Примерно через месяц, в конце августа, Марина приболела. Она стала жаловаться на недомогание, головокружение и тошноту. Так как учебный год ещё не начался, и работы было немного, после трех дней пребывания в таком состоянии на работе, Марина отпросилась у заведующего кафедрой на пару дней. Олег заволновался не на шутку и начал уговаривать её обратиться к врачу. Марина только морщилась и просила её не дергать, а дать спокойно перележать, ссылаясь на то, что это всё от жары. Снежану забрали к себе родители Олега. У мамы отпуск ещё не закончился, и она рада была провести это время со Снежаной. Пока Олег был на работе, в голову ему лезли всякие глупые мысли, и он готов был звонить Марине чуть ли не каждый час. Он никак не мог дождаться конца рабочего дня. Перед тем, как идти домой, Олег позвонил Марине в очередной раз. Она уже начала на него тихонько рычать:
– Разданов, ты дашь мне спокойно полежать? Я только за книжку возьмусь, а тут ты звонишь и меня отвлекаешь!
– Я домой иду. Хотел узнать, вашему величию ничего не угодно?
– Ну… ну… – Марина смягчилась. – Нашему величию угодно креветок, маслин и чего-нибудь сладкого. Например, маленький тортик. Только совсем маленький.
– А если тортика не будет?
– Тогда пирожных, только чтобы много крема было. Через сколько тебя ждать?
– Ну, в течение часа. Это с учетом захода в магазин.
– Хорошо, тогда я, пожалуй, поднимусь и приготовлю салат. Мама со Снежанкой приходили и принесли таких отличных помидорчиков, что просто пальчики оближешь! Я уже половину съела.
– А самочувствие как? – поинтересовался Олег.
– Так же, как и раньше, – вздохнула Марина.
– Тогда лучше полежи, я вернусь и приготовлю всё сам, а потом подам тебе всё в лучшем виде в постель. Кстати, насчет креветок, маслин и торта. Тебя мутить сильней не станет?
– Олежек, если я этого не поем, то уж точно умру, – заверила его Марина.
– Не умирай. Я всего тебе принесу.
– А салат я всё-таки сделаю сама. Мне лежать надоело.
Всю дорогу домой Олег ломал голову над тем, что же всё-таки происходит с Мариной. А ещё он никак не мог понять, что за сочетание было выбрано для сегодняшнего обеда. Креветки с маслинами выглядели несколько странновато.
Дома Олег застал Марину на кухне. Она заканчивала готовить салат, мурлыча что-то себе под нос. Увидев мужа, она радостно улыбнулась и, став на цыпочки, поцеловала меня в нос. Он тоже поцеловал её и отрапортовал:
– Ваше величие, ваше приказание выполнено и всё притащено! Маслины испанские, креветки норвежские, торт «Птицыно молоко». Подойдет?
– Подойдет. Только непонятно, как ты птичку доил.
– Ну, пришлось постараться. Я ещё успею под душ?
– Конечно. Десять минут в твоем распоряжении. А потом за обедом я тебе расскажу приятную новость.
– Ты до обеда расскажи мне, как ты себя чувствуешь? – Олег с тревогой посмотрел на её бледное личико.
– Во время обеда, – повторила Марина и загадочно улыбнулась. – Иди, а то останешься голодным.
Когда Олег вышел из душа, стол был уже накрыт и Марина ждала его. Сочетание из того, что Олег принес, и салата было действительно несколько странным, но довольно пикантным и вкусным. Марина ела, кажется, с аппетитом, что Олега обрадовало.
– Мариночка, а что ты обещала мне сказать? – спросил он, отправляя в рот очередную креветку.
– Приезжает из Ленинграда мой двоюродный брат. Сегодня в десять вечера.
– Как я понял, их нужно поехать встретить?
– Можно и так. Если ты возьмешь у папы машину, можем и поехать. Мать и Люба готовят грандиозный прием. Люба уже Серегу на рынок за фруктами отослала.
– Хорошо, я возьму у отца машину, и поедем встречать твоего брата. Надолго он приезжает?
– На неделю. Мы не виделись уже три года. Он даже на свадьбу ни к Любе, ни к нам приехать не смог.
– Вы очень дружны?
– Да. Просто у Андрея такая работа, что ему очень сложно даже на несколько дней вырваться. Зато теперь он, наконец-то, пошел в отпуск и приезжает на целую неделю.
– Я рад, что ты повеселела. И, всё-таки, как ты себя чувствуешь?
– Олежек, а давай мы возьмем тортик и пойдем в комнату? – лицо Марины стало очень таинственным и немного лукавым. – А потом, когда мы съедим тортик, я так уж и быть, вымою посуду.
– Я сам вымою. Если хочешь есть тортик в комнате, идем в комнату. Только скажи, как ты себя чувствуешь.
– Там и скажу. Моему величию угодно покормить вас с ложечки. Ты посмотри здесь голубки такие заманчивые.
– Совершенно бестолковый рисунок, – Олег критически посмотрел на кремовых голубков. – Может это всё и вкусно, но голубки… купечеством попахивает.
– Фи, какой ты! Нет в тебе романтизму! – Марина сделала губки бантиком и потупила глазки. – Это же так романтично – голубки, розочки, сердечки, стрелочки! Сюда бы ещё парочку амурчиков.
– С голыми попками.
– А хоть бы и так.
– Не поместятся. Попки у них, обычно, толстенькие, а тортик маленький.
Марина первая поднялась из-за стола, взяла тарелку с тортом и направилась в комнату. Олегу ничего не оставалось делать, как идти следом. Здесь было довольно прохладно. Шторы были задернуты и шевелились от слабого ветерка. Олег блаженно растянулся на разложенном диване. Марина села рядом, поджав ноги по-турецки. Только кормить она Олега начала не с ложечки, а с пальца. Раз облизывала палец с кремом сама, другой давала его облизать Олегу. Обычно, когда она вытворяла подобные штучки с пальцами, на нем штаны трещать начинали. Сегодняшний день исключением не был. По-видимому, Марине стало немного лучше, раз у неё было такое игривое настроение. Она от всей души намазала его губы кремом и начала его слизывать. У Олега не то что штаны затрещали, а всё начало расплываться перед глазами. Он предпринял последнюю попытку вернуться к делам насущным.
– Мариночка, ты не сказала, как себя чувствуешь, – спросил Олег, пока она в очередной раз набирала на палец крем.
– А ты как? – она низко склонилась и всё так же лукаво посмотрела на мужа.
– Как я могу себя чувствовать в подобном положении, да ещё и когда ты со мной такие штучки откалываешь? Солнышко, не хулигань, побудь секундочку серьёзной, – попросил Олег.
– Не хочу, – она снова намазала его губы кремом и начала крем слизывать.
– Мариночка, перестань, давай поговорим! – взмолился Олег.
– Тебе что, плохо? – она на какое-то мгновение прекратила своё занятие.
– Плохо?! Да я сейчас просто отключусь и уже ни о чем серьёзном думать не смогу! Я же пытаюсь, пока ещё чуть-чуть голова работает, узнать, как ты себя чувствуешь! Ещё пара секунд и меня интересовать не будет ничего, кроме того, как стащить с тебя трусишки!
