лет все магазины Японии будут называться «Одзава»? — фыркнул Кейташи по пути.
— Никогда! — честно ответил я. — Но скоро начнем открывать магазины «Аоки», потому что отца уже предупредили из антимонопольного комитета. Слишком активно поглощаем «мелочь», мол, и плевать, что «мелочи» от этого только лучше.
— Аоки? — удивленно спросила Кохэку Хэруки.
— Буду конкурировать с Иоши! — хихикнула она.
— А когда выработаем и этот ресурс, начнем записывать бизнес на семью Нанако и Фукуда-сенсея, — добавил я.
— А? — Кохэку оказалась не в курсе.
— Тупо, но почему-то работает, — развел я руками. — Это как «Кока-кола» и «Пепси». Типа конкуренты, но принадлежат одним и тем же людям.
— Идиотизм, — сделал совершенно правильный вывод Кейташи.
У дома нас встретили садовник, пожилая пара «смотрителей» и соседи — дедушка и бабушка Такаоки-тян. Последние подарили огромный кусок марлина, снабдив советом приготовить его как можно скорее — дед поймал сегодня утром. Поблагодарили и пошли за работниками осматривать территорию. Что тут скажешь? И в саду, и в доме все было идеально.
— Благодарю вас за усердный труд! — поклонился я им. — Я обязательно передам отцу, что он нисколько не ошибся в выборе, наняв вас. Мы здесь до воскресенья, поэтому можете быть свободны.
Народ замялся — а ну как ценные дети чего-нибудь учудят?
— Ой, совсем из головы вылетело! — хлопнул себя по лбу и достал из рюкзака снабженную отцовской личной печатью записку от бати. Ну подделал, осудите меня за это!
— Что ж, если Одзава-сама не против такого положения дел, мы с радостью возьмем небольшой отпуск, — прочитав записку, откланялись они, и мы остались в огромном доме вчетвером.
— Расходимся по комнатам, придаемся плотским утехам, а потом идем в сад жарить марлина на гриле! — выкатил я приказ.
— Нет уж, решать, когда мне трахаться, буду я сама! — фыркнула Кохэку. — Пошли! — противореча сама себе, она подхватила Кейташи за руку и повела на второй этаж.
— Отдых начался отлично! — с улыбкой подвел я промежуточный итог для хихикающей Хэруки, подхватил ее на руки и потащил наверх.
Глава 22
— Вкуснятина! — заорал Кейташи, откусив кусок жаренного марлина.
Прилетели мы почти вечером, поэтому небо успело окраситься в закатные оттенки, прохладный ветерок доносил запахи моря и сада — субтропики же, урожаи поступают бесперебойно — а самое классное — никаких гребаных цикад!
— Нужно обязательно наловить с собой! — Кохэку по марлину тоже соскучилась.
— Если хочешь, я найму лодку, но лучше тупо купим на рыбном рынке сколько нужно, — ответил я совершенно недостойными будущего члена рыболовного клуба словами.
— Ом-но-ном, — воздержалась от комментариев плотно набившая рот Хэруки.
— А сколько стоит лодка? — спросил Кейташи.
— Батя говорил, что если ловишь меньше пары центнеров, смысла нету, — пояснил я. — Но ты не переживай, я все считаю, и, когда станешь звездой бейсбола, придется вернуть долги. И да, Кохэку здесь за твой счет.
— Вот как? — не без облегчения в голосе покивал Белая Молния.
А кому приятно быть нахлебником?
— А на бутики Токио его кредит распространяется? — ловко сориентировалась подруга.
— Конечно! — хохотнул я и хлопнул друга по плечу. — Не переживай, зарплаты игрока основного состава какого-нибудь «Нью-Йорк Янкиз» хватит на всё!
— Ты меня недооцениваешь! — заявила Кохэку и зловеще рассмеялась в ночное небо.
— Это ты меня недооцениваешь! — принял вызов Кейташи и заявил. — Пять лет! Максимум через пять лет я стану одним из лучших!
Дружно пожелали другу постараться как следует, сложили остатки марлина в контейнер — на завтрак — и отправились гулять по вечернему поселку. Тоже изменения — уличных фонарей прибавилось, а еще на крупных перекрестках появились камеры видеонаблюдения. Кроме того, пару раз мимо нас проезжали патрульные машины. Что поделать — чем больше людей, тем больше вероятность найти среди них социопата. Часть домов, похоже, купили новые хозяева, и теперь перестраивают — вон рабочие надстраивают второй этаж к небольшому домику, в две смены, получается.
— Иоши совершенно уничтожил тихую деревеньку, — хихикнула Хэруки.
— Здесь все еще тихо и спокойно, — не повелся я.
Оживаю тупо с каждой минутой, на душу снисходят покой и уверенность в собственной правоте, а сердце наполняется решимостью. Хорошо в деревне! Если не приходится батрачить в огороде, само собой.
Добрались до супермаркета, который тоже изменился, поглотив весь первый этаж здания, расширившись таким образом раза в три. Меня узнали и здесь, но бесплатно ничего не дали — не наш же. Пока не наш! Набрав всякого — набор продуктов полностью идентичен тому, что доступен на главном острове Окинавы, за исключением молока — здесь молочных ферм нет. А вот под яйцами пришпилена красивая табличка «местные, экологически чистые фермерские продукты», продублированная на английском и китайском. Та же ситуация с овощами и курятиной. Не одни мы жутко умные и пронырливые!
Выходя из супермаркета, встретили настоящую пару негров — женщина и мужчина. Эти тоже меня узнали, пришлось пообещать еще качевых рэп-песен и оставить автограф.
— Этак к утру всё Йонагуни будет знать, что я здесь, — вздохнул я по пути домой.
— Не удивлюсь, если все об этом узнали, как только сел самолет, — предположила Хэруки.
— Если кто-то припрется к нашему дому, говорите, что я ушел искать легендарного кузнеца, потомка самого Миямото Мусаси.
Девушки захихикали, а Кейташи зябко поежился, вспомнив наше небольшое мистическое приключение. Вернувшись домой, убрали принесенные продукты в холодильник, нажарили попкорна и пошли в небольшой кинозал на пятнадцать мест — если мы сюда не приезжали, это же не значит, что дом немножко не переделывали?
А вот и коробка с пленками — неведомым образом прибыла сюда раньше нас.
— Есть мастер-копия «Гладиатора», — предложил я друзьям выбор. — «Горец 2: оживление», в кино пойдет только в конце января и наш же «Разрушитель». Ну и старое есть, оглашать?
— Я за «Гладиатора»! — проголосовала Хэруки.
— Все равно мы посмотрим всё, поэтому давай начнем с «Гладиатора», — поддержала подругу Кохэку.
— Ставь, мне нравится про древность! — Кейташи ничего не оставалось,
