общежитие, чтобы не позволить мне раствориться в темноте грядущей ночи, как сделала накануне. Обидно, неприятно, но не все потеряно. Будет день – будет пища.
* * *
В соответствии с обещанием, ректор передал ключ от дома. Не лично, через возничего. Значит, решил следовать своим словам. Я не стала огорчаться раньше времени, по-прежнему надеялась, что у мага пройдет солнечное затмение и все вернется на круги своя. Поэтому после лекций направилась прямиком к ректорскому дому.
– Привет! – поздоровалась с Огоньком, едва открыла дверь и тот начал переплетать ноги. – Скучаешь тут один? Смотри, что у меня есть для тебя!
Я дала зверьку половину сырной галеты и проследовала в библиотеку. Не успела переодеться, как непоседа забралась мне в сумку.
– За старое взялся? – шикнула на него и потянулась к лямке, чтобы прогнать, но немного опоздала.
Проказник рванул с места, точно ужаленный, не успев толком выбраться из ридикюля, в итоге вместе с ним грохнулся на пол.
Я недовольно пропыхтела, подождала, пока Огонек выберется из сумки, нагнулась за ней, как вдруг мне на голову и шею вылилось что-то холодное, вязкое и ужасно противное. Прикоснулась пальцами к затылку, посмотрела на них и похолодела от ужаса. Подушечки были покрыты грунтом для пропитки холста. Его следовало немедленно смыть, если не хотела, чтобы рыжие завитки превратились в грязно-белые палки.
Дабы убедиться в предположениях, глянула на подоконник, на котором на боку лежала почти пустая банка из-под грунта. Почти все ее содержимое находилось нынче на моих волосах, модном платье и даже на нательной сорочке, поскольку часть массы попало за шиворот. Виновник случившегося сидел рядом и преспокойно натирал мордочку, словно не при делах.
– Добаловался? – прикрикнула на Огонька, но тому было все нипочем.
Расставаться с волосами не хотелось, поэтому приподняла подол платья и бегом бросилась в ванную комнату. Попытки смыть грунт в раковине закончились провалом. Расстояние между гранитной чашей и краном оказалось слишком маленьким. Сколько бы ни пыталась, не смогла просунуть между ними голову. Измучившись, решила воспользоваться ванной. Хозяин дома все равно явится только через три часа. Да и случай непредвиденный. Разве я виновата, что все так вышло? К тому же он сам накануне сказал не стесняться и пользоваться необходимыми удобствами.
Не раздумывая больше ни секунды, включила теплую воду. В два счета сбросила одежду, забралась в темно-серую купель, намылила волосы, шею, лопатки и хорошенько ополоснула. Глянув на себя в зеркало со спины, заметила, что местами грунт не отмылся, въелся в кожу белесыми пятнами. Тогда установила пробку, налила пены для ванной и набрала до краев. По телу быстро разлилась приятная нега, невольно стали закрываться глаза. Ничего удивительного, ведь прошедшие вечер и ночь были не из легких. Разговор с главой настолько разбередил душу, что мне удалось уснуть лишь под утро.
Не устояв перед дремотой, смежила веки, как показалось, всего на миг, когда снова с трудом разлепила их, то чуть не ушла под воду от испуга. Впрочем, у моего соглядатая был не менее всполошенный вид. Фиалковые глаза огневика походили на виноградины, брови спрятались за линией роста волос, а рот настолько открыт, что складывалось ощущение, будто он вот-вот запоет.
Время шло, но мы продолжали смотреть друг на друга, не осмеливаясь пошевелиться. Нам обоим увиденное казалось галлюцинацией. Наконец, с меня полностью сошло оцепенение. Я схватила полотенце и стала обматываться им со словами:
– Ох, простите, господин ректор, не думала, что отключусь на три часа. Сейчас уйду, – лепетала без остановки, пытаясь закрепить на груди уже мокрое до нитки полотенце.
Только пальцы не слушались. Сдавали нервы. В итоге я резко вскочила, поскользнулась и ушла под воду. Благо, вовремя ухватилась пальцами за мраморные края, иначе ударилась бы затылком о дно.
– Вы живы? – встревоженно спросил хозяин дома, бросившись к ванне, и схватил меня за руку.
С его помощью мне удалось лишь с третьей попытки встать на ноги. Видимо, с пеной я переборщила. Не стоило лить треть бутыли. Но она так вкусно пахла!
– Вроде как… – промямлила в ответ и виновато продолжила. – Прошу вас, не подумайте, что я решила воспользоваться вашим отсутствием и понежиться в ванной. Просто на голову вылился грунт для холста.
Глаза ректора вновь округлились. В следующий миг он расхохотался громко, от души. Я не выдержала и улыбнулась. Это снова был тот лорд Кристендер, которого знала с первого дня знакомства: добрый, заботливый, в меру веселый и юморной.
– Это вы извините, не хотел напугать, – с теплотой в голосе произнес он. – Сейчас половина третьего. Я забыл отчет для министерства в спальне, поэтому пришел домой, услышал непонятные звуки, решил узнать, в чем дело…
Мужской взгляд начал блуждать по моему телу, прикрытому лишь мокрым полотенцем, глаза темнеть. Влечение, как выразился глава, за сутки никуда не делось.
– Хорошего дня, – пожелал он с хрипотцой, затронувшей струны моего сердца, и быстро покинул ванную комнату.
Я быстро ополоснулась, выстирала белье, высушила его и волосы заклинанием, оделась и поспешила в библиотеку. Но в холле неожиданно натолкнулась на хозяина дома и двух его гостей. Вернее, гостью и гостя, у которого были такие же, как у ректора, серебристые волосы и фиолетовые глаза, только мужчина был значительно старше. Осознав, что передо мной родители огневика, пожелала провалиться сквозь землю, лучше вовсе испариться. Так надежнее.
Мое появление не осталось незамеченным и произвело эффект гейзера, вырвавшегося из разгоряченных недр. Женские глаза загорелись лихорадочным огнем, в мужских же, слегка блеклых, отразился не завуалированный интерес. Несмотря на возраст и положение, родители ректора по-прежнему были открытыми людьми. Теперь понятно, у кого он перенял подобную черту характера.
Хозяин дома уронил лицо в ладони, убрал их и выдохнул, точно умирающий в последний раз.
– Дорогой, почему не сказал, что не один? Мы бы уехали, не познакомившись, – защебетала миссис Кристендер, не сводя с меня взгляда. – Это было бы непростительной ошибкой, ведь кто знает, когда мы вернемся в родные края.
Я поспешила исполнить глубокий реверанс, вспомнив о манерах, и темноволосая женщина расплылась в широкой улыбке.
– Вы же собирались уходить, говорили, что опаздываете на встречу с самим императором, – невежливо напомнил сын.
Маг всячески пытался исправить ситуацию, чтобы и он, и я вышли без потерь. Его мать махнула рукой и двинулась в мою сторону, уже все для себя решив.
– У нас есть пятнадцать минут на чай. Нагоним по пути. Правда, милый? – обратилась она к супругу.
– Конечно, дорогая! – с готовностью отозвался он.
Герцог с герцогиней встали напротив меня и впились в лицо
