хранились в голове неудавшегося Стража Вселенной. Сбежавший древний дракон лишь читал свитки и отправился в это путешествие, чтобы отыскать пропавшие.
– Те асуры… – хотела рассказать Ванесса, но он не позволил словам бередить свежую рану:
– Да, знаю.
Оба замолчали, Ванесса шла, пошатываясь, как в бреду. Риппер выглядел не лучше. Он убрал револьверы и придерживал онемевшую правую руку левой. Раны в этом теле заживали не так быстро, как на шкуре дракона. Да и оружие у главаря было не совсем человеческое.
Усталые стрелки дошли до развороченного салуна и первым делом заглянули в конюшню – к счастью, их расседланные лошади были в полном порядке, хоть и напуганы. Охота велась именно за людьми. Асуры питались болью разумных созданий, фрагментами измученных душ.
Ванесса погладила свою черную лошадь, Риппер успокоил свою. Все делали молча. Когда вышли из конюшни, откуда-то выполз хозяин салуна с вывеской, очевидно, несколько раз спасшей ему жизнь своей крепкой толстой древесиной.
Без специальной договоренности Ванесса и Риппер молча поднялись обратно в комнату с красными шторами, где теперь были выбиты стекла. Впрочем, они не замечали этого. Оба ощущали невероятную опустошенность, которая не шла в сравнение с обычной усталостью. Они не желали, чтобы их восхваляли как героев, хотя только благодаря их слаженной работе и волшебным револьверам город спасся. Но ведь бандиты были посланы за Ванессой и Риппером. Не будь их в городе, не обрушились бы на него беды.
Гриф стянул пончо. Рубашка, набухшая от крови, поддалась с трудом. Он морщился от того, что приходилось смещать медленно восстанавливающиеся мышцы. Ванесса молча, несмотря на немой протест спутника достала аптечку, оказавшуюся в ее скромных пожитках, и не слишком умело перевязала рану.
– Собой займись! Ты же в крови! – пригляделся к ней Риппер.
Тело проекции заживало быстро. Но это не избавляло от неприятных ощущений.
– Царапины, – Ванесса только заметила, что борьба не прошла для нее бесследно.
Когда она безумно уничтожала врагов, казалось, совсем не осталось у нее ни тела, ни души. Только злость и оружие. А большего для убийства не надо. Теперь тело обретало свою прежнюю форму. В нем вновь загорались почти затушенная душа, разум, боль. Впрочем, боль-то никуда не девалась и раньше, щемящая, разъедающая. Но, что хуже всего, Ванесса вдруг ощутила, что осталась одна-одинешенька в мире посреди жестокой Круны. Никого не стало: ни брата, ни друзей, ни знакомых стрелков из банды. Куда теперь? Она не представляла.
Ванесса поглядела на Риппера, который стоял перед ней. Подошла к нему и внезапно, всхлипнув, становясь на его фоне маленький испуганной девочкой, уткнулась лбом в его жесткую грудь. Осторожно, чтобы не задеть рану, прошептала, ища защиты:
– Гриф, что мне теперь делать?
– То же, что и обычно, – погладил ее по голове Риппер, пространно глядя перед собой, опешив от такой доверчивости.
Мир казался таким прозрачным, словно в нем стерлись все рамки и границы. Между всеми мирами, всеми призрачными запретами долга. Долга перед кем? Вот она, девушка, рядом, просто просила защиты, ответов, участия. Почему он должен был сопротивляться этому – не страсти, но нежности, не желанию обладать, но стремлению быть рядом? А она была такой живой. Живой после целого дня смертей.
– Я всегда знала, что делать. Брат говорил, а после его смерти я знала – надо отомстить. А что теперь? – потерянно шептала Ванесса, приникая уже щекой, поводя головой, как котенок, трущийся о руку хозяина.
– Ты ведь хочешь отомстить асурам? – приподнял ее голову и пристально поглядел в глаза Риппер.
– Да. И Аманде Вессон. Но асурам сейчас, пожалуй, больше, – ответила она. Взгляд ее стал вновь ожесточенным, сосредоточенным. Из потерянной девочки она вновь превращалась в опасную хищницу. И тем более очаровывала.
– Тогда пойдем со мной, – слегка сдвинул белые брови Риппер, глядя из-под челки.
– Отлично! Хоть в саму Бездну. С тобой, – девушка задорно улыбнулась.
Но все дела оставались на завтра. Усталость после целого дня противостояния брала свое. Они стряхнули стекла с покрывала и скинули запыленную одежду. Они не обращали больше ни на что внимания, даже на свои почти нагие тела. Просто свернулись калачиками друг напротив друга. И немедленно заснули.
Они встали с первыми лучами рассвета и снова почти не разговаривали. Для решения хватило нескольких фраз накануне. Цель представала ясно, так что после необходимых приготовлений они отправились искать лаз в Бездну. В мир Бенаам. Только каждый со своей целью.
Ванесса подозревала, что Риппер просто так не отдаст свиток Аманды Вессон. Так что он все еще оставался врагом в какой-то мере. Но врагом в будущем, а пока – надежнейшим союзником.
Риппер снова слышал ее мысли, вернее, улавливал движения чувств. Они отпечатывались буквами на свитке вместе с ударами ее сердца. Слишком плотно переплелись в линиях мира их судьбы.
Возможно, только так удавалось бороться с безумием, которое уготовили асуры, похитив свиток хранителя зимы. И он благодарил Ванессу за это непостижимое спасение. Благодарил и за то, как она сражалась вместе с ним накануне. Они уже не считали, сколько раз друг другу спасли жизнь в тот день.
Странники подошли к владельцу салуна, который, вздыхая, оценивал ущерб. Его заведения выглядело плачевно, как и каждый дом в этом городишке.
– Эй, хозяин, так ты знаешь, где находится лаз в Бездну? – спросил Риппер, выкладывая на остатки стойки монеты и пристально глядя на испуганного человека, который подпрыгнул на месте, прошептав:
– Никто не знает. Все, кто шел на запад искать его, не вернулись. Не поезжайте туда, господин.
– Это мое дело. Пора покончить с этим, – мрачно отозвался Риппер, но вновь лицо его смягчилось.
Как только они вышли из салуна, их встретила толпа народа. Как героев. Не избежали они этой ненужной славы. Времени принимать похвалы не нашлось, да и желания, особенно при взгляде на руины несчастного городка. Поэтому странники суетливо направились к конюшне.
Возле нее встретила сильно поредевшая банда чернобородого, который теперь стал одноглазым, зарекшись использовать динамит. К тому же он опирался на костыль, накануне ему прострелили ногу. При виде Риппера главарь местной банды чуть не залился слезами умиления и благодарности:
– Братан! Ты ведь прав был! Это кореш мой их привел! Братан! Я ж только благодаря тебе жив остался!
– Ну-ну… Не стоит благодарности, – ощутил некоторую неловкость Риппер.
– А… не стоит… Не стоит… Ну ладно, ладно, век тебя не забуду. Ты это, извини за все, – шмыгнув носом, махнул рукой чернобородый, когда Риппер и Ванесса уже оседлали лошадей.
И вот вскоре остался позади крошечный город и все, что в нем случилось. Только
