— Когда будете готовы поговорить, дайте мне знать.
Она села на ступеньки сцены.
— Ладно: поговорим. — Снова голос женщины. — Вы не можете одолеть меня, так зачем пытаться? Да несколько высокомерных, эгоистичных людей этого и не стоят. Чего вам о них заботиться? Вам нечего вообще заботиться о людях.
Он сел по другую сторону ступенек.
— Но вы ведь заботитесь о своей семье?
Она подняла голову, глаза ее сверкнули, и он увидел еще один призрак… призрак девушки в фотоальбоме и певицы, напавшей на Клаудиа Дарлинг в 1941 году. Но тут она рассмеялась.
— Туше. Но… семья — это одно, остальная часть человечества — другое.
— Не для меня. Я присягнул защищать его, и все мои друзья, конечно, люди.
Лейн фыркнула.
— Друг — это тот, перед кем можно открыть душу. Есть у вас кто-нибудь соответствующий этому описанию? С кем вы можете сидеть и говорить так же откровенно, как мы с вами? Есть такой человек, о котором вы не подумаете, что в следующий раз он к вам придет с деревянным колом?
Это попало в цель. Он вспомнил, как проснулся утром и увидел Лин. Он подумал тогда как раз об этом.
Она склонилась к нему.
— В самом деле, инспектор… люди для нас — только источник пищи.
Он распрямился.
— Не для меня. Я не выпил ни капли человеческой крови.
Глаза ее сузились.
— Вы пьете только кровь животных? — Она насмешливо покачала головой. — Неудивительно, что вы так похудели. Вы должны поесть по-настоящему, инспектор.
Челюсти его сжались.
— Я отказываюсь охотиться на людей.
— Неужели? — Она поджала губы. — Как праведно. Но я заметила, что вы не колеблясь использовали мою мать в качестве информатора и обманули ее, уверяя, что вы ее друг, чтобы подобраться ко мне.
Это ударило еще больнее. Он почувствовал, как слабый жар охватывает шею и лицо.
— Мне жаль. Не хотелось. Мне понравилась ваша мать.
Ее голос опять перешел на шипение.
— За это я бы вас убила. Я почти жалею, что не сломала вам шею, когда была возможность.
— Я все время гадаю, почему вы этого не сделали.
С минуту ему казалось, что она не собирается отвечать. Она откинулась на ступеньки и смотрела в сторону. Но немного погодя сказала:
— Собиралась, но вы… укусили меня.
Он мигнул. Звучит как объяснение.
— Ну и что?
Лейн вздохнула.
— Недостаток бессмертия в том, что мы продолжаем жить, а все остальное нет. Я держусь за свое имущество, потому что теряю людей. Они умирают или уходят, когда я принимаю новую личину. Я люблю свою семью, потому что когда она умрет, у меня не останется в мире никого, кто был бы мне не безразличен. Все, кого я знала, весь мир, в котором я родилась, — все уйдет навсегда. С вами это тоже случится…
Не желая этого, Гаррет увидел… его родители умирают, даже его сын становится старше него. Постепенно он станет современником своих внуков и правнуков, но они будут ему совершенно чужими, будут смотреть на мир другими глазами и говорить на другом языке. Ведь как тот обрывок сленга, который позволила себе Лейн — назвала его миком, — выдал ее.
— Бессмертные и вампиры очень одиноки, Гаррет.
Слова отозвались в нем. Почти в отчаянии он подумал об Элен Шонинг.
— Не обязательно. Нет ничего плохого в смене отношений. Каждый период приносит нескольких человек, которые могут удовлетворить эмоциональные потребности.
— А если вы найдете кого-нибудь, вроде вашей покойной жены?
Вот это ударило как нож в ребра. Гаррет в боли вскочил на ноги.
— Откуда вы знаете о Марти?
Лейн улыбнулась.
— Я расспрашивала о вас. Соседи радовались возможности поговорить с репортером о человеке, вернувшемся из мертвых. Они рассказали, что у вас с Марти были особые отношения. Ее смерть вам, должно быть, тяжело было перенести.
В горле у него пересохло, боль заполнила грудь.
— Оставьте мою жену.
— Но дело как раз в этом. — Лейн склонилась к нему. — Вы найдете такую. И с самого начала будете знать, что со временем потеряете ее. А что если не один раз отыщете часть души и потеряете? Сколько времени сможете вы выносить такую боль?
При мысли об этом боль охватила его. Он сжал кулаки и хрипло прошептал:
— Будь вы прокляты! — Потом горько рассмеялся. — Впрочем, вы и так прокляты, и я тоже.
Она подняла брови.
— Неужели вы верите в эту ерунду? Проклятие не имеет к нам отношения. Мы не демоны, не ожившие мертвецы. Мы живые, как люди, только наша жизнь высшего порядка. Как вы думаете, какой механизм вызывает превращение в вампира?
Вопрос удивил его. Он с минуту подумал и пожал плечами.
— Никогда он этом не думал.
— Ну, а я думала и изучала. Я уверена, что существует вирус вампиризма.
Он вспомнил медицинскую литературу на ее полках.
— Как бешенство.
Она рассмеялась.
— Достаточно близко. Он переносится кровью и слюной, как бешенство. Укушенный получает небольшое количество вируса. У нормального здорового человека иммунная система уничтожает его. Но при повторных вторжениях некоторые вирусы выживают, начинают жить в его клетках, а когда тело хозяина слабеет, умирает, они берут над ним верх, модифицируют для своих нужд и оживляют. — Глаза Лейн блестели, она была увлечена темой. — Немного нужно, чтобы оживить тело. Для этого достаточно нескольких укусов, кончающихся смертью. Но чтобы воздействовать на клетки мозга, чтобы восстановить его высшие функции, нужна большая колония вируса.
Он смотрел на нее, вдруг поняв.
— Кровь переносит вирус, а я получил вашу кровь после укуса.
Она кивнула.
— Я знала, что вы воскреснете с восстановленными высшими функциями мозга, в отличие от Моссмана и Адейра. — Она встала, подошла к нему и коснулась шрамов у него на шее. — Плоть от плоти моей. Кровь от крови моей.
Легкий аромат ее острых духов вился вокруг. Гаррет отшатнулся.
— Я вам не верю. Я коп, а вы убийца, и вы считаете, что можете сделать меня свои компаньоном? Неужели вы думаете, что я соглашусь? Вам не приходило в голову, что, поняв, что произошло со мной, я мог всем рассказать и тем уничтожить вас?
Она ответила с понимающей улыбкой:
— Но вы ведь этого не сделали. Вы никому не сказали и пришли ко мне в одиночку.
Он с ужасом понял, что уже поступил так раньше и умер из-за этой ошибки. Он поднялся по ступенькам на сцену.
— Но не для того, чтобы стать вашим компаньоном. Отвезу вас назад, даже если придется все рассказать.
Она поднялась вслед за ним.
— И сами себя погубите?
Он повернулся спиной к перилам и оперся на них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
