— Вопрос в том… — сказала Бри, обращаясь к Люси, когда выпрямляла усики, — насколько отчаянно я хочу привлечь новых посетителей.
До прошлого вечера Люси собиралась отправиться на парад одна, но после того, как Темпл швырнула доску для скраббла через веранду, а Панда пригрозил утопить Люси в озере, если она не прекратит обзывать его французскую свинью-официанта, она скорректировала свой план.
— Хуже всего то, что вы просидели здесь всего неделю, а ведете себя как две вздорные старые карги. А ведь вам обоим некуда деваться.
Полотенце Панды шлепнулось на пол, когда он кинул его через комнату.
— Со мной вообще очень легко общаться, но Люси права, Темпл. Если ты не возьмешь тайм-аут, кому-то несдобровать. И это буду не я. — Он схватил бутылку с водой и запыхтел.
— Ты правда думаешь, что я готова рисковать своим будущим с такой сомнительной маскировкой, как парик? Ни за что. — Ее прыжки сменились боковыми отжиманиями.
Люси вздохнула. Злая королева была требовательна, вспыльчива и сложна в общении, и Люси должна была бы ее возненавидеть, но живущий в ее душе социальный работник не мог. За всем этим бахвальством скрывалась душа, которая точно понимала, насколько сама безумна, однако не представляла, что с этим делать.
У Люси и Злой королевы было много общего, хотя Злая королева знала, чего хочет от жизни, а Люси знала только то, чего не хочет: стучать в новые двери, требуя милостыни и продавливая законы о помощи детям. Это опускало ее на самое дно.
Панда отставил бутылку и уставился на Люси.
— А что, если ее маскировка будет включать не только парик?
— О чем ты?
— Я имею в виду… — Панда повернулся к Темпл. — Твоя подруга, дочь президента, имеет большой опыт в путешествиях инкогнито. И я сейчас говорю не о ее отвратительной маскировке. — Он оглядел ядовито-розовые дреды Люси. — Если ты убедишь ее, уверен, она поделится с тобой секретами.
Через час все трое уже направлялись в город. Темпл развалилась на заднем сиденье, ее длинные волосы были скрыты под коротким каштановым париком, лицо закрывали очки и непримечательная соломенная шляпа. Люси надела черную майку, ту самую, на которой красовались череп и розы, ультракороткие джинсовые шорты «Дейзи Дьюкс», которые она специально растрепала по низу и украсила булавками. Она вставила кольцо в нос и два кольца в брови. Панда надел черную кепку «Найк», его волосы слегка выбивались из-под нижнего края. Люси попросила его избавиться от очков-авиаторов, потому что в них он напоминал агента секретной службы.
Серые штаны для йоги сидели на Темпл более свободно, чем тогда, когда она приехала, а вот трикотажный фиолетовый топ натянулся на животе благодаря маленькой подушечке, которую Люси закрепила под одеждой.
Бульвар Бичкоумер перекрыли из-за парада, и Панда свернул в переулок, чтобы припарковаться.
— Помни, что я тебе сказал, Темпл. Ты постоянно должна быть у меня на глазах. Люси, ты прикрываешь Темпл, так что держись рядом с ней. Ни с кем не разговаривай, но если что-то случится, Темпл — твоя беременная подруга из глухого городка на Востоке.
— У меня есть версия получше, — вставила Люси. — Она очередная женщина, с которой ты переспал и от которой хочешь избавиться при первой возможности.
Панда не обратил на нее внимания.
— Даже не пытайся сбежать от меня, Темпл. Если тебе захочется воспользоваться туалетом, мы все пойдем с тобой.
Темпл опустила на нос очки и уставилась на его затылок поверх оправы.
— Я скорее умру, чем воспользуюсь биотуалетом.
— В этом я с тобой согласна, — сказала Люси.
Темпл нервно смотрела в окно на людей, проходивших по тротуару, некоторые из них несли шезлонги, другие везли коляски.
— У тебя паранойя, Панда. Я не для того так вкалывала, чтобы наброситься на уличную еду.
— Это обнадеживает, но правила от этого не меняются.
Люси потянула шорты за пояс. Несмотря на то что жила в доме, где не было ничего, кроме диетической еды, она умудрилась вновь набрать вес, который потеряла до свадьбы. Она повернулась, чтобы еще раз рассмотреть маскировку Темпл и увидела, как та поджала губы.
— Может, перестанешь?
Темпл нахмурилась.
— О чем ты?
— О том упражнении, что ты сейчас выполняешь. Сжимаешь бедра, или напрягаешь живот, или что-то вроде того.
— Я выполняю упражнение Кегеля[9]. — Темпл снисходительно ухмыльнулась. — И если бы ты заботилась о своем тазовом дне, ты бы тоже их делала.
— Клянусь Богом, — воскликнул Панда, — если мое следующее задание будет связано с женщиной, даже с песчанкой женского пола, я не возьмусь за него!
Люси улыбнулась и уткнула локоть в спинку заднего сиденья.
— А вот и хорошая новость, Темпл. Когда рядом Панда, все смотрят только на него.
— Вот почему мы с Люси должны выезжать в город вдвоем! — заявила Темпл.
— О да, это сработает, — сухо произнес Панда. — В ту самую секунду, когда вы обе скроетесь из вида, вы начнете уплетать хворост.
Как же он прав! Это и объясняло тот факт, что Люси поправилась. Диетическая еда так ее удручала, что она пускалась во все тяжкие, выезжая в город. Пока ей удавалось избегать обыска Панды, она лишь выворачивала карманы и показывала, что у нее ничего нет. К счастью, он не давил на нее.
— Твоя паранойя уже как болезнь, — объявила Злая королева, когда Панда втиснулся на узкое место. — Тебе нужно лечиться.
Люси уставилась на Темпл.
— Только не обижайся: возможно, тебе стоит к нему присоединиться.
Панда улыбнулся впервые за все утро, потом заглушил мотор и вновь принялся читать нравоучения:
— Мы понаблюдаем за парадом, прогуляемся по берегу бухты, вернемся в машину и отправимся домой новыми людьми.
Теперь фыркнула Люси.
— Все может быть, — без особой убежденности произнесла она.
Они нашли место с хорошим обзором в конце бульвара Бичкоумер, вдали от запаха еды и худших представителей из толпы туристов. Как и предсказывала Люси, рядом стоящих людей больше интересовал Панда, чем любая из них, хотя Люси привлекала больше внимания, чем Темпл, что раздражало Злую королеву.
— Я знаю, это нелогично, — прошептала она. — Но я привыкла быть в центре внимания.
Люси рассмеялась и прошептала:
— Самое время подумать о том, чтобы добавить к вашим тренировкам работу над душевным состоянием.
— Даже если бы я была в себе, — вздохнув, заметила Темпл, — я бы все равно не знала, кто я.
И так всегда было с Темпл Реншоу. Ровно в тот момент, когда хотелось сбить с нее спесь высокомерной дивы, она произносила такие слова, от которых сжималось сердце. Грубая проницательность и полная невежественность не давали ей стать невыносимой.
