дофаминовые рецепторы – оказался хоть и эффективным, но зачастую мучительным для пациентов. Часто у них наблюдалась то акатизия (неспособность находиться долго в состоянии без движения), то чрезмерная седация, головные боли, тремор, беспокойство, нередко развивались депрессии[507]. В связи с этим фармкомпании продолжили поиск лекарств, которые бы устраняли симптомы шизофрении без существенных побочных эффектов. Новым решением стал клозапин, первый атипичный нейролептик. Свое название эта группа лекарств получила за нетипичное для классических антипсихотиков «мягкое» действие. В среднем они намного лучше переносятся больными, благодаря чему и стали золотым стандартом в лечении шизофрении.
Интересно, что тестирование клозапина началось еще в 1972 г., но его побочные эффекты были, что называется, «редки, да метки». Из-за вызванного им резкого снижения иммунитета умерло несколько пациентов. Компания-производитель добровольно прекратила испытания в 1975 г., но в 1990-х вновь вернулась к клозапину. Врачи решили, что не стоит отказываться от этого лекарства, даже несмотря на риск метаболических нарушений: все же оно обладало уникальными антипсихотическими свойствами, и выгода от его использования многократно перевешивала риски[508]. Но появились и другие антипсихотики второго поколения, которые тоже успешно используются, – арипипразол, оланзапин, кветиапин и другие. В некоторых случаях применяют и препараты первого поколения – галоперидол, хлорпромазин, трифлуоперазин и другие.
С развитием дофаминовой теории действие нейролептиков стало более понятным для ученых. Оказалось, что при длительной (более нескольких недель) блокаде гиперчувствительных рецепторов лекарства заставляют их перестраиваться, из-за чего последние становятся более устойчивыми к случайной активации[509]. А более «щадящее» действие атипичных нейролептиков связано с их прицельным действием. Они избирательно блокируют рецепторы в чувствительных к дофамину участках мозга, не затрагивая те, в которых и без того дофамин в дефиците[510].
В конце 2019 г. было одобрено применение принципиально нового антипсихотика – луматеперона. Он примечателен коротким списком побочных эффектов – главного бича всех лекарств от шизофрении предыдущих поколений: в основном участники исследований жаловались только на сонливость и сухость во рту. А все благодаря еще более прицельному, но широкому воздействию на мозг. Луматеперон взаимодействует с дофаминовыми, серотониновыми и глутаматными рецепторами[511]. Такой широкий спектр заинтересовал врачей: можно ли его применить в лечении других заболеваний? Первые эксперименты с депрессией в рамках БАР дали положительные результаты[512].
В сложных случаях шизофрении, сочетающейся с депрессией и суицидальными наклонностями и устойчивой ко всем препаратам, рекомендуется электросудорожная терапия (подробнее о ней мы писали в главе про депрессию).
Резюме
● Шизофрения и «раздвоение личности» – два разных заболевания.
● Шизофрения – это не только глюки и вера в теории заговора: существует множество симптомов, в том числе и негативных (негативными называются симптомы, связанные с ослабеванием нормальных психических функций, а позитивными – новые проявления, например галлюцинации): человек постепенно замыкается в себе, становится безразличным к окружающим, хуже адаптируется в обществе. А галлюцинации сами по себе могут быть симптомом и другого заболевания (и не только психического).
● Шизофрению вызывает сочетание нескольких факторов – генетических, физиологических, психологических и т. д. Плохая наследственность еще не приговор: если один из ваших родителей страдает шизофренией, ваш шанс заболеть – не больше 10 %.
● Большинство людей с шизофренией находятся на амбулаторном лечении и попадают в психиатрические больницы только в периоды обострений. Шизофрения необязательно разрушает карьеру или личную жизнь. То, что состояние больного может только ухудшаться, – это миф: часть пациентов спонтанно вылечиваются.
● Существуют теории о том, что шизофрения – побочный эффект некоторых наших качеств, приобретенных в ходе эволюции, – способности к связной речи или социальному познанию.
● Самая популярная нейробиологическая теория шизофрении гласит, что расстройство вызвано сбоями в работе дофаминовых рецепторов в разных участках мозга. Из-за этого у человека возникает сильная мотивация концентрироваться на сверхидеях, но слабеет способность к самоконтролю и критической оценке действительности.
● Связь между шизофренией и креативностью не доказана, но, возможно, джаз появился именно благодаря этому заболеванию.
Глава 9
Игра в имитацию: что такое антисоциальное расстройство
Валера всегда считал уроки этики в школе самыми странными. Их учили правилам, которые, как он быстро убеждался на собственном опыте, выполнять было совсем необязательно. Более того, часто они мешали получить желаемое – например, если хотелось отнять булочку у второклашки. И тем не менее все с ними носились так, как будто они очень важны. Валера вначале недоумевал, но учительница странно реагировала на его вполне резонные вопросы вроде «Почему нельзя грубить тем, кто ничего не может мне за это сделать?». Он понял, что гораздо выгоднее притворяться, что и для него все это ужасно важно, и заодно запоминать, какими правилами руководствуются остальные, чтобы при случае использовать это знание. Оказалось, можно смягчить гнев учителя или родителей, изобразив виноватый вид, или заставить одноклассника поделиться, надавив на его совесть. Жить стало проще и приятнее – хотя Валера все равно чувствовал, что чем-то отличается от остальных. Их жизнь была полна разнообразных эмоций – по крайней мере они так утверждали. У Валеры был гораздо более скудный диапазон: или равнодушие, или торжество (например, когда удавалось здорово напугать раздражающую его девчонку), или злоба (когда что-то шло не так, как ему хотелось бы). Но зато он ничего не боялся – а другие ребята все больше боялись его.
Уроки этики Валера почему-то всегда вспоминал, когда совершал что-то аморальное с точки зрения большинства людей. Вот и сейчас, дописывая докладную на своего начальника Дениса (третью за месяц), он их вспомнил. Впрочем, какая разница, школу он давно окончил, а впереди светят заманчивые перспективы: завтра его докладная попадет на стол к директору, и на следующей неделе начальника наверняка уволят. Валера станет исполняющим обязанности, а значит, в итоге и полноправным руководителем. Он со своей работой справлялся всегда (точнее, всегда умел сделать вид, что справляется). Именно поэтому в свои 28 он дослужился до должности начальника отдела (а через неделю – уже и первого заместителя генерального директора) крупного металлургического холдинга. Надо постараться, чтобы начальник не прознал, чьего авторства кляузы подвели его под увольнение: Валера хотел бы еще занять у него денег на новый автомобиль. Он обожал гонять на скорости под 200, поэтому давно мечтал сменить свой скромный седан на что-нибудь спортивное. Денис считает, что они с Валерой хорошие друзья (поэтому-то и не имел секретов – тех самых, что потом попадали в докладные), и легко прокредитует Валеру на несколько сотен тысяч рублей. Валера совершенно не понимал, как он будет их отдавать, но это его мало заботило. В крайнем случае Дениса можно просто кинуть – особенно если тот не
