нее прежде, сейчас нет. Я думаю… да что там, почти уверен, что все дело в равновесии: нет Леи в этом мире — значит, и нет у нее магии. И я чуть было не попал в эту же ловушку.
— А возможно… — Лея подорвалась с кресла и, облизав губы, приблизилась ко мне. — Возможно ли то, что, если бы мы не переместились в этот мир, местный Люк бы выжил?
— Я не могу этого знать, Лея. К сожалению, в этом мире я всего лишь Его Величество, а не Всесилие.
Люк отвернулся от Леи, он видел, как она нервничала в этот момент и жаждала успокоения, только вот ему самому было не легче. Ему хотелось побыть одному. Не прощаясь, он шагнул в портал, построенный в место, в котором он не был с юности. Его тайник и настоящее убежище. В своем мире он посетил его в последний раз, когда обрел силу архимага.
На территории дворца темных было две таких беседки. Обе они вели к темному источнику. Одну родители отдали Кириану, где тот любил скрываться, вторая же принадлежала Люку. В своем мире перед тем, как покинуть дворец, Его Всесилие наложил на беседку чары невидимости и отвода глаз. А вот в этом мире беседка была вполне обжита и, судя по разбросанным вещам, в ней не только частенько проводил время местный Люк, но и кто-то совершенно недавно побывал с обыском.
Среди разбросанных у софы книг Люк сразу заприметил пухлую серую тетрадь, которая оказалась дневником его предшественника. Последние страницы были вырваны, но Люк сейчас ни на мгновение не сомневался, о чем было там написано. Об измене Аланы.
— Вот же Светлая, — выругался мужчина, выпрямляясь.
Он еще два месяца назад написал завещание, указав своим наследником Кириана. Ребенка Аланы Люк вписал в родовую книгу лишь для того, чтобы потянуть время. Любая проверка, даже после его смерти, показала бы, что в Максимилиане есть только королевская кровь светлых. Люк собирался поговорить с Аланой, прийти к единому знаменателю. Объяснить ей, что, даже если она попытается убить его во второй раз, ей все равно больше не на что рассчитывать, но, увы, королева опять оказалась на шаг впереди. Пока Люк думал, что тянет время, не раскрывая обман жены, давая ей ложную веру в то, что у нее вышло его обмануть, Алана вела свою игру, прекрасно догадываясь, что Люк знал обо всем. Давно догадывалась. Интересно, поняла ли она, что последние полгода жила с двойником своего мужа?
Крепче сжав дневник своего предшественника, Люк построил портал в гостиную своей жены, желая наконец-то все прояснить, только, выйдя из перламутрового портала, он врезался в другую женщину.
— Лея? — ошарашенно прошептал Люк, только окончание имени девушки потонуло у него на губах.
Лея стремительно притянула мужчину к себе за лацканы его камзола и впилась в его губы быстрым, но настоящим поцелуем. Люк обхватил ее талию, притягивая ближе к себе, вжимая ее в себя. Мешал лишь дневник, Люк уже было откинул его, как услышал приближающиеся голоса Аланы и ее любовника.
Глава 15
О чем я думала?
Нет! Ну о чем я только думала, когда пошла сюда?
Я не поверила Люку. Точнее, его суждениям. Я не поверила, что прабабушка Алана способна на нечто столь унизительное, как убийство собственного мужа. В то, что она могла нагулять ребенка на стороне, тоже верилось с трудом, а потому я решила, что Люк просто все не так понял либо вовсе преувеличил. Я хотела помочь им наладить взаимоотношения. Ведь недаром они так любили друг друга когда-то, а Его Всесилие определенно любил Алану до сих пор.
Но все мои благие намерения пошли прахом, стоило только перенестись в гостиную, которая когда-то принадлежала моей маме: я сразу же услышала ссору любовников. Прижалась к стене, вцепившись пятерней в гобелен, и поверить не могла в то, что мои уши действительно слышали то, что слышали. Алана обвиняла какого-то мужчину в том, что ему ничего, совершенно ничего нельзя поручить.
— Ты говорил, что он гарантированно умрет!
— Я не представляю, как он смог выжить. Хорошо хоть, я это сделал через третьих лиц.
— Ты думаешь, он идиот? Он все знает о ребенке. Ни разу к нему не подошел.
— Но он не опозорил тебя.
— Он изменился. Я тебе уже полгода об этом говорю. Словно тот яд отобрал у него не жизнь, а половину памяти, — жестоко хмыкнула Алана, а я сильно прикусила губу. Я все еще не верила, что моя двоюродная прабабушка могла с такой легкостью и хладнокровием говорить о смерти человека. Да не какого-нибудь, а собственного мужа.
Затем послышался приглушенный шепот, звуки, похожие на чавканье, шуршание юбок и хлопок. Кто-то определенно дал второму пощечину.
— Алана! — недовольно крикнул мужчина. Ага, значит, он и получил.
— Не трогай меня! Из-за тебя мы в ужасном положении, — прошипела королева и зашагала, судя по всему, к двери в гостиную.
Я резко отскочила от стены и построила портал, тут же врезавшись в Люка.
— О боги всех миров, — тихо пискнула я и схватила мужчину за лацканы камзола, притягивая его к себе, пытаясь затащить в свой портал.
— Ле… — начал он слишком громко, но нас не должны были услышать, а потому я встала на цыпочки и накрыла губы Люка своими.
Это было жутко неправильно, рискованно, невежливо и против любых норм морали, но так естественно и чудесно. А мне еще нужно было не забыть про свой портал. Мысли тут же заволокло туманом, стоило только почувствовать столь необходимые мне мягкие губы.
Его Всесилие сразу же ответил мне на поцелуй. Перехватывая инициативу, он обнял меня за талию, плотно прижав к себе, я же порхнула ладонями на его горячую и мощную шею. У Люка было что-то в руках, то ли книга, то ли коробка, потому что уголок этого чего-то больно впился мне меж ребер. Но только Люк погладил языком мои губы,
