— Сэм, на нас все смотрят! — рассмеялась я, когда мы наконец разжали объятия.
— Ничего не могу поделать. За весь день у меня появилась первая возможность оказаться с тобой вдвоем. — Не отпуская моей руки, он продолжал со страстью в глазах меня разглядывать. Я ощутила — да простит меня Бог — просто какое-то перевоплощение. С тех пор, как Сэм начал оказывать мне первые знаки внимания, я почувствовала, что становлюсь мягче, не такой жесткой, что все мои острые углы каким-то образом сгладились, стали менее заметными. У меня даже походка изменилась. Рядом с ним я и держалась прямее, не сутулилась, улыбалась на ходу. Конечно, частично на это повлияло и то, что рядом с ним я меньше стала думать о собственном росте. Разумеется, и в Нью-Йорке есть высокие парни, но не среди клиентов нашей фирмы.
— Знаешь, мне хочется тебя поблагодарить за то, что ты был сегодня так любезен с Пэт, — сказала я. — И с Джеки тоже.
— Это нетрудно. Мне нравятся твои подруги, — ответил он, не выпуская моей талии.
— Я рада. — Все-таки для женщины очень важно, чтобы мужчине нравились ее подруги. И наоборот.
— Ну что, может, зайдем, познакомимся с капитаном, а потом пойдем ужинать? — предложил Сэм.
Прежде чем я успела возразить по поводу знакомства, Сэм взял меня за руку и повел в Коронный зал. Там оказалась небольшая очередь желающих пожать руку капитану Солбергу. Мы с Сэмом встали в хвост.
— Мы ведь не собираемся по-настоящему знакомиться с капитаном, правда? — прошептала я. — Я хочу сказать, ты ведь не становишься в очередь за рукопожатием с машинистом каждого поезда, на котором едешь? А я не обязана пить коктейль с водителем каждой маршрутки в Хэмптоне? — Мне не хотелось говорить Сэму, что я уже знакома с капитаном Солбергом. В противном случае пришлось бы объяснять, почему я это сделала, а к этому я была не готова. По крайней мере до тех пор, пока не буду уверена, что Сэм, равно как и Пэт, Джеки и сам Свейн Солберг, не считают меня одержимой манией преследования.
— Ну почему же? — решил поуговаривать меня Сэм. — По-моему, очень забавно посмотреть в лицо человеку, чей голос ежедневно раздается по корабельной трансляции в девять вечера.
— Но мы же видели его по телевизору, — напомнила я.
— Да, но ты же работаешь в рекламном бизнесе, Струнка! Тебе должно быть хорошо известно, что люди на экране зачастую не такие, как в жизни. Сами на себя не похожи. Мне кажется, любопытно рассмотреть поближе этого парня.
Мне не удастся его отговорить. И раньше, чем я это осознала, мы оказались уже в двух шагах от капитана Солберга.
— Добрый вечер. Надеюсь, вам нравится на нашем корабле. Благодарю вас, что вы выбрали компанию «Морской лебедь», — механически проговорил капитан Солберг после того, как Сэм представился.
— Я получаю у вас громадное наслаждение, — сказал Сэм и придвинул меня поближе к капитану Солбергу. — Так же, как и моя подруга, Элен Циммерман.
— А, миссис Циммерман! — воскликнул капитан, моментально узнав меня. — Вы выглядите гораздо лучше. Вас больше не преследуют мысли об убийстве на корабле?
— О каком убийстве? — насторожился Сэм.
— Кажется, это проблемы языкового барьера, — как можно беспечнее пояснила я. — Мы с капитаном Солбергом познакомились вчера утром, и я случайно обмолвилась, что управлять таким огромным кораблем, должно быть, убийственно сложно. Очевидно, он как-то не так понял иносказательное значение этого слова.
Сэм удовлетворился, а капитан, как и вчера утром, опять посмотрел на меня как на пустое место. Я поняла, что он больше не верит мне ни на грош. Другими словами, если мне действительно понадобится его помощь, на него мне лучше не рассчитывать.
Мы быстро покинули Коронный зал и отправились к лифту, который доставил нас к ресторану. Подходя к своему столу, мы даже не заметили, что продолжаем нежно ворковать и держаться за руки.
У всех буквально отвисли челюсти, когда мы, все так же увлеченные друг другом, сели на свободные места между Кеннетом и Риком.
— Ты посмотри, Дороти! Дылда завела-таки себе парня! — заметил Ллойд с такой тактичностью, что, наверное, половина зала обернулась в нашу сторону.
— Она взрослая женщина, дорогой. Это ее личное дело! — сказала ему Дороти и подмигнула мне. Я подмигнула в ответ.
— Я так за вас рада, — промурлыкала Брайанна и пихнула локтем в бок Рика, который старательно жевал булочку. — Правда, Элен с Сэмом очень милы, дорогой?
Рик проигнорировал ее, стараясь показать, что его совершенно не интересует бессмысленная девчоночья болтовня.
Остались Гейл с Кеннетом. Но они воздержались от комментариев, вероятно, желая всем продемонстрировать свою светскость и широту взглядов, позволяющих не обращать внимания на то, кто в кого влюбляется в подобных круизах, рассчитанных на «средний класс».
Гейл, кстати сказать, была полностью поглощена застежкой своей ура-патриотической брошки, изображающей американский флаг. Брошка была выполнена из рубинов, сапфиров и бриллиантов. Гейл объяснила, что захотела надеть ее, потому что сегодня в ресторане объявлен вечер американской кухни.
Кеннет увлеченно описывал причуды и капризы фондового рынка, хотя все-таки нашел момент поинтересоваться самочувствием Джеки и Пэт.
— Гораздо лучше, спасибо, — сказала я. — Пэт уже почти оправилась после своего падения, Джеки завтра утром, наверное, уже отпустят из лазарета.
— Хорошие новости! — заметил Кеннет и продолжил свою речь о колебаниях курсов акций. Я обнаружила, что поддерживать беседу о биржевой игре не менее затруднительно, чем понять ее правила. И была рада, когда появился Измет, чтобы сообщить нам о сегодняшнем главном блюде.
— Сегодня, в честь вашей прекрасной Америки, я рекомендую вам жареного цыпленка с картофельным пюре, — объявил он и с тревогой посмотрел на Рика, который еще ни разу не проявил особого восторга по поводу его рекомендаций.
Но Рик удивил всех, бурно приветствовав предложение Измета.
— Наконец-то я могу это есть! — пробурчал он. Рик жил в Северной Каролине, где наверняка жареные цыплята с картошкой появляются на его столе по нескольку раз в неделю.
Мы с Сэмом даже не потрудились заглянуть в меню. Мы были согласны и на цыплят с картошкой, и на все остальное, что там предлагали. По тому, как Сэм поглаживал под столом мою ногу, а я едва удерживалась, чтобы не замурлыкать от удовольствия, еда была последним, что могло интересовать нас в настоящий момент. А интересовал нас в настоящий момент только секс — секс, просто и ясно. К тому времени, когда подали десерт, никаких сомнений в том, что эту ночь мы проведем вместе, у меня уже не осталось. Какой смысл ждать еще день-другой? Мы с Сэмом взрослые люди. Одинокие, ничем не связанные взрослые люди. Нам не надо ни у кого спрашивать разрешения освободиться от одежд в укрытом от посторонних глаз помещении одной из наших кают и дать полную волю переполняющим нас чувствам. Заняться сексом — правильно, нормально и совершенно естественно. Но я все равно очень нервничала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
