Читаем без скачивания Никола и его друзья - Жан Семпе

Папа должен был сегодня пораньше уйти с работы, чтобы встретить бабушку на вокзале, но она приехала сама, на такси.

— Мама! — воскликнула моя мама. — Мы не ждали тебя так рано!

— Да, — сказала бабушка. — Это из-за того, что я села на поезд в 15–47 вместо 16–13. И я подумала, что не стоит тратиться на телефон, чтобы вас предупредить. Как ты вырос, мой зайчик! Ты уже настоящий мужчина! Поцелуй меня еще раз! У меня для тебя есть сюрпризы, они в большом чемодане, но я его оставила в камере хранения!.. Кстати, а где же твой муж?

— Вот именно, — ответила мама, — он, бедняга, поехал тебя встречать на вокзал!

Бабушку это рассмешило, и она все еще смеялась, когда пришел папа.

— Бабушка, послушай, — закричал я. — Бабушка! А подарки?

— Никола! Помолчи! Тебе не стыдно? — сказала мама.

— Он совершенно прав, мой ангел, — сказала бабушка. — Но так как никто на вокзале меня не встречал, я решила оставить свой чемодан в камере хранения, он очень тяжелый. Я подумала, что вы, зять, сможете за ним съездить…

Папа посмотрел на бабушку и молча вышел. Когда он вернулся, то выглядел очень усталым. Бабушкин чемодан был очень тяжелый и большой, и папе пришлось его нести обеими руками.

— И что это вы в нем везете? — спросил папа. — Наковальни?

Папа ошибся: бабушка привезла не наковальню. В чемодане был конструктор — для меня, и игра «Гусёк» (у меня их уже две), и красный мяч, и машинка, и еще пожарная машина, и юла с музыкой.

— Но ты слишком его балуешь! — воскликнула мама.

— Слишком балую? Моего Никола! Моего лапочку! Моего ангела! — сказала бабушка. — Никогда в жизни! Поцелуй меня, Никола!

После поцелуя бабушка спросила, где она будет спать, чтобы разложить свои вещи.

— Кровать Никола слишком мала, — сказав мама.

— Есть, конечно, диван в гостиной, но я думаю, не лучше ли тебе будет со мной в спальне?

— Ну нет, нет, — сказала бабушка. — Мне будет очень хорошо на диване. Я уже почти не страдаю от радикулита.

— Нет, нет, нет! — возразила мама. — Мы не можем позволить тебе спать на диване! Ведь правда, дорогой?

— Конечно, — сказал папа, глядя на маму.

Папа отнес чемодан в спальню, и, пока бабушка раскладывала вещи, он пошел в гостиную и, как всегда это делает, сел в кресло с газетой, а я играл с юлой, но мне было не очень-то интересно, потому это игрушка для маленьких.

— Ты не можешь играть где-нибудь подальше? — спросил папа.

И тут пришла бабушка, села на стул и спросила нравится ли мне юла и знаю ли я, как с ней играть. Я показал бабушке, что умею, а она очень удивилась и сказала, чтобы я ее поцеловал. Потом она попросила у папы газету, потому что у нее не было времени купить ее до отхода поезда. Папа встал, отдал бабушке газету. А бабушка села в папино кресло, потому что там было больше света.

— Идите к столу, — крикнула мама.

Мы пошли ужинать, и это было здорово! Мама приготовила холодную рыбу под майонезом (я очень люблю майонез), а потом была утка с зеленым горошком, а потом сыр, а потом пирог с кремом, а потом фрукты, и мама разрешила мне брать все с добавкой. А когда дошла очередь до пирога, то после второго куска она мне отдала еще кусочек своего.

— У него будет болеть живот! — сказал папа.

— О! Один раз — это не может навредить, — возразила бабушка.

А потом бабушка сказала, что она устала после путешествия и хочет рано лечь спать. Она всех поцеловала, и папа сказал, что он тоже очень устал и завтра должен быть рано на работе, потому что сегодня он раньше ушел и ездил встречать бабушку на вокзал. И все пошли спать.

Ночью у меня очень болел живот, и первым пришел ко мне папа. Он прибежал из гостиной. Бабушка тоже проснулась и очень взволновалась, она сказала, что это ненормально, и спросила, не советовались ли с доктором по поводу ребенка. А потом я заснул.

Сегодня утром меня разбудила мама, и папа тоже вошел в мою комнату.

— Ты не могла бы попросить свою мать поторопиться? — спросил папа. — Она уже целый час в ванной комнате! Я не знаю, что она может там делать!

— Принимает ванну, — сказала мама. — Имеет она право принять ванну или нет?

— Но я спешу! — крикнул папа. — Она же никуда не уходит. А мне надо на работу! Я опаздываю!

Замолчи, — сказала мама. — Она тебя услышит!

— Пусть слышит! — крикнул папа. — После ночи, которую я провел на этом несчастном диване, я…

— Не надо при ребенке! — сказала мама. Она покраснела и рассердилась. — Я сразу увидела, что с тех пор как она приехала, ты все время стараешься сказать ей что-нибудь неприятное! Конечно, когда дело касается моей семьи, ты всегда себя так ведешь. К своим родственникам ты относишься совсем по-другому. Твой брат Эжен, например…

— Хорошо, хорошо, не сердись, — сказал папа. — Оставь в покое Эжена и попроси свою мать передать тебе бритву и мыло. Я займусь своим туалетом в кухне.

Когда папа пришел завтракать, бабушка и я были уже за столом.

— Поторопись, Никола, — сказал папа. — Ты тоже опоздаешь!

— Как? — спросила бабушка. — После такой ночи вы посылаете его в школу? Но посмотрите, наконец, на него! Бедный лапочка, он такой бледный! Ты ведь устал, мой зайчик?

— Да, конечно! — ответил я.

— Вот видите, — сказала бабушка. — Я думаю, вы должны были бы посоветоваться с врачом.

— Нет, нет, — сказала мама, входя в комнату с кофе. — Никола пойдет в школу!

Тогда я заплакал и сказал, что очень устал и ужасно бледен, а мама меня отругала. Бабушка сказала, что она не хочет вмешиваться в то, что ее не касается, но она думает, что это не трагедия, если я один раз не пойду в школу, и что она не так часто видит своего внука. И тогда мама сказала, что хорошо, хорошо, но только сегодня, и что она очень недовольна.

А бабушка попросила, чтобы я ее поцеловал.

— Хорошо, — сказал папа. — Я убегаю. Постараюсь вернуться сегодня вечером не очень поздно!

— Во всяком случае, — сказала бабушка, — главное — не меняйте из-за меня своих привычек. Делайте все так, как будто меня здесь нет.

Мы изучаем правила дорожного движения

Иногда по дороге в школу встречаешь много ребят и тогда бывает очень весело. Мы разглядываем витрины, ставим друг другу подножки, кидаемся ранцами, а потом остается мало времени, и тогда надо со всех ног мчаться в школу, чтобы не опоздать. Так было и сегодня. Мы встретились с Альцестом, Эдом, Руфусом и Клотером, они живут недалеко от меня.

Мы перебегали улицу, чтобы поскорее попасть в школу (звонок уже прозвенел). Тут Эд подставил подножку Руфусу, Руфус упал, потом встал и сказал Эду:

— Ну-ка, пойди сюда, если ты мужчина!

Но они не успели подраться, потому что полицейский, который останавливает машины, чтобы они нас не раздавили, рассердился и позвал нас всех на середину улицы. Он сказал:

— Это кто так переходит улицу? Вас ничему в школе не учат? Кончится тем, что попадете под машину, если будете баловаться на мостовой. Особенно удивляет меня Руфус. Надо мне поговорить с твоим отцом!

Отец Руфуса — полицейский, и все полицейские его знают. У Руфуса из-за этого иногда бывают неприятности.

— Пожалуйста, не надо, мсье Бадуле, — сказал Руфус. — Я больше так не буду! А потом, это Эд виноват, я из-за него упал!

— Ябеда! — крикнул Эд.

— Ну-ка, пойди сюда, если ты настоящий мужчина! — сказал Руфус.

— Тише! — крикнул полицейский. — Так дальше не может продолжаться, я займусь этим делом. А пока идите в школу, вы опаздываете.

Мы вошли в школу, а полицейский пропустил ожидавшие машины.

Когда мы после перемены пришли на последний урок, учительница сказала:

— Дети, сейчас у нас по расписанию урок грамматики. Но его не будет…

Все облегченно вздохнули: — Уф! Кроме Аньяна Он любимчик и всегда учит все уроки. Учительница постучала линейкой по столу и сказала:

— Тише! Мы не будем заниматься грамматикой, потому что сегодня произошел неприятный случай: полицейский, который следит за вашей безопасностью на улице, приходил жаловаться директору. Он сказал, что вы переходите улицу, как дикари, бегом, балуетесь и таким образом подвергаете опасности свою жизнь. Должна сказать, что я сама часто видела, как вы сломя голову носитесь по улице. Итак, для вашего блага директор попросил меня провести для вас урок о правилах дорожного движения. Жоффруа, если то, что я говорю, вас не интересует, будьте любезны по крайней мере хотя бы не отвлекать ваших товарищей. Клотер! Что я только что сказала?

Клотер пошел в угол, а учительница глубоко вздохнула и спросила:

— Кто-нибудь из вас может сказать, что такое правила дорожного движения?

Аньян, Мексан, Жоаким, я и Руфус подняли руку.

— Ну что ж! Мексан! — сказала учительница.