Читаем без скачивания Наемники Судьбы - Юлия Федотова

– Что ты знаешь об этом Обероне? – обратилась Меридит к эльфу. – Ему можно доверять?..

С тех пор как они покинули лесное царство, прошло десять дней. По словам правителя, до западной границы Чернолесья оставалось не более двух недель пути. Лес должен был бы уже начать редеть, вместо этого он превратился в совершенно непролазную чащу. Местами деревья росли так тесно, что крупный Рагнар едва протискивался между ними. Хельги не переставал удивляться, как огромные растения ухитряются не передушить друг друга на таком крошечном жизненном пространстве?

За сплетением крон не было видно неба – не угадаешь, какая там, снаружи, погода. Ни один солнечный луч не мог пробиться под полог Чернолесья. Вечный сумрак, сырость и затхлость царили тут. Травы, папоротники, даже грибы исчезли. Остались магические пакости, коим и названия нет. И все, как на подбор, ядовитые, враждебные, агрессивные. Попадались, например, зубастые дупла. Сунешь в такое палку – хрум! – пополам. А желтовато-белые, студенистые образования величиной с голову – Энка нарекла их «живые сопли» – следовало обходить за пять шагов, иначе они плевали едкой жижей. Действие ее испытали на себе Орвуд и Меридит. Ожоги были будто от драконьего серебра, даже похуже.

Энка наступила на схоронившийся во мху, вернее, в плесени – корень, он тут же обвился вокруг ее ноги, впился в икру. Сильфида моментально перерубила его мечом, выдернула, отшвырнула. На ноге осталась почти некровоточащая дыра в полпальца глубиной, очень болезненная, – идти мешала ужасно. Но о том, чтобы на ком-то поехать, и речи не шло: не протиснешься между деревьями. Да и не смог бы теперь никто ее везти. Проклятая чащоба высасывала силы как ночной упырь. Принц и Ильза постепенно впали в полубессознательное состояние, их приходилось вести, точнее, волочь за руки. Начинали сдавать Аолен и Орвуд.

Потом Рагнар чем-то отравился, его рвало и несло. Рыцарь клятвенно заверял, что в рот не брал ничего постороннего. Стали искать причину и скоро нашли. Рагнар единственный употреблял вино из припасов, которыми их снабдили у Оберона. Эльф изучил напиток и обнаружил яд. Все остальные продукты были безвредными.

– Не иначе прощальный привет от Мэрдока, – решил Хельги.

«Привет» оказался таким эффективным, что практичная Меридит посоветовала:

– Рагнар, ты бы снял штаны совсем. Не ровен час – не успеешь! Запасных-то нет. Завернись в плащ…

– Нечего издеваться над чужой бедой! – рявкнул тот, чувствуя себя при последнем издыхании.

Меридит удивленно моргнула: она давала совет без всякой задней мысли. И зря Рагнар ее не послушался. Злополучные штаны пришлось при помощи палок закатать и упаковать в узел до лучших времен, а именно – до встречи с водоемом. А сам рыцарь шел, обернувшись плащом на манер длинной юбки. На его беззащитные волосатые ноги то и дело посягали жирные пестрые пиявки, угнездившиеся в плесени. Зато недомогание прошло так же внезапно, как и началось. Но силы рыцаря были уже подорваны.

– Вот! – комментировала сильфида. – Верно говорят: пить – здоровью вредить.

– Уж ты бы молчала! – Меридит никак не желала забыть историю с вампирами.

В довершение Хельги, дотоле счастливо избегавший магических бед, разбил лоб о дерево. Задремал на ходу и вписался точно в ствол. Да так, что мало не показалось. Окружающие прямо не знали, смеяться или плакать. Сомнения разрешил сам пострадавший: он сидел в плесени, размазывал кровь по физиономии и веселился от души.

– Теперь ты полноправный член нашего общества инвалидов, – похлопала его по плечу Энка.

Аолен попытался залечить ссадину, благо она была простая, не магическая, но смог лишь остановить кровь – и выдохся.

– Ладно, – махнул рукой Хельги, – сама зарастет, не мучайся. Тебе от лечения вреда больше, чем мне от болячки.

И из последних сил они поползли дальше, сквозь древесно-магический заслон.

… – Так что тебе известно про Оберона? Не мог он нам наврать? Не похоже, чтобы демонов лес приближался к концу!

Аолен пожал плечами:

– Оберон – один из самых могущественных магов нашего народа. Если не самый могущественный. Ожидали, что он объединит кланы и станет королем всех эльфов. Но вдруг он вместе со своим кланом покинул Староземье, и больше о нем никто не слышал. Это случилось около двухсот лет тому назад.

Энка вытаращила глаза:

– Как же ты его узнал? Тебе самому сколько лет?

– Мне двадцать восемь. А узнал я его по рассказам. Такую характерную внешность трудно не узнать.

– Да ну! – не согласилась сильфида. – Мало ли на свете горбатых эльфов!

– Мало! – отрезал Аолен. – Один Оберон.

– А ему сколько лет? – продолжала любопытствовать девица.

Эльф надолго задумался, считая в уме.

– Трудно сказать. Во времена детства моего деда Оберон уже был Великим магом. Если учесть, что деду сейчас триста сорок пять, а на достижение магических высот уходит лет двести – триста… в общем, много.

Энка только присвистнула.

– Все это конечно, очень познавательно, – проворчала Меридит, – но меня сейчас заботит лишь одно: наврал он нам о расстоянии до конца леса или нет.

– А зачем это ему?

– Из вредности. Чтобы нас погубить.

– Магу такого уровня достаточно пальцем пошевелить, чтобы нас погубить. Он не станет опускаться до вранья.

Но Меридит не успокаивалась:

– За столько лет магические силы можно и поистратить! Где было его могущество, когда Хельги спасал его с сыном от фьордингов? Кстати, совершенно напрасно! Мэрдок такая сволочь!

Рагнар горько вздохнул. Хельги еще горше:

– Не напоминай мне об этом!

– Если заводить детей в таком возрасте, трудно ожидать, что из них выйдет толк, – решила сильфида.

– Почему? Пятьсот – шестьсот лет – возраст вполне цветущий. Эльфы живут подолгу.

– Сильфы тоже. И дисы, и спригганы, и гномы. Не воображай. Но у нас, например, не принято заводить детей после двухсот лет.

– Этнические предрассудки! – заявил эльф.

– Народная мудрость, – ответила Энка.

– Не представляю, – прохрипел гном, – откуда вы берете силы на пустую болтовню? Спать пора! Темно уже.

Ночь была холодной. Осень неприметно вступала в свои права.

Хельги по привычке прилез к Меридит под бок, она повернулась, обняла его, уткнулась носом в спину, и в таком виде их обнаружил Рагнар, проснувшийся спозаранку от холода.

Все утро рыцарь ходил чернее тучи, сопел носом, ревниво косился на Хельги, а к полудню не выдержал, отозвал в сторонку сильфиду.

– Скажи! – мрачно потребовал он. – Они часто спят вместе?

– Кто? – не поняла девица.

– Меридит и Хельги!

– Всегда, когда холодно, – не задумываясь, простодушно ответила Энка.