Читаем без скачивания Русская Прага - Наталья Командорова

Личность, по Зеньковскому, наделена самосознанием и представляет собой творческое начало — индивидуальное для каждого человека, т. е. «крест», согласно Священному Писанию. И задача воспитателя-педагога как раз и заключается в том, чтобы отыскать, распознать в человеке этот самый «крест» — внутреннюю программу, закон, ключ, — с помощью которого можно будет направить человека по жизни в правильном направлении к совершенству, восстановить в нем утраченную при грехопадении целостность.

Тимашков Н. В. считает: анализ исторического развития педагогических идей привел Зеньковского к мысли, что «надлежащее свое осмысление педагогическое творчество может найти лишь на почве религии», а с помощью основанного на теории христианской антропологии исследования можно решить большинство задач воспитания человека. «С нашей точки зрения, — писал В. В. Зеньковский, — основная причина современного педагогического кризиса в том и заключается, что педагогическая мысль оторвалась от христианской антропологии, что вслед за другими сферами культуры педагогика стала на путь секуляризации, отделения себя от Церкви. Преодоление педагогического натурализма, возврат к обоснованию педагогики в целостном христианском мировоззрении, привлечение идей христианской антропологии к освещению основных проблем педагогики — и есть та основная задача, в разрешении которой лежит ключ к плодотворному творчеству в сфере воспитания».

Собиратель русских мыслителей П. И. Новгородцев

Русский правовед, философ, общественный деятель Павел Иванович Новгородцев (1866–1924) приехал в Прагу из Германии в 1920 году. Здесь он прожил недолго, до своей смерти в 1924 году.

В Праге Павел Иванович занялся организацией русского высшего учебного заведения. По его инициативе 18 мая 1922 года был открыт Русский юридический факультет при Пражском университете, деканом которого стал сам Новгородцев. Павел Иванович основал при факультете Религиозно-философское общество им. Вл. Соловьева.

Во многом благодаря усилиям П. И. Новгородцева Прагу того времени стали называть «русским Оксфордом». Он пригласил для работы на юридическом факультете лучших русских профессоров, оказавшихся в эмиграции. В результате в Чехословакию перебрались Н. О. Лосский, П. Б. Струве, Г. В.

Флоровский, Г. В. Вернадский, А. А. Кизеветтер, В. В. Зеньковский, М. М. Новиков и многие другие известные ученые. В начале 1923 года профессор Новгородцев пригласил в Прагу и протоиерея Сергия Булгакова.

До эмиграции из России профессор Московского университета П. Н. Новгородцев принадлежал к правому крылу кадетской партии и был сторонником монархии.

Как отмечал исследователь творческой биографии Новгородцева М. Колеров, еще до эмиграции, в Москве, вокруг Новгородцева как ученого сложилась школа философии права и социальных философов; его учениками были И. А. Ильин, Б. П. Вышеславцев, С. Л. Франк и другие. Основные сочинения П. Новгородцева: «История философии права»; «Нравственные проблемы в философии Канта»; «О задачах современной философии права»; «Кризис современного правосознания»; «Политические идеалы древнего и нового мира»; «Об общественном идеале» и другие.

После Февральской революции 1917 года Новгородцев поддержал П. Н. Милюкова и настаивал на твердости и неуступчивости по отношению к социалистам. П. Н. Новгородцев заявил: «Воевать с врагом нельзя, не уничтожив Советов… Страна ждет власти и порядка. Надо покончить с большевистской революцией! ..нельзя больше длить теперешнее гнилое положение. Все равно — дело идет на разрыв!..».

О Новгородцеве-политике того времени вспоминал И. А. Ильин: «В эти тягостные постыдные месяцы 17-го года он был весь — зоркость, тревога, отвращение. Он один из первых понял обречённость этого безмолвия, этой сентиментальности, этого сочетания интернационального авантюризма с исторической мечтательностью… Он понимал всю радикальность необходимых средств…»

Член Учредительного собрания по списку кадетов от Москвы, один из авторов подготовленного в Москве философско-публицистического сборника «Из глубины», активный деятель и один из руководителей «Национального центра», глава московской кадетской организации, профессор П. Н. Новгородцев, преследуемый большевиками за свои политические взгляды и философские идеи, вынужден был осенью 1918 года уехать из Москвы на Юг России, в Крым, занятый белогвардейскими войсками генерала П. Н. Врангеля. Биографы отмечали, что здесь он сотрудничал с А. И. Деникиным, преподавал в Симферопольском университете. После разгрома Врангеля эвакуировался из Севастополя и жил некоторое время в Берлине перед отъездом в Прагу.

Период эмиграции стал для Павла Ивановича, как и для многих русских мыслителей того времени, отправной точкой для трансформации его философских идей и политических воззрений. Еще находясь в Крыму, в одном из своих писем Новгородцев отмечал, что кадеты «вместе с Деникиным неумолимым историческим роком выброшены из политической борьбы». В этой связи ученый не видел условий, при которых партия конституционных демократов могла бы вернуться в ближайшем будущем к активной политической деятельности. Кадеты проиграли большевикам из-за отсутствия практических навыков в управлении государством и общественными процессами. Новгородцев отмечал: «Большевики победили кадетов своим умением властвовать… и способностью осуществлять свои мысли. Этот дар власти… они взяли из той школы суровой партийной дисциплины… которую они все прошли… у них особый отбор людей с особым закалом воли… И естественно, что… на смену кадетам должны были прийти люди, выросшие также в атмосфере служебной дисциплины, государственного служения, практического дела…»

Исследователь творческой биографии П. И. Новгородцева М. Колеров отмечал, что на одной из частных встреч кадетов в Праге весной 1923 года Новгородцев заявил о необходимости разрыва со старыми кадетскими традициями и либерализмом, так как в период возрождения России идеи правового государства и свободы личности должны быть на время отложены на задний план. По утверждению биографа, в конце жизни Павел Иванович «сосредоточил свое внимание на религиозном обосновании общественной свободы и права, стремясь синтезировать западническую идею правового устроения жизни с православно-почвенническим проектом внутреннего преобразования личности».