со мной. “Я не мог перестать думать о тебе”.
Я сажусь в постели, его признание заставляет меня выпалить единственное слово, которое приходит мне в голову.
"Почему?» Он отталкивается от подоконника и возвращается к моей кровати, его руки обхватывают мое лицо, заставляя меня посмотреть на него.
“Как будто мои мысли поглощены только тобой. Я дрочил прошлой ночью, думая о тебе. Сегодня утром я снова дрочил, думая о тебе. Мы еще даже не трахались, а я уже чертовски одержим.”
Уит отпускает мое лицо, отпрыгивает от меня, как будто я могу быть больной, вскакивает на ноги и снова расхаживает по полу.
“Ты одет так, как будто собираешься ограбить это место”, - говорю я дрожащим голосом. “Ты многим рискуешь, пробираясь в мою комнату”.
“Я ни хрена не рискую, учитывая, что моя семья владеет этой школой, и у меня не будет проблем. Они могли бы найти меня в твоей постели с тобой, насаженной на мой член, и они бы ни черта с этим не сделали.» Он тычет в меня пальцем. “То, чем я рискую - это все мое гребаное будущее прямо сейчас. Не то чтобы тебе было на это наплевать.”
Я хмурюсь, не совсем понимая, что он имеет в виду. “Какое отношение я имею к твоему будущему?”
“Ты морочишь мне голову, когда я вообще не должен думать о тебе, Сэвидж. Ты для меня никто.”
Слова жестокие, но за ними нет никаких настоящих чувств, поэтому я не обижаюсь на то, что он только что сказал.
“Тогда почему ты здесь?” - тихо спрашиваю я.
Уит запускает руки в волосы, убирая их со лба, пока изучает меня. «Я не знаю.» Его голос звучит определенно измученно.
Его мучения - это моя сила. Я та, кто делает это с ним. Не совсем уверена, что он имеет в виду под будущим комментарием, но сейчас это не имеет значения. Что действительно важно, так это то, что он вернулся. Он вернулся в кампус из-за меня. Для меня.
Я откидываю одеяло и встаю на колени, тянусь к подолу огромной футболки, в которой ложилась спать. Одним плавным движением я снимаю рубашку, отбрасывая ее в сторону. На мне только трусики и ничего больше, и его взгляд опускается на мою грудь, его глаза пылают жаром. Я встаю на четвереньки и ползу по кровати, пока не оказываюсь на самом краю, и он останавливается прямо передо мной, его рука в черной кожаной перчатке скользит под мой подбородок и откидывает мою голову назад, так что у меня нет выбора, кроме как стоять на коленях.
“Ты – делаешь подношение?” - спрашивает он обманчиво мягким голосом, его глаза блестят.
Прохладный воздух пробегает по моему телу, заставляя меня дрожать. Заставляя мои соски затвердеть почти до болезненных точек. “Если я та, кого ты хочешь, тогда да”.
“Ты всегда та, кого я хочу”.
Я моргаю, глядя на него, потрясенная его признанием, очевидной тоской в его глазах, когда они скользят по моему лицу. Он проводит рукой по всей длине моей шеи, по ключице. Гладкая черная кожа, мягкая и прохладная на моей разгоряченной, я закрываю глаза, задыхаясь, когда он проводит костяшками пальцев по моей груди.
“Ты заставляешь меня хотеть того, чего я не могу иметь». Он зажимает мой сосок большим и указательным пальцами, потягивая его. Заставляя меня вздрагивать. Он делает то же самое с другим моим соском, покручивая его, пока я не вскрикиваю, прежде чем он отпускает его, наклоняет голову и ласкает языком пульсирующий кусочек плоти не так долго, как я хочу.
Уит отходит от кровати, его взгляд все еще прикован к моему блестящему соску. ”Почему, черт возьми, я всегда хочу причинить тебе боль?"
Похоже, он измучен. И если он пытается угрожать мне, это не работает.
Я обхватываю ладонями свои груди, лаская себя. “Ты все равно не сможешь”.
"Почему нет?" Он хмурится.
“Потому что мне слишком нравится, как ты прикасаешься ко мне”. Я провожу большим пальцем по своему влажному соску, моя киска наполняется теплом от его взгляда, когда он наблюдает за каждым моим движением. “Я даже наслаждаюсь болью”.
Его глаза темнеют от жара. “Ты такая же, как и я.”
Я киваю. “Мы похожи”.
Он тяжело сглатывает, его кадык двигается, прежде чем он произносит: ”Засунь руку в трусики".
Я делаю, как он говорит, погружая пальцы в перед своих бледно-розовых трусиков. В них нет ничего особенного. Но он смотрит на меня так, как будто я ношу дорогое белье только для него. От этого взгляда я промокаю насквозь, и мои пальцы погружаются в складки, проникая сквозь мои соки. Я такая мокрая, я уверена, он это чувствует.
“Дай мне свою руку”, - требует он, и я вытаскиваю руку из нижнего белья, мои покрытые соком пальцы блестят. Он резко вдыхает, его грудь поднимается, прежде чем он дотягивается до моего запястья и подносит мою руку к своему рту. Он высовывает язык и медленно проводит им по каждому из моих пальцев. У меня перехватывает дыхание, я смотрю на его язык, возбужденная тем, как он облизывает мои пальцы, как будто наслаждается моим вкусом.
“Сделай это снова”, - шепчет он мне в ладонь. Я перевожу взгляд на него, и он нежно целует мою руку. “Дай мне услышать, насколько влажной я тебя делаю”.
Снова мои пальцы между бедер, моя рука занята тем, что туго натягивает розовый хлопок. Мой клитор пульсирует, когда я тру его, и я увеличиваю скорость, влажные, хлюпающие звуки наполняют комнату. Он наклоняется и обводит пальцами в перчатках мое запястье, останавливая меня, его лицо на моем, его дыхание обдувает мои губы.
“Я собираюсь трахнуть тебя сегодня вечером”, - шепчет он.
Я киваю, мои глаза широко раскрыты и не моргают.
“Я хочу, чтобы ты кончила первой”, - продолжает он, крепче сжимая мое запястье. “Ты этого хочешь?”
“Да”, - выдыхаю я без колебаний.
“Не двигайся”, - говорит он.
Я остаюсь неподвижной, когда он убирает руку с моего запястья, наблюдая, как он забирается на кровать позади меня. Он ложится и просовывает голову мне между ног, его лицо прямо у моей киски. “Убери руку”, - требует он, и я вытаскиваю ее из своего нижнего белья, задыхаясь от предвкушения.
Он остается полностью одетым, его руки в перчатках надавливают на внутреннюю сторону моих бедер, раздвигая меня шире. Осторожными движениями пальцев он отодвигает мои трусики в сторону, обнажая меня, и я наблюдаю,
