О. Журавлёва — Но почему союз либералов и белых — это хорошо, а…
А. Проханов: — Я говорю о себе. Мне — хорошо. Это хорошо моему государству и моей идеологии. Понимаете, ведь трагедия именно в этом, что среди православной церкви нет стратегов, нет людей, понимающих эту таинственную политологию сегодняшней России и сегодняшнего мира.
О. Журавлёва — Но православие же не должно быть политической силой.
А. Проханов: — Вы знаете, политической силой является даже муха, которая пролетает, там не знаю, над столом президента.
О. Журавлёва — О'кей.
А. Проханов: — Политизировано все.
О. Журавлёва — Хорошо. Ладно. Вы-то сами за красных или?..
А. Проханов: — Я за альянс красных и белых. Я — империалист.
О. Журавлёва — А! Может, вы еще и спартаковец?
А. Проханов: — Нет, я не спартаковец. Я — журавлевец.
О. Журавлёва — Хорошо. Договорились. Есть еще один такой вопрос. Все империи заканчиваются распадом. Вы согласитесь? История вас этому учит?
А. Проханов: — Распадом кончаются все общества, в том числе и республики.
О. Журавлёва — Так вот вы к чему призываете? К империи, которая распадется…
А. Проханов: — …или к республике, которая распадется.
О. Журавлёва — Вы считаете, что республики распадаются?
А. Проханов: — Или к семье, которая распадется.
О. Журавлёва — Ну, не все семьи распадаются.
А. Проханов: — Или к человечеству, которое погибнет. Я призываю к той идеальной форме, к которой стремится человечество, я призываю к империи. Я призываю к империи, к которой стремится Евросоюз, он почти создал эту империю, которая на глазах у нас распадается. Я призываю к созданию империи, которой является Китай со своими сложными этническими вкраплениями. Израиль, мечтающий об империи.
О. Журавлёва — А недостаточно той империи, которая есть сейчас?
А. Проханов: — Нет. Нет, недостаточно, потому что сегодняшняя российская империя — она межеумочная, она недостроенная. Империя — это помимо синтеза идей, народов, культур, еще синтез пространств, это очень сложная геополитика. А сегодняшняя Россия геополитически беспомощна. Поэтому трещит Кавказ. Вот эти камни, которые были, как драгоценные самоцветы, встроены в имперскую диадему кавказскую, которые соседствовали с грузинским бриллиантом, с армянским изумрудом, с азербайджанским сапфиром — все эти камни расшатаны. Поэтому геополитическое пространство сегодняшней России абсолютно рыхлое и дохлое. И евразийская идея, которую продекламировал Путин и которая является, по существу, прообразом будущего великого евразийского государства или царства — это, конечно, огромная геополитическая задача. Кто ее будет реализовывать — вопрос. Это очень важно. Но на самом деле, конечно, сегодняшняя Россия является империей, но неполноценной и недостаточной, ее нужно достраивать.
О. Журавлёва — Достаточно ресурсов, чтобы хотя бы в этой империи навести какую-то структуру, какой-то порядок? Вы сами говорите, что она слишком рыхлая.
А. Проханов: — Я думаю, что этих ресурсов достаточно при так называемом мобилизационном проекте, который предусматривает в себе и концентрацию воли, концентрацию этой идеологии.
Ресурсов всегда хватает и их всегда очень мало. Этих ресурсов почти не было у Сингапура, который превратился в потрясающую страну благодаря воле лидера и мобилизации всего народа на поставленную задачу.
О. Журавлёва — Но Сингапур не сравним по масштабам, нет? Тоже, в общем, не империя, прямо скажем.
А. Проханов: — Причем здесь империя? Я вам говорю, что ресурсы не исчисляются просто баррелями нефти или длиной железных дорог. Ресурсы, например, это воля, в том числе и национальная воля консолидированного, мобилизованного народа. Это самый главный ресурс.
О. Журавлёва — Неужели достаточно может быть воли, я не знаю там, одного или нескольких человек, чтобы покрыть такие огромные пространства? Это воля должна из разных точек появиться. Она какая-то должна быть общая.
А. Проханов: — Это уже другой вопрос, пускай это будет общая воля. Но здесь нет воли ни у одного человека достаточной, ни у всех, населяющих наше пространство. Потому что весь наш народ находится в состоянии демобилизованном. Либеральная победа в 1991 году продолжалась через колоссальную деструкцию, которая разрушила и продолжает разрушать национальное сознание, демобилизует народ, расчленяет его, ссорит его.
О. Журавлёва — А под словом «либералы» что понимаете?
А. Проханов: — Примерно то же, что и вы.
О. Журавлёва — Да? А вот Ют пишет: «Назовите хотя бы одного либерала, кроме Александра Второго». Вот для него есть один либерал, Александр Второй. А для вас?
А. Проханов: — А для них Александр Второй — либерал? А Александр Проханов в таком случае кто такой?
О. Журавлёва — Вот тоже интересно.
А. Проханов: — Ну да. Но сейчас не будем выяснять, кто такой Александр Проханов.
О. Журавлёва — Ну, я вас слушаю, я понимаю, что либералы — это плохо.
А. Проханов: — Либералы — это просто что-то очень мерзкое. Для русского государства это традиционно страшное, сокрушительное, гнусное, разрушающее все базовые основы, традиционное сознание, разрушающее вот эти коды национальные, отказывающее русскому народу в его мессианстве, в его истории, называющее русских людей «перхотью», говорящее, что русская история — это тупиковая…
О. Журавлёва — Я от вас первый раз слышу эту формулировку. Интересно.
А. Проханов: — Да? Ну вот мотайте на ус. Намотайте на ус.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
