О том, что большинство племен следуют этой традиции, люди знали благодаря редким визитам немногочисленных кочевых родов, перемещающихся на более значительные расстояния.
Войсу не нравилось, что в доме появился еще кто-то. Он даже не думал забираться в будку. Скаля время от времени зубы, щенок ходил вокруг, всем своим видом давая понять, что чужаку не место на его территории.
Своим поведением он, конечно, привлек внимание Медведя.
– Откуда? – спросил он, глядя на ощетинившегося волчонка.
– Подобрала, – Елена пожала плечами. – Мать умерла. Он остался.
– Опасно, – предупредил ее Медведь.
Она не стала ничего по этому поводу говорить. Трудно объяснить кому-то, что Войса она опасается меньше, чем людей, которые ее окружают.
– Давай собирать кровать, – предложила вместо этого она, подумав, что до ночи нужно успеть с делами. Надо ведь не только лежанку собрать, но и проверить яму-ловушку.
Вдвоем они управились гораздо быстрее.
Медведь легко мог обойтись брошенной на пол шкурой (или даже без нее, не принципиально), но ему не хотелось отказывать жене. Ей явно нравилось обустраивать пещеру. От этого ее качества в груди Медведя теплело.
Он вспомнил женщин своего племени. Никто из них никогда не волновался о том, где спать. Мусор, валяющийся в пещере, убирался, только когда начинал слишком мешать. Вещи обычно просто заворачивались в самую большую шкуру и убирались куда-нибудь подальше.
– Отлично, – утрамбовав тяжелую шкуру, которая недавно висела на плечах Медведя, Елена Николаевна отряхнула ладони и уперла руки в бока, рассматривая получившийся результат. Кровать была больше, чем ее, но это неудивительно, учитывая, что Миша и сам крупный мужчина. – А теперь идем со мной.
Оставлять чужого человека, которого знает всего пару часов, дома без присмотра она не собиралась, поэтому позвала с собой. Нужно было проверить ловушку.
Медведь не стал спрашивать, куда они идут. Если понадобится, он пойдет за ней куда угодно.
Что ловушка сработала, Елена Николаевна увидела издалека. Верхний слой был потревожен. Вернее, все сломалось и обрушилось.
– Неужели? – прошептала она и поспешила вперед.
Ее сердце забилось сильнее. Вокруг ямы виднелось множество следов. Здесь явно недавно прошло небольшое стадо.
Медведю было любопытно происходящее. Он не знал, чего ожидать. Все вокруг его жены было настолько необычным, что он даже не думал начинать гадать.
Приблизившись к яме, Елена Николаевна заглянула внутрь.
Да! Ее идея оказалась успешной. Правда, смотреть в яму было неприятно. Животное явно не погибло сразу.
Отвернувшись, она сглотнула, пытаясь подавить жалость в сердце. Мир жесток, ничего не поделаешь. Если она сегодня не убьет кого-нибудь ради еды, то завтра может умереть с голоду.
Медведь с любопытством оглядел яму. Он никогда не видел ничего подобного, но быстро разобрался, как все это должно работать.
Встав на колени, он наклонился, подхватил небольшого кабана за мохнатый загривок и одним рывком достал его из ямы. Вскоре стало понятно, что добычей оказалась молодая самка.
– Колья надо забрать, – сказала Елена Николаевна, подумав, что ловушку в этом месте больше нет смысла держать. Запах крови притянет многих хищников и отпугнет травоядных.
В этот момент зарычал Войс. Елена Николаевна рефлекторно дотронулась до мешочка с пеплом – тот был на месте, – а Медведь вскинул голову, пристальным взглядом выискивая неведомую опасность. Неподалеку завыли.
Долго искать того, кто решил потревожить их, не пришлось.
Дальше по тропинке они увидели кабана. Елена Николаевна побелела от пронзившего ее страха. Животное было просто громадным!
Она сглотнула. Зверь выглядел готовым в любой момент броситься вперед.
Медведь выпрямился, прищуриваясь. Встреченное животное было гораздо крупнее всех кабанов, с которыми ему когда-либо приходилось иметь дело.
– Отойди, – произнес Медведь.
Видимо, этот кабан был вожаком стаи. Когда одна из самок упала в яму, он не смог так просто этого оставить. Медведь даже не подозревал, насколько мстительными были некоторые животные. Кабан не только не ушел, но еще и дождался тех, кто выкопал яму посреди их тропы!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Бежать было бесполезно. Кабаны бегали очень быстро.
– Но?.. – Елена Николаевна непонимающе посмотрела на Медведя.
Что он собирается делать? Срочно нужно уходить! Не было никакой возможности справиться с таким гигантом!
Кабан был от них достаточно далеко. Если побежать сейчас, будет шанс укрыться в пещере до того, как он настигнет их! Возможно, сгоревшие палки, окружающие территорию около пещеры, смогут отпугнуть это чудовище!
Кусты неподалеку зашевелились. На тропу между ними и кабаном вышел волк.
Елена Николаевна икнула.
По их душу пришел кто-то еще?! О небеса, разве можно обрушивать на их головы две беды одновременно? Будьте милосерднее!
– Уходи, – бросил Медведь, сразу узнавший в волке преследующую его волчицу.
Для столь слабого хищника не было никакой возможности справиться с кабаном такого размера. Она просто погибнет. Странно, но он успел немного привязаться к волчице, хотя до этого момента они старались близко не подходить друг к другу.
В отличие от Медведя Елена Николаевна не считала крупного волка, который появился перед ними, слабым или маленьким.
Схватив Медведя за локоть, она потянула.
– Миша, идем, – шепнула, пытаясь хоть на миллиметр сдвинуть его.
Услышав свое новое имя, Медведь ощутил, как в груди разливается непонятное тепло. Он прищурился, глядя на кабана так, словно готов был свернуть ему шею одним движением.
– Не успеем, – пояснил Медведь, замечая, как животное начало рыть копытами снег.
Когда кабан резко кинулся вперед, Елена Николаевна отшатнулась. Тело вспыхнуло жаром. Адреналин забурлил так, что ей казалось, словно она может взлететь.
Нужно спасаться! Все внутри буквально кричало об этом. Ноги сами собой двинулись. Елена Николаевна понимала, что нет никакой возможности сбежать – животное приближалось со слишком большой скоростью, – но тело действовало само.
Слишком медленно! Слишком!
Волчица, стоявшая на тропе, отпрыгнула в сторону, пропуская кабана, а потом понеслась следом, время от времени хватая его за ноги.
Это не остановило чудовище, надвигающееся на них. Елена Николаевна прищурилась. Убежать она не успеет, но и умирать не хотелось.
Взгляд сам собой зацепился за яму. На ее дне до сих пор были колья. Нет гарантий, что они смогут пробить шкуру кабана, но есть вероятность, что ловушка сможет хоть ненадолго задержать разъяренное животное.
Но яма слишком мала!
Хорошо осознавая это, она стремительно приблизилась к яме. Магия пыхнула жаром.
В этот момент Елена Николаевна вспомнила, что она, вообще-то, обладает магией! Понимание этого не ослабило давления, но настроение немного улучшилось. Чувство кризиса слегка притупилось.
Медведь не видел, что сделала Елена. Все его внимание было сосредоточено на кабане. Такого большого зверя даже он не способен был убить голыми руками. Даже с ножом будет трудно справиться.
Кончики пальцев похолодели. Медведь не обратил на это никакого внимания, крепко сжимая рукоять ножа. Он только надеялся, что Лена благоразумно успела уйти с линии атаки животного.
В этот момент Медведь стоял перед ямой. Он тоже подумал о ней. Правда, на колья не надеялся. У этого кабана слишком прочная шкура. Они его только поцарапают и еще больше разозлят.
Зато можно было рассчитывать на небольшую заминку. Этого должно хватить для нескольких точных ударов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зверь был в невообразимой ярости. Он несся вперед с намерением затоптать, а потом съесть наглецов, посмевших прикоснуться к одной из его самок.
Медведь в какой-то момент все-таки оглянулся. Лена стояла на некотором отдалении. Он был недоволен, что она не убежала, но одновременно с этим вдруг ощутил гордость, что его женщина оказалась настолько храброй.
