- Вы решили меня оскорбить? - не выдержав, спросил Леонард, когда и в гостиную госпожа Даш согласилась войти только после него.
- Я знаю правила этикета, но, - Лара замялась, подбирая слова, - вы немного не в себе, милорд, я не желаю вас провоцировать. Признаться, и обедать тоже. Я совершила ошибку, большую ошибку и теперь сожалею об этом. Мне стало интересно, где вы живёте и...
- Не надо лжи, - жёстко ответил лэрд и посторонился, с лёгким поклоном предложив госпоже Даш пройти. - Может, я и опьянён вашей красотой, но не слеп.
Та с видом обречённой на казнь, дошла до ближайшего дивана и села. Она знала, лэрд пристально наблюдает за ней, и старалась держаться гордо, уверенно, как невиновная. Леонард присел рядом и быстро пожалел об этом. Мысли вновь крутились вокруг постели. Захотелось усадить прелестницу на колени, покрыть лицо и шею поцелуями, но Леонард, стиснув зубы, терпел. Как назло, средство Галеота осталось в спальне, а думать об этой комнате, смотреть на кровать решительно нельзя, сразу представлялась обнажённая красноволосая прелестница. Лэрд решил действовать осторожно, чтобы не навредить девушке. Шутки шутками, но вдруг Жаклин действительно подлила слишком большую дозу, и Леонард может ненароком убить любовницу? Однако терпеть оказалось невыносимо тяжело, и лэрд отсел на самый край дивана. Зато Лара вздохнула спокойнее.
- Обед подадут через час, нас никто не побеспокоит, - не глядя на госпожу Даш, произнёс Леонард. - Обещаю, сказанное вами не покинет стен этого дома.
Лара мысленно рассмеялась. Не покинет стен этого дома! Начальник Тайной канцелярии сдержит слово и даст задания агентам из собственного кабинета. Но вслух сказала совсем не то, что думала.
- Вы подозреваете меня в страшных вещах, милорд, то пугаете, то успокаиваете. Чего вы добиваетесь? Если желали запугать, вам это удалось.
Леонард наклонился и коснулся руки гостьи.
- Я не хотел вас напугать, - покачал головой он, слегка сжав тонкие пальцы, - я хотел помочь. Если вы попали в путы интриг, лучше разрубить их, чтобы не задохнуться.
- Боюсь, туда попали вы, - Лара решилась сказать правду. Он думает, будто влюблён, мучается, страдает. Пусть даже лэрд враг, но приворот не приносит счастья, все беды начались с попытки насильственно изменить естество. - Вас опоили, милорд, отсюда и влечение.
- Знаю, - огорошил ответом Леонард и ласково погладил по ладони. - Выходит, вы ещё и ведьма, госпожа, определили противоядие по запаху. Оно ведь было в той бутылочке, которую вы нюхали.
Госпожа Даш кивнула:
- Да, я ведьма и... Вам неприятно, но я скажу. Любого другого мужчину, окажись он на вашем месте, наградила бы проклятием. Да и вас тоже, не выпей вы зелья. Это оно толкает вас ко мне, заставляет столь сильно желать.
- Неужели я вам совсем не нравлюсь? - Леонард вновь оказался в опасной близости от неё, едва ли не сжимая в объятиях. - Ну же, посмотрите на меня, Морея! Или вас смущает возраст? Но юнцы способны лишь разбивать сердца.
- А люди, подобные вам, души, - чуть слышно пробормотала Лара.
- Как много бы я дал за ваш поцелуй! - вздохнул лэрд.
В голове вновь расцвели эротические фантазии, и, не удержавшись, поддавшись провокации тела, Леонард потянулся к Ларе. Она тут же ощутила спиной мягкую обивку дивана. Опытные мужские руки стремились добраться до груди, растёгивая многочисленные крючочки. Вырваться не было никакой возможности: лэрд фактически лежал на ней, а весил он не мало. Губы жадно целовали шею, пальцы уже добрались до белья, пытаясь проникнуть под него.
- Милорд, милорд, это всё зелье! - упершись коленом в пах обезумевшего от страсти Леонарда, Лара пыталась воззвать к его разуму. - Остановитесь!
Пальцы уже плели заклинание оцепенения - единственное оставшееся спасение чести, но лэрд неожиданно сам остановился и сел, проведя рукой по вспотевшему лбу. Точку в мизансцене поставило появление слуги, возвестившего об обеде.
- Свидетели предки, я не насильник, - отвернувшись, давая Ларе привести себя в порядок, заверил Леонард. - Ничего, сейчас приму капли, станет легче.
Госпожа Даш промолчала и быстро застегнула крючки. На душе было гадко, будто Валентайн второй раз прилюдно унизил. Какая шпионка - шлюха! Вот для чего готовил её декан - для развлечения лэрда в постели, пока другие воруют бумаги. А она-то вообразила! Дура.
- До свидания, милорд, - госпожа Даш встала. - Полагаю, мне больше нечего делать в этом доме. Действие зелья пройдёт без меня гораздо быстрее.
- Любое желание, Морея, - с напором произнёс лэрд и порывисто ухватил её за руки, пытаясь перехватить взгляд. - Всего за один раз на ваших условиях.
Лара покачала головой. Она догадывалась, чем обернётся согласие. Леонард в таком состоянии насиловал бы очень долго, не в силах остановиться. Сам того не желая, причинил нестерпимую боль.
Лэрд вздохнул и неожиданно предложил пройти в кабинет. Заинтригованная, госпожа Даш не стала противиться. Идти пришлось быстро, Лара едва поспевала за Леонардом. В кабинете тот велел сесть в кресло, сам же подошёл к секретеру, надавил на какие-то рычажки и отодвинул громоздкий предмет мебели в сторону.
- Тут код, Морея, - лэрд указал на стену. - Или как ваше настоящее имя? Хорошо, пусть будет Морея. Девушка, которая никогда не хоронила мужа.
Губы Леонарда на миг превратились в оскал, напомнив, какую должность он занимал. Госпожа Даш икнула, представив застенки Тайной канцелярии. Почему её до сих пор не арестовали, раз лэрду всё известно? Или он желал сначала излечиться от влечения? Тогда зачем привёл в кабинет? Тут даже кушетки нет. Чем больше Лара думала, тем больше убеждалась, что в истории с зельем не обошлось без оронгского следа. Слишком многое на это указывало, да и сам Леонард намекнул, будто знаел имена шутников.
- Итак, Морея, - спокойно продолжил лэрд, посторонившись, чтобы Лара хорошо видела открывшийся кусочек стены, - где-то здесь тайник. А в нём бумаги. Вы останетесь со мной до утра, и я покажу их вам. Покажу, не отдам, но и этого слишком много. При должной смекалке можно догадаться, как найти и вскрыть тайник.
- Нет, - не раздумывая, ответила госпожа Даш, стараясь не думать о последствиях, - даже если подарите, нет. А теперь либо выпустите меня, либо арестуйте.
Леонард вернул секретер на место и заверил, что отпустит Лару, но только после обеда. Пришлось смириться и через силу заставлять себя есть под пристальным, изучающим взглядом лэрда. Тот сдержал слово, даже велел проводить до пансиона, но напоследок напомнил, что примет её с признаниями в любое время.
