– Любую информацию можно заслужить или купить. Второй вариант менее реальный, так как стоимость таких знаний, как правило, приравнивается к бюджету целой страны, а оно того не стоит. В обычном мире это можно сделать бесплатно, а на рынок приходят только за товаром. И нет нужды задерживаться здесь, чтобы «попрыгать».
– А за какие заслуги можно получить такие данные?
– Например, за заслуги перед властями.
– Почему-то я совсем не удивлена.
Вера зевнула то ли от усталости, то ли изображая отсутствие интереса к умственным способностям своей подопечной.
– Это всё? – не унималась Катрин.
– Ну, ещё за новые открытия, зелья, заклинания, алхимические соединения. За всё, что служит прогрессу и влияет на развитие. А ещё за находку древних реликвий.
«Теперь понятно, почему Вереск и прихвостни Заката имели доступ к подобным „привилегиям“. Уж они-то с их возможностями, без сомнения, подсуетились ради такого».
– Вот-вот, – поддакнула Вера.
Катрин была поражена такой наглостью – подслушиванию мыслей, но промолчала. Пока девочка придумывала, как отгораживать свои мысли от посторонних, Вера поднялась с земли, решив проверить обстановку.
С улиц доносились голоса и шарканье ботинок. Свет фонарей подчёркивал черноту неба, на деревьях пели ночные птицы, в кустах деловито трещали сверчки. Здесь, под защитой Веры и скрывающего их мрака, Катрин впервые расслабилась и подумала о том, как было бы здорово отправиться гулять на всю ночь по родному городу, когда всё закончится.
– Чисто. Пора идти, – скомандовала Вера, перебив мечтанья своей подопечной, и вынырнула из зарослей.
Должно быть, это выглядело забавно, когда две девушки вот так неожиданно появились из кустов, но зрителей было мало, и у них у всех были свои дела. Вера была права, сравнив центральные улицы с супермаркетом. Всё здесь сияло и привлекало своими витринами и товаром. Дома́ отличались друг от друга, люди весело болтали, не было даже намека, что здесь торгуют чем-то запрещённым.
До Улья было рукой подать – его выдавало постоянное движение людей, которые без конца входили и выходили. Вечером, конечно, поток уменьшался, но людское течение полностью не прекращалось. Девушки шли не спеша, стараясь не привлекать внимания.
«Зачем Вереску потребовалось „переодеваться“ в чужое тело, если он мог так же, как я поменять своё, стоя перед зеркалом?» – Катрин решила не задавать этот вопрос вслух и передала его мысленно.
«Когда лепишь новый облик, а не копируешь его с другого человека, ты не меняешь своё энергетическое поле и тебя могут засечь».
«То есть у нас никаких шансов пройти?» – Катрин заглянула в глаза Веры, стараясь найти в них спасительный блеск, но нашла лишь безразличие.
«У нас есть две минуты, пока стражи не поймут в чём дело. Главное, чтобы Закат не помешал нам пройти. Эти реагируют не так быстро, туго соображают, но сто́ит хотя бы на секунду задержаться или привлечь лишнее внимание – и мы у них в руках».
«Но ведь кто-то следил за нами! Они наверняка в курсе, что мы придём!»
«Это были не они. Кто-то другой. К тому же у нас нет выбора, забыла? Давай, заходи!»
Катрин сделала глубокий вдох, словно ей предстояло погружение на дно озера, и толкнула дверь. Внутри, как всегда, было много народу. В воздухе стоял неизменный «аромат» этого места, который не выветрится и за тысячу лет. Официанты, не снимая гримасу серьёзности, бегали от барной стойки к столам, разнося на подносах пенные напитки и незатейливые закуски.
Девушки бегло оглядели заведение и, не теряя времени, двинулись к порталам.
– Не желаете что-нибудь заказать на дорожку? – возник перед ними странный улыбчивый молодой человек в белой рубашке и с зачёсанными набок волосами.
– Нет, – буркнула Вера и попыталась вежливо подвинуть сотрудника местной таверны.
– Может, для юной дамы что-нибудь? – не успокаивался парень, перегородив путь Катрин.
– Отстань, – злобно рявкнула девочка, которая и без того была на взводе.
– Думаю, вам сто́ит сделать заказ, иначе я расскажу нашим друзьям в баре о том, что творится в вашей милой головке, – лебезил парень, не отставая от девушек и намекая на мысли Катрин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Чёртов ублюдок! – выругалась Вера и повернулась к официанту, чья улыбка растянулась чуть ли не до ушей. – Держи.
Она кинула что-то, напоминающее кольцо. Катрин почувствовала энергию внутри предмета. Это был аккумулятор, но заряженный наполовину. Кажется, бо́льшую ценность представлял металл, из которого был сделан предмет. Парень с ловкостью кошки выхватил из воздуха блестящий кружок.
– Живо! Усмири свою голову! – прошипела Вера, обращаясь к Катрин.
Девочка была совсем не против. Но в голове творилось такое, что ни одна песня с заедающим припевом не могла перебить тот хаос из слов и картинок, который создавался из её мыслей.
– Боюсь, что этого недостаточно, – парень снова перегородил дорогу Катрин, когда до порталов оставалось метров десять.
– Чего тебе, чёртов попрошайка? – постоянно сбрасывающий скорость «состав по имени Вера» наконец совершил вынужденную остановку и, повернувшись лицом к назойливому парню, впился в него пылающим от гнева взглядом.
Парень даже не дрогнул, а лишь невозмутимо провёл руками по волосам:
– Думаю, у вас в рюкзаке есть что-то поинтереснее, – в его глазах горел нехороший огонёк, означающий, что его намерения вполне серьезны, и что он не блефовал, сказав, что позовет людей из бара в случае неповиновения.
– Пошёл прочь, – грубо толкнула его Вера и уже хотела возобновить движение, как вдруг этот тип закричал.
Голос его прозвучал неестественно высоко и громко – так, что перекрыл общий шум, не прекращающийся ни на секунду. Внутри кабака стало заметно тише. Внимание половины посетителей теперь было обращено на них.
– Кто-то из вас разыскивает эту девчонку? – заверещал парень в белой рубашке, указывая на Катрин.
– Заткнись! – закричала маленькая ведьма и бросилась на него, но кто-то схватил её за руку.
– У них есть то, что вам нужно, и они хотят сбежать через портал!
– Чтоб тебя! Не успели, – тихо выругалась Вера и начала произносить какие-то неизвестные заклинания.
Парень повернулся к ней. На его лице сияла раздражающая самодовольная улыбка. Вера выкрикнула последние слова заклинания.
– Ну что? Теперь пого…
Он не успел закончить фразу, лицо его исказилось от боли, и через секунду его тело разорвалось вдоль на две части.
– Ну что? – передразнила его Вера. – Больше не кричишь? Ничего не нужно? – невозмутимо добавила она и смачно плюнула, попав в мёртвый глаз.
По всему Улью начали раздаваться истеричные вопли. Даже Катрин вскрикнула от неожиданности, но вовремя зажала рот. К горлу девочки подступила тошнота: хорошо, что она давно ничего не ела. Началась суматоха. Одни уносили ноги на улицу, другие бежали к порталам. Стража уже не маскировалась и была тут как тут. Теперь и речи не могло быть о том, чтобы уйти по-тихому. Люди с мрачными лицами неслись на девушек и на ходу насылали свои заклинания.
Катрин схватили и потащили к выходу два здоровых мужика, заломив ей за спину руку и наложив на рот какое-то заклятье, не позволяющее разжать губы.
Вера смогла избежать атаки, совершив что-то вроде «прыжка», только на этот раз она не исчезла, а просто очень быстро переместилась по залу. Она очутилась рядом с Катрин, и через секунду обездвиженные мужчины свалились друг на друга. Вера сняла заклинание, и Катрин снова смогла открыть рот. В этот момент Веру отшвырнуло в сторону, она звучно влетела в ряд столов и опрокинула десяток кружек, прежде чем упасть и взвыть от боли.
Растерянная Катрин боялась пошевелиться, но на этот раз слова из книги вспомнились лучше. Она наложила на одного из напавших на Веру «Берсерк». Мужчина тут же кинулся на своих товарищей и проломил одному из них голову тяжёлой деревянной кружкой. Воодушевленная лёгкой победой, девочка бросилась на помощь Вере, но налетела на невидимый барьер. Кто-то что-то выкрикнул, и мир исчез, обернувшись темнотой. Сначала Катрин подумала, что это проблемы со светом. Но вдруг с ужасом осознала, что это не свет погас, а она ослепла.
