встречен напряжёнными взглядами полицейских, стоявших у дома.
— Молодой человек, а вы кто? — окрикнул меня один из сотрудников с погонами майора.
— Яхозяинэтогодома, — остановился я возле него.
— А машинка эта, у вас откуда? — продолжи онсвои вопросы, не сводя с меня прищуренный взгляд из-под кустистых бровей.
— Машинка? — оглянувшись на высоченный пикап, я хмыкнул. — Подарок Кирилла Борисовича.
— Ладно, — махнул полицейский рукой. — Проходите.
Дома кипела жизнь. Незнакомые мне люди бегали по первому этажу. Во дворе строили сцены и поднимали навесы, где будет, располагаться стол для закусок. Видел и Мстислава Никитича, он что-то показывал на сцене, где должны были быть музыканты. Махнув рукой на происходящее, я вернулся в дом. Какие-то дородные дамы, в очень старых платьях горничных руководили небольшой группой девушек, убираясь в доме. Показывая пальцем, какую-то едва заметную пылинку или грязь.
Какие-то непонятные мужики в грязных спецовках, двигали статуи и цветочные вазы по коридору.
И мне было бы абсолютно наплевать, на происходящее в доме, не найдись во всём этом бардаке одного лощёного хлыща, который решил испортить моё настроение.
Он поймал меня в коридоре второго этажа, перед моей комнатой.
Схватив за плечо, поволок к лестнице.
— Я же сказал, чтобы не одно ничтожество сюда не смело сюда подниматься! Тут комната для императора готовится и вы, уличный сброд вздумали портить это священное место своим присутствием!
Я был настолько обескуражен происходящим, что пришёл в себя, лишь когда пролетел вниз головой один лестничный пролёт и ударившись в небольшой постамент, уронил какую-то древнюю вазу. Разлетевшуюся на сотни осколков.
— Охрана! Вышвырните этого негодника из дома! — крикнул этот неизвестный тип, перегнувшись через перила.
Поднявшись на ноги и с сожалением оглядев пиджак, которому оторвали рукав, я со злостью посмотрел на стоявшего наверху мужчину.
Немолодой, с зализанными назад волосами цвета соломы, в чёрном фраке, поперёк которого была нацеплена какая-то синяя лента.
Посмотрев на бежавших по лестнице ко мне двух охранников, я сложив руки за спину, поднял вопросительно брови. Мол вы ничего не попутали.
Наткнувшись на площадке, на меня, они растерянно переглянулись.
— Вы чё встали бестолочи! Понабрали уродов по объявлению! Схватите его!
— Вон того типа, во двор ведите, — кивнул я на ругающегося наверху хлыща.
Сам же спустившись вниз и наслаждаясь криками и угрозами, которыми сыпал тот неизвестный тип, пока мои ребята его крутили, вышел на улицу.
Где встретился взглядом с Мстиславом Никитичем.
Он сидел в правой беседке и попивал что-то из чашки, в окружении нескольких человек.
— Мстислав Никитич! Можно вас? — крикнул я, махая руками.
Кивнув, он поставил чашку и в сопровождении окружавших его людей направился ко мне.
— Что у тебя? — произнёс он. Но был прерван орами человека, которого тащили под руки. — Сергей, что происходит? — нахмурился старик.
— Сюда кидайте, — махнул я своей охране, кивнув на пустое место у своих ног.
— Да что вы себе позволяете уроды?! Да вы хоть знаете, кто я такой! — верещал мужик, плюхнувшись на землю.
— Рот закрыл, — произнёс я со злостью, пиная его в живот.
Пока он издавал стоны боли, люди окружавшие старика, качнулись вперёд.
— Стоять! — вскинул руки глава тайной канцелярии.
— Мстислав Никитич, почему вы позволяете, происходит такому на ваших глазах, — простонал с земли хлыщ.
— Да заткнись ты уже убогий, — нанёс я ещё один удар.
— Я СКАЗАЛ СТОЯТЬ! — прогремел Мстислав.
Отчего на нас посмотрели все, кто находился во дворе. Удержав за плечо ринувшегося на меня парня из его сопровождения. — Сергей, хотя нет. — присев перед мужчиной, ондождавшись, когда тот сфокусируется на нём. — Николай Сергеевич, объясните, почему вы валяетесь во фраке на земле.
— Я…этот безродный, этот придурочный, поднялся на второй этаж! А вы знаете, что я запретил всем подниматься туда! Ай! — замычал он очередного удара.
Безродный блин. Прибью придурка. Запрещать он мне тут будет.
— Сергей, прекрати, — пытаясь скрыть усмешку, поднялся на ноги старик.
— Чё прекратить-то? Я этого придурка на ноль сейчас помножу. Будет ещё мне какой-то хлыщ указывать, что делать в МОЁМ доме, — кипел я от злости.
— Да ладно тебе, он от незнания, — миролюбиво проговорил старик, кивнув своему окружению.
Сразу же двое человек ринулись помогать лежавшему на земле, подняться на ноги.
— А швырять меня со второго этажа по лестнице тоже от незнания? Или от незнания порвать мой пиджак?! — пожал я плечом, где не хватало рукава. — Или от незнания он решил разбить мной, какую-то древнюю вазу из моей же коллекции!? Знаете, Мстислав Никитич, я вас лично уважаю, но этот придурок, просто незнанием не отделается.
— Да как ты смеешь щенок врать про меня! — взвизгнул мужчина.
— Николай Сергеевич, это правда? — нахмурился глава канцелярии.
— Да кому вы… — заюлил мужчина.
— Да или нет?! — в голосе старика сквозил холод.
— Да, я его вышвырнул! У меня не было никого, на этаже кто мог бы помочь. В противном случае я бы и пальцем это отребье не тронул. Нарожали всяких придурков…А мне мучатся с ними.
Бум! Моя раскрытая ладонь влетела ему в нос.
— А-а-а-а-а! — завыл он от боли.
Я же согнулся от боли и рухнул на колени, мне по печени прилетело анатомической железной дубинкой. На глазах выступили слёзы.
— Убью урода, — прохрипел я. Во мне закипала злость, перемешиваясь с яростью.
По рукам пошла волна холода.
— Сергей! Стой! Сергей! Бегите! Бегите отсюда! — раздался отчаянный крик старика.
Бабах!
24. Наказание или подарок?
По двору прокатилась волна холода. Покрывая жёлто-зелёную траву инеем. Вокруг меня началась вьюга.
Небо обложили тяжёлые снеговые тучи, и оно приобрело серый цвет. На улице стало пасмурно.
Мелкая снежная крошка стала сечь мне лицо.
— Сергей, прекращай! — раздался позади меня голос Мстислава Никитича. — Не нужно создавать проблем с пустого места.
— Оскорблять меня, это пустое место? — ледяным тоном произнёс я, поднимаясь на ноги.
— Он понесёт наказание от руки императора. Не тебе совершать суд над этим человеком, — произнёс старик, встав за огненным куполом, окружающим меня.
Во двор вбежало десяток полицейских. Которые растерянно смотрели на происходящее.
Посмотрев по сторонам, на вооружённых людей, взявших меня в прицел и ползущего по земле в сторону дверей хлыща, я лишь хмыкнул.
— Вы очень наивно полагаете, что я буду прислушиваться к вам в этомвопросе, — «выстрел» и вокруг ног щегла появилась ледяная цепь, прижавшая его к земле.
— Сергей! — в голосе старика слышался металл.
Очередной «выстрел» и лежащего на земле мужчину начало вдавливать в землю, разрезая его ноги, заставляя его заорать от боли.
— Ты зря это сделал, — с сожалением произнёс Мстислав Никитич, морщась от стоявшего ора. — Тебе придётся отвечать за свой поступок.
