противник не мог. К счастью, лодка не просто осталась на воде около берега — довольно мощное течение носило ее все дальше к середине озера. Вепрь попытался вытащить огромное весло, лежавшее на дне посудины, и ,о ему почти удалось с помощью Кифра, однако в последний момент они не смогли удержать окаменевшее бревно, и оно с шумом и плеском упало за борт.
— Тут есть что-то вроде руля, — закричал Шельг, убирая ладонью мокрые пряди, налипшие на лоб. — Какой дурак назвал это озеро Теплым!
— Холодна водичка? — усмехнулся Вепрь, утирая брызги с лица и посматривая вместе с наместником на берег.
— Попробуй повернуть его влево! — прокричал Тар, стоявший на корме.
В этот самый момент на берег выкатились гриффоны. По мятым доспехам, а еще, скорее, по огромным топорам Хельви понял, что видит перед собой старых знакомых. Именно эта парочка захватила их с Ахаром возле выхода из подземных владений водяного князя. Едва ли они спешат за наместником, чтобы отблагодарить его за «доброе» дело. Наверное, они выкопали огромную яму в поисках спрятанного сокровища неизвестного Усача. Жаль, конечно, цепочку, которую пришлось отдать верзилам в доказательство, снова вспомнил Хельви.
— Вернись, вернись сейчас же, ста! — заорали дурными голосами гриффоны вслед отплывавшей лодке.
Они бросились к воде, однако не рискнули сунуться в грозно разбивавшиеся о скалу волны. Шельг, навалившись на странную загогулину, которую он принял за руль, сумел сдвинуть ее с места, и ладья, резко накренившись, взяла курс на далекие горы. Не удержавшись, путники закричали от радости. Взбешенные гриффоны в ярости рубили топорами прибрежные валуны, однако никто уже не обращал на них внимания. Даже Тирм оторвал наконец голову от колена Ожидающего, которого, к легкой зависти Хельви, раз и навсегда решил считать своим главным защитником, и осмелился тявкнуть в сторону удалявшегося берега и тамошних монстров.
Наместник уселся на высокую скамью. Он лишний раз убедился, что лодка была сделана явно не для альвов или людей — ноги сидевших воинов не доставали до дна лодки, а что до гигантского весла, которое утопил Вепрь то работать им должна была рука гораздо более мощная чем даже лапа гриффона. Неужели это в самом деле наследие ушедших богов? Но сколько лет простояла она на причале возле Теплого озера? Почему тяжелая древесина не развалилась до сих пор под ударами холодных волн? Хельви почувствовал, что сильно замерз. Короткое купание в совсем не теплой воде и сильный ветер, продувавший каждую щель в лодке, грозили превратить членов отряда в живые льдышки. Воины сидели нахохлившись, словно воробьи глубокой осенью, когда проливной холодный дождь льет с утра до вечера. Берег с гриффонами медленно уплывал из вида, вопли громил становились все тише и малопонятней.
— Бойцы, садитесь ближе друг к другу. Нужно согреться,—скомандовал Тар, хотя зубы у Ожидающего стучали от холода не меньше, чем у любого другого пассажира лодки. Никто не стал спорить с Младшим — Хельви без лишних церемоний прижался плечом к сидевшему рядом Толиву, тот — к Нырку, и вскоре альвы и люди сбились в плотную кучу посреди ладьи. Где-то внизу громко дышал Тирм.
Однако так просто холод было не обмануть. Он под— ступал медленно, но верно, обнимал за ноги, бил по пояснице и тряс за подбородок. Бойцы пытались растирать постепенно леденевшие ступни и кисти, но вскоре оставили это бесполезное занятие. Запасной сухой одежды у них не было, поскольку мешки промокли насквозь, когда воины пробирались в лодку. Наконец даже Тар бросил тереть посиневшие уши и бессильно привалился к корме. Хельви закрыл глаза. Казалось, даже мороз от' ступает перед страстным желанием заснуть, но наместник понимал, что это только приблизит конец. Он попытался следить за волнами, которые перекатывались за бортом ладьи. Черная гладь вдруг расцветилась сонмом цветных искр, и человек увидел Сури. Красавица в венке из полевых цветов брела между стальных волн, улыбалась Хельви, и наместник, понял, что он уже крепко спит. Он захотел пошевелить рукой или ногой, но не смог. Сури подошла совсем близко, ее бирюзовые глаза оказались напротив синих глаз человека. Наследница провела нежной ладошкой по щеке Хельви.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
