Со спины принцесса выглядела совсем худенькой, такой хрупкой, что и пальцем тронуть страшно. Короткий ёжик светлых волос ежесекундно напоминал Люке, через какие ужасные вещи она успела пройти. Закалило ли это её характер, или наоборот? Или, может, воля принцессы всегда была твёрдой и неизменной, просто она этого не демонстрировала окружающим?
Как бы там ни было: сможет ли она взять на себя правление королевством? Какой бы хорошей и ответственной не была Зирайна, опыта у неё явно не хватало. Не случится ли так, что поборов тирана, они ввергнут страну в хаос?
- Ты тревожишься, - обернулась принцесса, - не боишься, не испытываешь ужаса. Почему тревога?
- Поверь, она посвящена отнюдь не судьбе короля.
- Время тревоги прошло, - Зирайна блеснула взглядом острым, как лезвие кинжала, - мы просто пойдём и убьем Зенекиса. Я хочу этого, и приказываю тебе повиноваться.
- Я не уверена, что смогу его убить, - залепетала Люка, испуганная нажимом подруги.
- Я смогу, - с каменным лицом ответила Зирайна, - теперь я в этом не сомневаюсь.
Они пошли дальше, но сумятица в душе Люки только нарастала. Отобрав у принцессы право наследования, Зенекис сотворил для себя худшего из врагов. Он поселил в душе Зирайны много страха. Но отваги всё же больше.
Ни у ворот, ни дальше в коридорах стражи не было. Теперь можно было с уверенностью сказать, что правитель действительно отозвал охрану… для чего? Показать, что их не боится? Заставить их почувствовать своё преимущество, этим поведя по ложному следу? Люка терялась в догадках. Её решимость держалась лишь на осознании того, что родители могут погибнуть, если она сегодня не выйдет из этого дворца победительницей. Это подстёгивало её идти вперёд, не отставая от Зирайны и шагу.
Когда они вышли в округлый холл, предшествующий тронному залу, у Люки затряслись руки, а Зирайна даже не остановилась. Шаг принцессы ускорился, и она, буквально пробежав оставшееся расстояние до двери в тронный зал, просто упала на них.
- Что-то не так!
Люка поддержала Зирайну, не дав ей упасть. Глаза принцессы округлились от ошеломления, и она несколько раз глубоко вздохнула.
- Что не так, Зирайна? – прошептала Люка, хотя шептать уже было бессмысленно.
- Он там, - принцесса указала пальцем, - но лучше будь настороже. С ним что-то не то.
Медленно, очень медленно девушки вошли в тронный зал. Люка, начавшая было любоваться убранством, тут же себя одёрнула. Не время сейчас! Когда-нибудь она прибудет на бал в честь коронации Зирайны, тогда и рассмотрит. Сейчас же нужно отвоевать это возможность, какой бы крохотной она не была.
В центре зала журчал фонтан, украшенный скульптурами ангелов. За ниспадающими каскадами воды угадывался мужской силуэт, и уже во второй раз за этот вечер Люке показалось то, во что ей совсем не хотелось верить. Она отбежала в сторону, оставив за собой принцессу, чтобы увидеть на королевском троне Адемаро Долгарда.
- Нет! – крикнула она, испугавшись его больше, чем чего-то другого за весь этот вечер, - почему ты здесь, Мар? Где Зенекис?
- Почему твоя энергетика так похожа на энергетику короля? – с Люкой поравнялась Зирайна. Её глаза горели, - я вас спутала! Я бы и не подумала, что здесь не он! Отвечай на вопрос!
Мар молчал. Он, слава Творцу, не улыбался, и не насмехался над ними. Его глаза были сощурены, губы сомкнуты. Правая рука сжимала подлокотник королевского трона.
- Ты их спутала, потому, что они братья, - догадалась Люка, - разве ты не знала?
- Нет, - побледнела Зирайна, и тут же вперила в Люку обвинительный взгляд, - ты знала?!
- Да, - она вздохнула, - но не думала, что когда-нибудь Мар использует это против меня.
- Люка, - голос Адемаро был ровным, - я взываю к твоему благоразумию. Брат не знает, где вы, и что случилось. Не знает, что вы вторглись во дворец. Это я отозвал стражу. Я не хотел, чтобы тебе причинили вред.
Люка сглотнула. Она уже не знала, верить Мару, или нет.
- Если вы сейчас просто уйдёте, никто не узнает о случившемся, - увещевал Мар. Он встал с трона, и сошел вниз на одну ступеньку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Люка отошла на шаг назад.
- Это уже невозможно, - ответила ему Зирайна, - как ты объяснишь смерть Плайтона?
- Будьте уверены, Ваше Высочество, - Мар позволил себе тень улыбки, - объяснение его смерти я найду с превеликим удовольствием.
- И ты просто так нас отпустишь? Как ты себе это представляешь? Что нам дальше делать, как жить?
- Скрыться.
- Скрыться? – повторила Люка, - такое будущее ты для меня видишь? Жить в ежесекундном страхе разоблачения?
- По крайней мере, ты будешь жива, и я буду это знать.
- Зачем тебе это? – она уже кричала, - зачем ты подставляешь себя?
Мар посмотрел в сторону, потом опять на неё.
- Потому, что люблю.
- Так это ты от большой любви к Люке едва её не испепелил? – притворно удивилась принцесса.
На лице Мара отразилось недоумение. Боги, как Люке хотелось верить этому недоумению!
- Что?
- Что?!
Он понял, что от Зирайны ответа не дождется, и поднял взгляд на Люку. А она не могла выразить словами, какой идиоткой себя чувствует! Её семья на грани гибели, бессердечный тиран Зенекис вот-вот обнаружит их и снова пленит, а Люка только и думала, как Мар хорош в своей гвардейской униформе и с зачесанными назад волосами. По тому, как потеплел его взгляд и дёрнулись уголки рта, Люка поняла, что Мар прочёл её эмоциональное состояние, как всегда делал.
Ну почему, почему она не смогла его забыть?! Её разрывало на части от осознания двух противоположных истин: он её возлюбленный, и он гвардеец короля, её врага. В груди болело так, что хотелось лечь на пол, скрутиться в клубочек и завыть.
- Зирайна дело говорит, - прохрипела Люка, невероятным усилием воли приходя в себя, - на выходе из Ластирьи мы обнаружили испепеляющее заклинание. Когда я бросила заколку в дверной проём главного входа, она сгорела.
- Сгорела? – Мар приподнял одну бровь, - смею предположить, что это был прощальный подарок вам от Плайтона, принцесса.
- Или от короля, - Люка закусила губу, - если это так, то он уже знает о том, что мы здесь. Для нас нет пути обратно.
- Он не знает, Люка, - мягко ответил Мар.
- Нет, знаю.
Четвёртый голос вклинился в их разговор, и Люка вместе с принцессой одновременно обернулись. Зирайна отступила шаг назад, спиной к Долгарду, а Люка… Люка замерла.
Его Величество Зенекис выглядел, как воплощение девичьих мечтаний. Короткие светлые волосы сияли золотом, а глаза были такого насыщенного бирюзового оттенка, что даже не верилось, что они настоящие. Светло-серые эполеты оттеняли белоснежный военный мундир, который шёл королю безумно.
До встречи с Зирайной Люка видела её изображение в новостных журналах и даже модных брошюрах. Она примерно представляла себе, как выглядит королева Мирцалия, потому как видела её в детстве, когда они с родителями заезжали в Солинкай. Сама по себе Люка не сильно интересовалась политикой, и, когда узнала о смерти одного правителя и коронации другого, то не почувствовала ничего, кроме легкой скуки.
Теперь же она понимала, что её застали врасплох, и, пожелай того король и воспользуйся он её замешательством, к этому моменту уже смог бы легко пленить их двоих.
Но почему-то медлил.
- С возвращением, принцесса, - король бодрым шагом прошел мимо них и стал рядом с Маром, и Люка отметила, насколько же они были не похожи друг на друга, даром что братья.
- Где моя мама? – требовательно спросила Зирайна. Она смотрела на него с такой ненавистью, что Люка поёжилась. Она увидела, что даже Мар обратил на неё внимание.
- Спит, - пожал плечами Зенекис и очаровательно улыбнулся, - если ты не заметила – ночь на дворе. Она не высыпается, видишь ли. Мой сын забирает много её сил и энергии.
Как и раньше, принцесса полностью пропустила мимо ушей информацию о том, что у неё есть брат.
- Ваше Величество, могу ли я поинтересоваться причиной такой рьяной ненависти принцессы к вам? – медленно проговорил Мар.
