Читаем без скачивания Я люблю - Б. Седов

– Naturlich! – кивнул Глеб. – Лаевский, подозреваю, забыл, что поручил мне в свое время эту тему, но это нам на руку, правда? Я выбрался сюда на помощь Штессману, но когда докопался до ваших отношений, легко сумел убедить его помочь найти тебя. Ты всерьез его зацепила, милая…

– Чисто профессиональный интерес! – сказала я, не глядя на него.

– Какой, какой…

– Профессиональный! Мне нужны деньги, Глеб. Этот урод подцепил меня за жабры, извини за грубость!

– Ничего, могла бы и похлеще сказать!

– И я готова сделать все, чтобы только с ним расплатиться! Понимаешь…

– Не понимаю, почему бы не поступить проще!

– Я не могу его убрать, – я поняла, что он имеет в виду без дополнительных разъяснений. – Он все предусмотрел, у него тоже есть страховка. Помнишь Сочи? Только его страховка в самом деле работает. Стоит ему исчезнуть, и в Петербург пойдет сообщение о том, что я жива и здорова. А это означает для меня конец.

– Кстати, о страховке, – Глеб странно посмотрел на меня. – Эта… вещь исчезла из Сочи одновременно с тобой…

– Ты думаешь, я ее прихватила?!

Он посмотрел на нее и помотал отрицательно головой. Анжелика вздохнула с облегчением – Марьянов явно был не в курсе истории с чипом, Александром Шульгиным и ее чеченской эпопей. И посвящать его в эту историю она не собиралась.

– Я бежала не от тебя! – сказала она только. – Просто выдался случай, и, как видишь, удачный. Если бы я принадлежала самой себе, я бы дала тебе знать, что жива, что жду, что люблю…

Он молчал, как видно, обуреваемый теми же сомнениями, что только что мучили саму Лику.

– Хорошо! – сказал он. – А перед этим ты решила взять банк?

– Глеб, – на этот раз я посмотрела ему в глаза. – У тебя есть два миллиона?

– Сейчас посмотрю, – пробурчал он, – может завалялись в кармане.

– Если все пойдет, как задумано, – продолжала я, – никто не пострадает!

– А кто планирует операцию? – спросил Глеб и тронулся с места, чтобы снова остановиться через несколько метров. – Герр Самошин?!

– Я!

– Еще того чище! – он закачал головой, как китайский болванчик. – Ты уверена, что это единственный выход?

– Да!

– Хорошо! – сказал он. – Черт меня дернул взять машину, пешком мы бы быстрее дошли!

Я смотрела на него и чувствовала, как на глаза сами по себе наворачиваются слезы. Отчего – сама не могла толком объяснить и оттого казалась самой себе последней идиоткой. Может, все-таки оттого, что сейчас произошло маленькое чудо. То чудо, в которое перестаешь верить, когда вырастаешь. Потому что веру из тебя вышибают день за днем, выдавливают каплю за каплей.

Вот человек, которого, мне казалось, я уже не увижу никогда. Явился как противовес демону Самошину. Знай наших! Наши тоже в огне не тонут и в воде не горят… То есть наоборот. Хорошо, что милый не может читать мои мысли – боюсь, сейчас дикая путаница в моей голове вызвала бы у него настоящий шок.

Разговор о Египте не поднимался. Связать меня с Ширази Глеб уже не мог. Его возможностям и Конторы, к счастью, были кое-какие пределы. Хватит с нас и Гюнтера Штессмана, правда?!

– Только клянусь, – сказал Марьянов, – когда все закончится, твоему Самошину лучше не попадаться мне под руку. В живых не оставлю!

– Горячо одобрям! – сказала я. – Аминь!

Отто проснулся поздно. Выглянул в открытое окно – за окном пекло солнце. Он постоял, глядя мрачно на улицу и неторопливо передвигавшихся прохожих. На широкой постели под одеялом свернулась калачиком девушка, с которой он познакомился вчера возле какогото бара. С первого взгляда она была не похожа на шлюху, но Отто чувствовал эту породу за версту и не ошибся и на этот раз.

Груди проститутки с темными большими сосками вы-глядывали из-под одеяла, пробуждая желание. Отто чувствовал себя отдохнувшим и готовым к новому дню. А лучшим началом дня он считал хороший секс. Вспомнил про русскую девку: ему она показалась подозрительной, но нельзя не признать – была хороша. Только вот, похоже, с Михаэлем они спелись и старине Отто уже ничего здесь не светит.

У него на очереди был визит к старому другу детства, Мартину Шпееру. Тот проживал на доставшейся от отца ферме и два года назад именно он снабжал группу необходимым в их сложной работе оборудованием.

Но прежде чем навестить Мартина, Отто сдернул одеяло со спящей девушки. Та не сразу проснулась и вспомнила, где она и зачем! Отто грубо раздвинул ее бедра и вошел сразу и до конца в не раз испробованную накануне вагину. Девушка стиснула зубы – грубое вторжение причинило ей боль, но она знала, что следует молчать.

А через полчаса он уже сигналил возле ворот фермы Мартина. За воротами виднелся дом с новеньким флигелем. Отто усмехнулся, представив себе, насколько все там вылизано. Мартин был слишком аккуратен даже для немца и супругу себе нашел такую же. Отто понадеялся, что ее сейчас нет дома – ему не хотелось светиться перед этой вертлявой сучкой.

Мартин вышел навстречу и несколько мгновений всматривался – сначала в машину, потом в человека, сидящего за рулем. Наконец улыбка озарила его рябое лицо – улыбка показалась Отто искренней.

– Хорошая тачка! – сказал Шпеер, кивнув на машину.

– Взял в прокате! – сказал Отто, решив сразу прекратить поползновения Мартина насчет машины – тот был просто помешан на двигателях и если не остановить его вовремя, начнет копаться в моторе.

– Ясно! – Мартин выглядел жутко разочарованным, словно ребенок, который понял, что его оставили без сладкого.

Отто, глядя на него, подумал, что старый товарищ нисколько не изменился. Вот только на мгновение в его глазах проскочило странное выражение.

– Мы нуждаемся в твоей помощи. – сказал Отто. – Ты ведь помнишь, как мы с тобой прекрасно работали в свое время!

– О, Господи! – Мартин отвернулся, чтобы скрыть испуг на своем лице от собеседника. – Я-то был уверен, что ты сейчас где-нибудь на Багамах загораешь в обнимку с черномазой красоткой.

– Не люблю жару! – сказал Отто. – Так как, на тебя можно рассчитывать?

– А в чем дело? – спросил Шпеер.

Они прошли в гараж, где он как раз возился со своим пикапом. Машина выглядела так, словно на ней никогда и не ездили.

– Нам нужна твоя помощь, – повторил терпеливо Отто. – Как тогда… Ты ведь можешь помочь с инструментом?

– А на кой черт? – он вопросительно посмотрел на старого приятеля.

– Хочу снести стену в своем новом доме! – осклабился Отто.

Между ними обычно не было никакого недопонимания, и все эти хождения вокруг да около были ему непонятны. Неужели Мартин решил завязать со старым бизнесом? Или дело просто в его особенном чувстве юмора?

– Дом купил? – спросил Шпеер, продолжая ковыряться в моторе.

Отто испытал огромное желание обрушить ему на спину крышку капота.

– Ладно! – пробурчал тот. – Не хочешь говорить – хрен с тобой!

– Меньше знаешь – спокойнее спишь! – заметил Отто. – Раньше ты не был таким любопытным!

– Люди меняются! – сказал Шпеер. – Сегодня ты не тот, что был вчера! У меня проблемы, нужны деньги! Если готовится какое-то дело, я хотел бы участвовать!

– О чем ты? – спросил Отто, и в голосе его зазвучал холод.

– Сам прекрасно знаешь!… – начал Шпеер, но, заметив его взгляд, понял, что лучше остановиться.

Он махнул рукой.

– Не хочешь, значит, помочь старому приятелю! Хотя я-то тебе всегда помогал, если не забыл?!

– Не забыл! Так что насчет аппарата?

– Позвони завтра вечером, я скажу, когда его можно будет забрать.

– Отчего такая задержка? – Отто не сводил с него испытующего взгляда.

Мартин прошел в глубь гаража и стал без видимой цели копаться в ящике с инструментами.

– Человек, с которым я работаю, сейчас в командировке.

– А к вечеру, значит, вернется!

Шпеер повернулся к нему и посмотрел в лицо.

– Я попытаюсь связаться с его женой. У него есть резервное оборудование, – сказал он.

Отто кивнул.

– Я буду ждать.

Он вышел из гаража, почти физически ощущая, как Шпеер буравит его спину взглядом.

Прошел вдоль стены и бросил взгляд на новенький трактор, стоявший под навесом, потом на флигель, пристроенный к дому. Кто-то говорил про денежные проблемы?!

Мартин Шпеер ждал, оставив работу. Через минуту он услышал, как Отто заводит двигатель своей машины. От сердца отлегло. Закрыв ящик с инструментами, Шпеер быстро прошел в дом через дверь в гараже. Он был так возбужден и напуган, что, даже не отмывая рук, бросился через чистенькую, почти кукольную прихожую, вылизанную заботливой Вероникой до блеска. Телефон стоял в гостиной. Мартин плюхнулся в кресло, взял трубку и почувствовал, что у него дрожат пальцы. Так и номер не наберешь, поди! Он попытался рассмеяться, но не вышло.