Остальные пять немецких подводных лодок благополучно дошли до банки Рокол. Вот каких успехов — незначительных, на взгляд Дёница — добились командиры этих подводных лодок за первые три недели своего пребывания в море:
— Генрих Либе, командир подводной лодки U38, потопил два судна общим тоннажем 12.500 т, включая египетский лайнер «Мохаммед Али-Кебир» в 7500 т. На борту лайнера находились 860 английских солдат, 320 из которых погибли[139].
— Энгельберт Эндрас, командир подводной лодки U46, нанёс повреждения двум грузовым судам (одному датскому и одному греческому).
— Ганс-Рудольф Розинг, командир подводной лодки U48, пустил на дно два судна общим тоннажем 9900 (одно шведское и одно бельгийское).
— Йоахим Шепке, командир подводной лодки U100, потопил английское грузовое судно тоннажем 5000 т.
— Фриц Фрауенхайм, командир подводной лодки U101, пустил на дно английский сухогруз тоннажем 4500 т.
Дёниц подвёл невыразительные итоги: к 23 августа девять подводных лодок потопили 8 судов и двум нанесли повреждения[140]. К малорадостным донесениям командиров подводных лодок добавилось и вовсе огорчительное известие: англичане поменяли морские радиотелеграфные коды. Дёниц связался с дешифровщиками. Те уверили адмирала, что «взломают» новые коды примерно за шесть недель, однако, как показало время, их обещания оказались пустыми. И всё-таки Дёниц надеялся на лучшее. Он знал главное: маршруты и место встречи в открытом море прибывающих и уходящих конвоев. Как он посчитал, эти сведения и помогли немецким подводникам всё-таки добиться успехов в августе. Вот эти успехи.
— Виктор Орн, командир подводной лодки U37, пробывшей несколько дней в ремонте, за четыре дня патрулирования в районе банки Рокол потопил семь кораблей и судов общим тоннажем 24.400 т, включая английский шлюп «Пензенс» водоизмещением 10.000 т.
— Йоахим Шемке, командир подводной лодки U100, потопил ещё пять судов общим тоннажем 21.000 т и, кроме того, нанёс повреждение одному судну.
— Энгельберт Эндрас, командир подводной лодки U46 также увеличил свой счёт, потопив в последние дни августа три грузовых судна общим тоннажем 14.800 т и английский вспомогательный крейсер «Данвиген Касл» водоизмещением 15.000 т.
— Ганс-Рудольф Розинг, командир подводной лодки U48, пустил на дно ещё три неприятельских судна общим тоннажем 19.200 т, в том числе два английских танкера: «Этел крест» вместимостью 6800 т и «Ла-Бреа» в 6700 т.
— Ганс Йениш, командир подводной лодки U32, вышедшей в море 15 августа, потопил три грузовых судна общим тоннажем 13.000 т и нанёс повреждение английскому лёгкому крейсеру «Фиджи».
— Фриц Фрауенхайм, командир подводной лодки U101, потопил ещё два грузовых судна (греческое и финское) общим тоннажем 7700 т.
— Гюнтер Кунке, командир подводной лодки U28, вышедшей в море 11 августа, пустил на дно два грузовых судна общим тоннажем 5500 т.
Таковы подлинные, подтверждённые архивными данными цифры. В Берлине в своё время подвели итоги по-своему. Тоннаж, потопленный командиром подводной лодки U32 Гансом Йенишем, был определён в размере 40.000 т (вместо 13.000 т), а тоннаж, потопленный командиром подводной лодки U100 Йоахимом Шепке, — в размере 43.000 т (вместо 25.000 т). А сам Дёниц перестал строго придерживаться составленного им ранее положения, согласно которому командиры подводных лодок могли быть удостоены Рыцарского креста только после потопления 100.000 т тоннажа, и представил к награде сразу трёх командиров подводных лодок — Энгельберта Эндраса, Ганса-Рудольфа Розинга и Фрица Фрауенхайма[141].
Во второй половине августа на патрулирование ушла подводная лодка IXB серии U124 под командованием Вильгельма-Георга Шульца. Когда лодка выходила из порта, на её боевой рубке можно было увидеть рисунок эдельвейса, эмблему немецких егерей. Подводники не забыли солдат, которые их спасли после того, как подводная лодка U64, на которой они прежде ходили, была потоплена у берегов Нарвика.
Вечером 25 августа невдалеке от Гебридских островов Шульц обнаружил в море конвой «НХ-65А». После того как подводная лодка проникла через охранение эсминцев и вышла в точку, удобную для атаки, Шульц решил атаковать сразу четыре судна из надводного положения, и четыре торпеды одна за другой с интервалом в минуту понеслись к целям. Раздались взрывы. В условиях сгустившихся сумерек было трудно определить точные результаты боя, и Шульц решил, что все четыре судна потоплены. На самом деле ко дну пошли только два судна, а одно — пароход «Стэксби» вместимостью 4000 т — получило повреждение (одна из торпед, выпущенных подводной лодкой, прошла мимо цели). Однако Шульцу не удалось легко выйти из боя. Один из английских эсминцев поймал лодку лучом прожектора и пошёл на сближение. Лодка перешла в подводное положение, однако на глубине 295 футов легла на уступ подводной скалы. Тем временем эсминец установил с лодкой гидроакустический контакт и пустил в ход глубинные бомбы. Шульцу удалось снять лодку с препятствия, после чего лодка легла на дно на глубине 328 футов. Через некоторое время взрывы глубинных бомб прекратились. Пришла пора обследовать лодку. Самым неутешительным стало донесение водолаза: три наружные крышки носовых торпедных аппаратов оказались выведенными из строя. Связавшись с Дёницем, Шульц получил приказ: прекратить патрулирование, идти к меридиану 20° западной долготы и нести в этом районе метеорологическую службу[142].
27 августа в море вышла подводная лодка VIIB серии U47 под командованием Гюнтера Прина. В это время на боевом патрулировании находились только три немецкие подводные лодки: U28, U65 (после непродолжительного ремонта вышедшая из Бреста) и U101. Кроме того, подводная лодка U124 вела наблюдение за погодой. Остальные немецкие подводные лодки или уже пришли на базу в Лорьян, или направлялись к Лорьяну.
2 сентября Гюнтер Прин поразил первую цель: бельгийское грузовое судно «Виль-де-Монс» тоннажем 7500 т, совершавшее одиночное плавание.
Тем временем Дёниц получил важную информацию. Оказалось, что англичане ввели в действие ещё один конвойный маршрут, определив местом сбора судов канадский порт Сидни на острове Кеп-Бретон.
Эти конвои стали именоваться «SC»[143], а так как им было предписано совершать переход со скоростью от 7,5 до 9 узлов, они получили ещё и название «тихоходные» в отличие от более быстроходных Галифаксских конвоев («НХ»).
Вечером 2 сентября Гюнтер Прин получил от Дёница новый приказ: идти к меридиану 20° западной долготы и перехватить конвой «SC-2», состоявший из пятидесяти трёх судов, до того как он встретится с эскортом. Дёниц надеялся, что к подводной лодке U47 присоединятся ещё три: U65, U101 и U124. На лодку U28 рассчитывать не приходилось: на борту лодки заканчивался запас топлива. Однако планам Дёница помешал морской штаб, не разрешив освободить подводную лодку U124 от несения метеорологической службы. Дёницу оставалось надеяться, что с конвоем расправятся и три подводные лодки.
Вечером 3 сентября Гюнтер Прин неожиданно обнаружил в море другой конвой — «ОВ-207». Потопив английское грузовое судно «Титан» тоннажем 9000 т, следовавшее порожняком, подводная лодка U47 пошла к месту встречи в открытом море с лодками U65 и U101.
Утром 4 сентября три немецкие подводные лодки рассредоточились в линию с интервалом в несколько миль, вытянутую поперёк ожидаемого маршрута конвоя, у меридиана 20° западной долготы. А 5 сентября на борту лодки U101 вышел из строя один из двигателей. Фриц Фрауенхайм связался с Дёницем и получил разрешение оставить позицию и идти на базу подводных лодок в Лорьян.
6 сентября разыгрался шторм. Тем не менее вечером Гюнтер Прин сумел разглядеть в море конвой «SC-2». Подводная лодка U47 вышла в точку, удобную для атаки, и потопила три грузовых судна: два английских («Нептуниен» вместимостью 5200 т и «Хосе-де-Ларринага» в 5300 т) и одно норвежское («Гро» тоннажем 4211 т). А вот подводная лодка U65 из-за начавшегося шторма не смогла выйти на боевую позицию.
Прин последовал за конвоем. В районе Гебридских островов, когда конвой уже находился под охраной эскорта из семи кораблей, Прину удалось поразить ещё одну цель — греческое грузовое судно «Посейдон» тоннажем 3800 т. А в Северном проливе направлявшаяся на базу в Лорьян подводная лодка U28 под командованием Гюнтера Кунке потопила ещё одно судно из состава конвоя «SC-2» — английский сухогруз «Мардиниен» вместимостью 2400 т. Вышла в Северный пролив и подводная лодка U47. Члены команды уже предвкушали отдых на берегу. Однако их надежды на скорое возвращение в порт развеял Дёниц, приказав сменить на позиции подводную лодку U124.
Из трёх оставшихся в море лодок на базу пошла только лодка U28. Утром 11 сентября на пути в Лорьян Кунке обнаружил в море конвой «ОВ-210». После боя с конвоем он сообщил на берег, что потопил танкер водоизмещением 10.000 т и два грузовых судна общим тоннажем 13.000 т. На самом деле, как показали исследования, проведённые в послевоенные годы, Кунке потопил лишь одно судно из состава конвоя «ОВ-210» (датский танкер вместимостью 2000 т) и, кроме того, нанёс повреждение английскому сухогрузу тоннажем 4700 т. Исследования также выявили, что к 15 сентября 1940 года Кунке потопил 13 судов общим тоннажем 56.272 т. Однако в годы войны командиры немецких подводных лодок — вольно или невольно — завышали свои успехи. Когда Кунке пришёл в Лорьян, ему вручили Рыцарский крест.
