К обеду Вагош расчистил больше половины импровизированного квадрата. Примерно в час дня пришлось ответить на вызов из Соммерса. О’Хара, пользуясь устойчивой радиосвязью, пыталась держать руку на пульсе. Джей переключил сигнал на Анин син-син и говорил с начальством из столовой, прихлебывая мясной бульон по-азиатски. Не очень вежливо, но он считал, что заработал на невинную демонстрацию небрежения.
С валкой леса Джей закончил около четырех. Когда последнее из подлежащих уничтожению деревьев, дернувшись длинным гибким телом, застыло среди поверженных соплеменников, Джей подождал, пока крепчающий ветерок сдует марево цветного пуха, и выбрался из каплевидной кабины. Он слез на землю по короткой лесенке, остановился, невесело оглядывая поле битвы. Просека двести на двести метров, впрочем, в длину чуть побольше, чтобы было куда стаскивать резаный на части хлыстовник, отличная площадка для посадки планетарного минискуллера…
Стянув головной платок, Джей вдруг подумал, что это только аванс предстоящей грандиозной расправы. Небоскребы, скоростные трассы, аэростоянки… Шуе вместе со всеми подвидами колибри придется выжечь подчистую. Непроходимую сельву придется большей частью вырубить. Опасных животных придется истребить. А так как только специалист может разобраться, кто из симуляк опасен, а кто только таковым притворяется, истреблению подвергнутся многие и очень многие.
Было что-то до неприличия символичное в том, что сегодняшняя маленькая бойня устроена специально в честь прибытия господина Лаграна. Джей совершенно не знал этого человека, но знал, для чего он прилетел на планету и как много зависит теперь от его решений. Джей ни черта не разбирался в тонкостях «Планетарного Права», но он понимал, что Трикстерра и так уже слишком засиделась в статусе «исследования и разведки», что если господин Лагран порекомендует Совету перевести ее в статус «А» и начать широкомасштабную колонизацию, то миллионы поселенцев ринутся сюда с наиболее густонаселенных планет «большой пятерки». Искатели приключений, открыватели новых рынков, бизнесмены, вершители и крушители, отягощенные рамками Старого Света, охотники, безумцы, туристы, целые армии энтузиастов, падких до свежатинки, – все они осядут здесь в течение ближайших двадцати лет. Разрастающиеся города жадно вгрызутся в сельву, пожирая гектар за гектаром. Мир Трикстерры, не способный противостоять напору бетона и железа, будет сжиматься, чахнуть, вымирать, пока победители не локализуют его в полусотне резерваций и не превратят планету в еще одну Землю.
В запасе имелся еще статус «В», который просто растянет терраформацию на пару столетий, но это, по мнению Джея, было непринципиально. Идеальным решением для Трикстерры мог бы стать переход планеты в статус «эко-резервации» или хотя бы продление действия статуса «Е». С этим мнением наверняка согласилась бы подавляющая часть исследователей, но планетарными статусами занимаются такие, как Лагран, а у Лагранов свои резоны. Мнение исследователей встанет в длинную очередь из целой оравы политических, экономических, социологических факторов, и не факт, что оно будет превалировать. Разведчики сделали свою работу, очередь за коммерсантами.
«А ведь это просто несправедливо, – подумал Джей. – Мы будем распоряжаться чужой планетой по своему усмотрению, как будто она всего лишь монетка в нашем кармане. Чем мы в таком случае отличаемся от тех, кто уничтожал индейцев?» Мысль была настолько странной, что Джей даже замер на месте. Ему приходилось работать на многих планетах, но почему-то именно на Трикстерре он вдруг осознал, что уже давно ощущает себя здесь гостем, а не хозяином.
Зеленый муравей пробежал по срезу ближайшего пенька. Джей невесело усмехнулся. Уже завтра по просеке будут ползать тысячи нефритовых букашек, привлеченных запахом халявной кормежки. Этих терраформация уничтожит не сразу, но вместе с лесом постепенно исчезнут и они. А может, и раньше, если какой-нибудь гений синтезирует эффективные химикаты. Джей вспомнил зеленую змею, повисшую над пропастью Кроличьего ущелья, и ему стало совсем грустно.
– Лопайте, маленькие пройдохи, – пробормотал он, – пируйте, пока есть мэджа.
* * *
Близились сумерки, и Джейслав решил сворачивать работу, тем более что времени у него был вагон. Завтра он займется распилкой и складированием бревен в дальнем конце площадки, а на сегодня, пожалуй, хватит.
Джей перегнал «термита» через нагромождения поверженных деревьев и поставил машину в технический ангар, а сам отправился приводить себя в порядок. Спустя немного времени, посвежевший после душа и переодевшийся во все чистое, он шел по коридору в сторону детской. Перед входом в малый шлюз он столкнулся с Урсулой. Мужчина и женщина обменялись какими-то малозначимыми дежурными фразами. Джей поинтересовался, что Урсула хочет сегодня на ужин, а та выразилась в том духе, что сегодня у нее разгрузочный день, и ужинать она не будет вообще. Пожав плечами, Джей сказал что-то о ее и без того идеальной фигуре. Урсула улыбнулась.
На том они и расстались. Урсула пошла к себе, а Джей – в детскую.
Анна сегодня была рассеянна, много хмурилась, отвечала невпопад и большей частью односложно. Ребенок тоже беспокоился. Анна сказала, что это к близкой перемене погоды.
Джей рассказал ей об устройстве посадочной площадки для минискуллера, передал привет от О’Хары. Анна сказала, что она вообще не рада прилету этого гребаного Лаграна. Она так и выразилась: «гребаного Лаграна», хотя обычно сторонилась грубых выражений. Джей сказал, что их мнения по поводу визита к сожалению никто не спрашивает, и что Лагран, быть может, не так плох, как ее мнение о нем. Анна неопределенно хмыкнула.
Джей посмотрел, как она укачивает ребенка, потом шепотом спросил, пойдет ли Анна на ужин.
Анна тоже шепотом попросила принести что-нибудь сюда, малыш капризничает, и она не хочет оставлять его одного.
Джей сходил в столовую, вынул из холодильника и разогрел две порции спаржи со стейками в крем-соусе бальзамико. Сначала он хотел отнести одну тарелку в детскую, а вторую съесть в столовой чуть позже, но потом подумал, что он вполне может поесть вместе с женой.
Когда Джей принес обе порции в детскую, ребенок уже уснул, и они с Анной поели прямо в каюте, устроившись с подносом на кровати. Пережевывая кусочек стейка, Анна, пришедшая в более благодушное расположение духа, сказала, что еда на кровати, конечно, функциональное свинство, но в то же время гастрономическое эстетство, и Джей был вынужден с ней согласиться.
Ребенок тихо засопел и завозился в кроватке. Анна прижала палец к губам. Ее серые лучисто-внимательные глаза смотрели на мужа, в то же время ни на секунду не теряя из поля бокового зрения просыпающегося младенца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
