Читаем без скачивания Предпоследняя истина - Филип Дик

– Но только один человек, - напомнил Лантано, - обычно обращался к жителям подземных убежищ. Человек этот - Талбот Йенси. И как же он решит поступить?

Адамс пробормотал:

– Талбота не сущ…

– Нет, он существует, - сказал Фут. И обратился к Лантано:

– Что же решит им сказать Талбот Йенси?

Я думаю, ты можешь дать исчерпывающий ответ на этот вопрос, подумал он, потому что он тебе известен. И я знаю, почему он тебе известен, и ты тоже понимаешь это. Мы уже выбрались из трясины лжи, из мира фантомов мы переселились в мир реальный. А кто ты такой, я знаю по фотографиям, сделанным спутником.

Помолчав, Лантано задумчиво ответил:

– Талбот Йенси уже в ближайшее время объявит, если все пойдет как задумано, что война закончилась. Но что поверхность земли все еще радиоактивна, так что люди должны покидать подземные убежища постепенно, в порядке очереди.

– А это правда? - спросил Николас. - И они на самом деле будут по очереди выходить на поверхность? Или это еще одна…

Взглянув на часы. Лантано сказал:

– Давайте займемся делом, Адамс. Вы должны доставить из Пенсильвании запись альфа-волны. Я раздобуду устройство, на котором мы остановили свой выбор. Фут, вы поедете со мной. Мы встретимся с Адамсом в его конторе в Агентстве, и вы сможете установить оружие, запрограммировать и подготовить его на завтра.

Он встал и быстро зашагал к двери.

– А что мне делать? - спросил Николас.

Лантано взял карту Фута, подал ее Николасу:

– Мои железки в вашем распоряжении. И скоростной аэромобиль, который доставит вас и десяток железок в Северную Каролину. Вот это место, в котором нужно копать. И желаю удачи! Отныне вы вольны делать то, что вам заблагорассудится. А у нас сегодня вечером совсем другие заботы.

Фут сказал:

– Очень плохо, что мы так спешим. Очень плохо, что у нас нет времени на то, чтобы все обсудить.

Ему было страшно, его обостренная интуиция посылала ему сигнал опасности. "Если бы только в нашем распоряжении было больше времени!"

Он спросил Лантано:

– Как вы думаете, у нас есть время?

– Нет, - ответил тот.

Глава 26

Со своей многочисленной свитой - железками и людьми - Джозеф Адамс покинул гостиную; Фут и Лантано вышли вслед за ним.

– Так это Броз запрограммировал машину-убийцу? - спросил Фут темнокожего молодого йенсениста, точнее, выглядевшего молодым сейчас.

– В эту машину была заложена альфа-волна…

– Которую может получить любой йенсенист от любого из трех крупных компьютеров, - парировал Фут. Адамс, которого окружали громко лязгающие при ходьбе железки, ничего не услышал. - Лантано, давайте, наконец, выясним, кто есть кто. Вы ведь все знаете. Это ведь вы убили Линдблома!

Мне бы очень хотелось это выяснить, до того как мы приступим к осуществлению нашего плана.

– Важно ли это? Имеет это какое-то значение?

Фут сказал:

– Да. Но я все равно уже не сверну с выбранного нами пути. Потому что если мы не осуществим свой план, то все погибнем. И моральные проблемы не будут тогда иметь никакого значения. Особенно после того, как я установил прослушивающее и записывающее устройство. Было бы весьма прискорбно, если бы кто-нибудь расстался с жизнью из-за профессиональной сноровки…

– Это я запрограммировал машину-убийцу, - сказал Лантано.

– Почему? Что такого сделал Линдблом?

– Ничего особенного. Более того, я ему многим обязан, благодаря ему я завладел зондом времени. Если бы не он, меня бы здесь не было. А до него, - он помолчал, - я убил Хига.

– Почему?

– Я убил Хига, - равнодушно сказал Лантано, - чтобы остановить реализацию "специального проекта". Чтобы спасти Рансибла. Чтобы проект этот лопнул. И я этого добился.

– Но почему Линдблома? Хига - понятно, но… - Детектив развел руками.

– Для того, чтобы возложить вину на Броза. Чтобы убедить Адамса в том, что именно Броз убил его единственного друга, единственного близкого ему человека на всей Земле. Я думал, что машине удастся удрать, и не ожидал, что железки Линдблома проявят такую прыть. Вероятно, Линдблом что-то подозревал - он хорошо обучил своих железок. Но он не знал, откуда будет нанесен удар.

– И что вам дала его смерть?

– Она вынудила Адамса действовать. Броз очень осторожный, Броз, не имея на то никаких причин, не доверяет мне и избегает меня. Броз никогда не подпустит меня так близко к себе, чтобы я смог прикончить его собственноручно. Без помощи Адамса иве никогда не удастся с ним свидеться наедине. Я заглянул в будущее и точно знаю: Броз погибнет завтра утром при посещении конторы Адама или будет продолжать править еще целых двадцать лет, независимо от того, верите вы в это или нет.

– В таком случае, - сказал Фут, - вы поступили правильно.

Если все это правда. Впрочем, проверить его слова нет никакой возможности. Двадцать лет, подумал Фут. Пока Брозу не исполнится сто два года. Просто кошмар, подумал Фут. И это кошмар все еще продолжается. Нам еще предстоит проснуться.

– Адамс, однако, не знает, - продолжал Лантано, - и никогда не узнает о том, что до самой смерти Линдблом продолжал обдумывать мучительное для него решение. По сути дела, он к нему пришел. Это отвратительно, но он решил донести о сомнениях Адамса относительно моральной обоснованности "специального проекта". Он знал, что Адамс может в любой момент известить Луиса Рансибла, чтобы тот не попался на крючок, не попал в ловушку; тогда бы Рансибл с подачи Адамса предал гласности свои археологические находки.

Он потерял бы участок в Юте, но не все свои владения. И не все свое достояние. И не свою свободу. Линдблом остался верен Агентству и Брозу, а не другу. Я видел это, Фут, можете мне поверить. Уже на следующий день Линдблом собирался использовать свои каналы связи - а он-то уж знал, как это делается, - чтобы поставить в известность Броза, в его женевском логове. Адамс и сам боялся этого, он знал, что его жизнь в руках Линдблома. Жизнь Адамса. Из-за его довольно необычных для йенсениста угрызений совести. Из-за его убежденности в том, что "специальный проект" порочен уже по самой своей природе и является низкой и гадкой затеей. - Он замолчал, наблюдая, как тяжело нагруженный аэромобиль Джозефа Адамса оторвался от земли и растворился в ночном небе.

Фут сказал:

– На вашем месте я бы этого не делал. И не убивал бы ни Хига, ни Линдблома. Никого.

По долгу службы он и так видел слишком много крови.

– Но, - отозвался Лантано, - вы хотите принять участие в убийстве Броза. Так что сейчас даже вы признаете, что все остальные средства исчерпаны, за исключением самого крайнего. Я прожил шестьсот лет, Фут, и я знаю, когда нужно, а когда не нужно убивать.