моего сопровождающего.
Оборотень оторвался от руки, взгляд его чуть прояснился. Он посмотрел на эльфа и медленно кивнул.
― Спасибо, но у меня уже есть все необходимое, ― Риарель кивнул на черную мантию с изображением прикрытого «глаза тьмы» на внутренней стороне воротника. ― Как только я буду уверен, что Ее Величеству ничто не угрожает, я примкну к общине Прозревших. Суета двора ― это не для меня.
Тьма уронила отмычки. Я удивленно уставилась на эльфа, а тот лишь грустно улыбнулся и, воздев очи к потолку, продолжил говорить:
― Суета светлого двора настолько утомила меня, что я решил уйти от мира и удалиться в какой-нибудь дальний храм, где я смогу своими молитвами прославлять Ту, что дарует нам вечный покой и забвение. Мать Тьма примет меня в свои объятия, и я познаю истинное счастье.
Тьма на всякий случай втянула все щупальца и отползла вглубь клетки.
― Тей, ты не оставишь нас, ― только и смогла выдавить из себя я.
Оборотень молча поднялся и, не отрывая взгляда от полоумного эльфа, вышел. Как только дверь захлопнулась, лицо мага растянулось в довольной улыбке. Риарель откинул одеяло и начал улыбаться, сияя как начищенный чайник.
― Объяснить не хочешь? ― поинтересовалась я.
Эльф натянул мантию и плюхнулся на кровать рядом со мной.
― Не хочу, ― расхохотался эльф, ― но так и быть.
С лица мага исчезло веселье, впервые холодные серые глаза посмотрели на меня с затаенной ненавистью и страхом.
― Темная империя ― не место для эльфа, ― произнес Риарель, не отрывая взгляд от моего лица. ― Свет гаснет под натиском Тьмы, и мы умираем. Не сразу, конечно, но за пару столетий темная земля превратит любого в прах. Уже 7 веков церковь прозревших забирает наши жизни. Эльфов осталось очень мало. Мы погибнем, если Лирель развяжет войну, но еще вернее мы погибнем, если церковь прозревших будет забирать наши жизни.
«Может прикопать его, пока никто не видит?» ― предложила Тьма. «А то так отвернешься, а у тебя в спине уже кинжал торчит».
«Скорей, уж яд в графине плещется», ― подумала я.
У порога недовольно заворчал Шен. Маг на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями, но прежде, чем он успел хоть что-то сказать, я откинула одеяло, подхватила платье и скрылась в ванной. Вода помогла собраться с мыслями, мне всегда хорошо думалось в горячей воде, и чем вода горячее, тем лучше. Комнату заволокло паром, в какой-то момент мой взгляд натолкнулся на отражение в зеркале, вот она, Эльза, эльфийка с наивными голубыми глазами и шикарной гривой волос. Отражение вызвало неясную волну раздражения, пальцы сами потянулись к замку клетки, и Тьма с удовольствием вылезла наружу, горячий душ ей тоже нравился. Я еще раз посмотрела в зеркало, теперь в нем отражалась хмурая брюнетка.
«Что будешь делать с эльфом?» ― полюбопытствовала Тьма, осторожно пробуя воду щупальцем.
Я вылезла из ванной и завернулась в полотенце.
― Светлый идеалист, ― черный коготь скользил вниз по зеркалу, оставляя глубокую царапину. ― Пока есть Империя, над эльфами всегда будет висеть угроза истребления. Церковь ― только первый шаг.
Обида и разочарование сдавили горло, он не предал, он всего лишь остался верен себе, он был честен. Я тряхнула головой и расправила плечи. Всегда предпочитала честных врагов лживым друзьям. Тьма потихоньку выползла из ванной, ее обжигающе-холодное прикосновение помогло взять себя в руки.
«Ты же умеешь превращать врагов в друзей. Лорд Таш ― отличное тому подтверждение», ― шепнула Тьма.
― А еще я отлично умею вязать узлы. Без приказа протянешь к Риарелю щупальца, будешь месяц кашпо для цветов напоминать, ― отрезала я.
Тьма обиженным клубком вкатилась в клетку, захлопнула за собой дверь, недовольное сопение раздавалось ровно до того момента, когда я застегнула последний крючок на платье.
«Если кашпо позволено будет высказаться», ― не выдержала Тьма. ― «То кашпо скажет, что за возможность просыпаться с тобой в одной постели, он позволит вокруг Вечного Леса еще пару десятков Темных империй воздвигнуть».
― А если не рядом, а вместо?
«Тогда тебе придется не просто сопеть, уткнувшись в него носом, а как-то более активно доказывать необходимость построения новой Цитадели именно на месте эльфийского леса. Ты же не собираешься истреблять эльфов, в конце концов».
Я посмотрела в зеркало, покрытое царапинами стекло снова отражало белокурую эльфийку, но зеленые, горящие лихорадочной надеждой глаза явно принадлежали мне. Дождавшись, пока болотная зелень сменится незамутненной синевой, толкнула дверь и вернулась в комнату, а в голове билась только одна мысль: «А вдруг Тьма ошиблась?».
Риарель доедал завтрак. Эльф пододвинул мне тарелку с остывшей кашей, провел над ней рукой, и от каши повалил пар. Я опустилась в кресло и взяла ложку. Ели молча, каждый думал о своем, я размышляла о том, что сомнение ― роскошь, которую не может себе позволить ни один Лорд. Либо доверять, либо держать наготове уютную камеру и кандалы. А можно совместить.
― Как думаешь, Вечный Лес порадует известие о том, что брат короля возглавил церковь прозревших в Темной Империи?
Эльф поперхнулся вайром, Тьма просунула щупальце сквозь прутья клетки и похлопала мага по спине. Риарель подскочил, как ужаленный, и, все еще кашляя, стал искать неизвестного доброжелателя.
― Кашпо, ― прошипела я сквозь зубы, Тьма демонстративно сплела щупальца в косичку.
Эльф пришел в себя и осторожно опустился в кресло.
― Ну, так что скажешь? ― я налила себе вайра и потянулась за печеньем.
― Ты серьезно? ― Риарель потянулся к поясу, где у него висела заветная фляжка, и щедро плеснул из нее в свою чашку, на секунду замер и протянул фляжку мне. Прежде, чем последовать его примеру, поднесла к носу и понюхала ― коньяк.
― Так ты согласен? ― протянула фляжку обратно, пальца эльфа тут же сомкнулись на ней, но я не спешила отпускать. ― Я жду ответ.
― Согласен,― криво улыбнулся маг, ― но если не выйдет, то мне хватит и простой должности старшего советника.
― Сесть на первой ступени у моего трона? ― не удержалась я, эльф дернулся как от пощечины, воспоминания о пещере дворфов были еще свежи.
Риарель ничего не ответил, сделал большой глоток и вышел из комнаты.
«Переборщила», ― проворчала Тьма,― «Нельзя же так сразу и по больному. Ты же помнишь, Свет не служит Тьме, и все такое».
― Считай, что сегодня во мне умер дипломат. Поминки будут в императорском
