Джордайн пошел искать королеву. Та оказалась в комнате без окон, освещенной свечами на низко висящей люстре. Беатрикс стояла одна, изучая уродливое металлическое создание с тонкими, перепончатыми крыльями и заостренной мордой, полной стальных зубов. Оно смутно походило бы на рептилию, если бы не щетинистая грива вдоль спины. Каждая шерстинка была металлической нитью, тонкой как шелк.
— Это изумительно, моя королева, — тихо сказал Маттео, не желая напугать женщину.
Она не вздрогнула и не обернулась.
— Это темнотварь. — Ее слова звучали ровно, невыразительно. — Волшебники Тэя создают таких из мертвой плоти.
Маттео не знал, как ответить на такое странное заявление:
— Вы используете сталь. Такой подход гораздо лучше, Ваше Величество.
Беатрикс небрежно склонила голову. Ее изысканный бело-серебристый парик заискрился в пламени свечей.
— Плоть или сталь. Не имеет значения. Оба в изобилии на поле брани. — Она говорила с такой уверенностью в голосе, что у Маттео мурашки пошли по коже.
— Поле брани?
Когда королева не ответила, он взял ее за предплечья и развернул лицом к себе. Он поймал ее пустой взгляд и заглянул в подведенные сурьмой глаза.
— Я слышу голос будущего в Ваших словах. Прорицатели, гадающие по полету птиц, говорят с меньшей уверенностью. Какое поле брани?
Искра жизни слабо забрезжила в ее карих глазах.
— Не знаю, — прошептала королева. — Война грядет. Война всегда приходит неожиданно.
Маттео не отбросил это заявление. Королева мало интересовалась окружающим ее миром, но, возможно, она слышала, чувствовала нечто, неподвластное другим людям. На какой-то миг она показалась ему почти здоровой.
— Я должен покинуть город, чтобы больше разузнать о надвигающейся опасности.
Она смотрела на него какое-то время, как будто взвешивала, способен ли он или нет совершить то, что предложил. До того, как она заговорила, пронзительный крик прорвался сквозь шум главной комнаты. Потом последовал яростный лязг, многочисленные вопли и звуки панического бегства к двери.
— С Вашего позволения, — быстро сказал Маттео. Вопреки требованиям протокола он не стал дожидаться разрешения уйти, а развернулся, выхватил оружие и понесся в основную комнату.
Работники бежали к выходам, сметая всех, кто замешкался и оказался на пути. Один из полуросликов лежал побитым и без движения. Большинство механических созданий спокойно стояло на месте. Несколько неуклюже шагали по помещению, брошенные перепуганными мастерами.
Маттео услышал скрип железа над головой. Он глянул вверх — и отскочил в сторону.
Кошмарное создание спрыгнуло на пол с груды деревянных ящиков. Несмотря на грохот столкновения, приземлилось оно с кошачьей грацией. Внешне создание было похоже на латы варвара с севера. Оружия у него не было, но оно и не требовалось. Каждый из четырех пальцев оканчивался изогнутым стальным когтем. Острые выступы покрывали металлическое тело, а форма головы смутно напоминала помесь огра и акулы. Свиное шипастое рыло венчало конец вытянутой, полной зубов пасти. И весьма необычные клыки — острые треугольники, ловко и плотно прилаженные, совсем как зубы гигантской пираньи.
Механический рыцарь подхватил оглушенную и стонущую женщину с пола. Он рывком прижал ее к себе, в смертельных объятиях пронзив ее острыми шипами панциря. Болезненный крик резко оборвался, механическое чудовище отбросило труп.
У Маттео не было времени вмешаться. Отбросив леденящее чувство вины и страха, он заставил себя изучить поле битвы. Первое, что было очевидно: от кинжалов будет мало проку.
И никакого лучшего оружия поблизости. Вспомнив находчивость Тзигоны в льдохранилище, джордайн глянул вверх.
У потолка висела гигантская морская птица, прикрепленная толстыми веревками за каждое тяжелое крыло. Тут на ум ему пришел трюк, не так давно показанный Андрисом.
Маттео на глаз прикинул расстояние от птицы до пола, потом взял во внимание угол солнечных лучей, падающих сквозь высокое окно. Схватив кулак железного кентавра, он сомкнул его пальцы вокруг одного из кинжалов. Хорошо отполированный метал клинка поймал солнечный свет и отбил его точно на одну из веревок.
Теперь дело за малым: оставаться в живых до тех пор, пока солнце сделает свое дело!
Маттео выхватил оставшийся у него кинжал, сделал выпад в сторону механического монстра — и отступил сразу после звонкого бесполезного удара. Механизм отшвырнул тело мертвой женщины и обратился к новому врагу.
Джордайна уже там не было. Проворно заскочив монстру за спину, он ударил ногой настолько сильно, что на металле осталась вмятина. Монстр неуклюже развернулся и медленной, тяжелой поступью протопал за Маттео.
Джордайн продолжал двигаться, держась на расстоянии от железных когтей и нарастающего скрежета зубов пираньи. И одновременно он следил за тлеющим, расползающимся канатом наверху. В нужный момент Маттео заступил на позицию. Сделав вид, что споткнулся, он припал на одно колено.
Механизм прогромыхал, широко расставив руки в предвкушении.
Веревка с треском разорвалась, огромная морская птица, скрипя, пришла в движение. Голова чудовища резко повернулась вверх, горящие алые глаза вспыхнули еще ярче, когда тяжелое крыло, рассекая воздух, понеслось на него.
Маттео припал к полу и откатился в сторону. Металлическая птица, раскачиваясь маятником, врезалась в монстра и увлекла его за собой. Сцепившиеся механизмы тяжело обрушились на лежавших штабелями железных орков. Те с грохотом осыпались на пол, словно бревна с плохо скрепленного строевого леса, погребая усеянного шипами рыцаря под стальным курганом. Морская птица свободно раскачивалась над этим хаосом. Край крыла с визгливым скрежетом царапал пол.
Маттео поднялся, но прежде чем он успел перевести дух, груда железных орков начала подниматься и расходиться. Рыцарь вырвался на свободу и бросился на юношу как гигантский еж-берсерк.
Джордайн огляделся в поисках оружия или спасения. Вон веревка, прикрепленная к железному кольцу в полу. Проследовав взглядом по ней, он увидел блок, а дальше было прицеплено нечто неописуемое крылатое. Он ухватился за укрепленный конец каната и начал отчаянно взбираться вверх. Рыцарь прыгнул следом.
Маттео раскачивался как мог, увиливая от смертоносных зубов. Металлические челюсти с лязгом захлопнулись — но не на ноге джордайна, а на веревке.
Она с треском разорвалась, и крылатое нечто, привязанное к противоположному концу, полетело вниз. А Маттео взмыл к потолку. Подобие птицы обрушилось прямо на монстра, похоронив его под грудой покореженного металла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
