– Альбина была призывающей, а Софья – чревовещательницей, – Марго говорила быстро, словно боялась, что Арина ее остановит. – Анук удалось не пустить меня на кладбище, но я могла прийти на зов призывающей и заговорить устами чревовещательницы.
– И тогда она убила Альбину. Я думаю, Альбина или, может быть, Софья, кто-то из них посвятил ее в свои планы, и Анук снова принялась за старое. Сначала убила Альбину, потом Софью.
– Но Софью она убить не могла. Вспомни, там, в лесу, мы все время были на глазах друг у друга. – Марго покачала головой.
– В лесу прятался Бабай. – Веревка еще чуть-чуть поддалась.
– Думаешь, это он Софью?..
– Почему Бабай сбежал из лечебницы? Пять лет сидел смирно, а потом вдруг бросился в бега. Я почти уверена, Флора рассказала ему о своих подозрениях, о том, что кто-то из Круга убил Марту и собирается убить ее. Он сбежал, чтобы защитить сестру, он ведь очень ее любил.
– И опоздал…
– Да. Он видел, как я нашла тело его мертвой сестры, видел, как я плела венок.
– Ты плакала.
– Не помню.
– Ты плакала, плела венок и несла какую-то ахинею…
– И он не стал меня убивать. Из-за погребального венка и слез. Он решил, что я не виновата.
– Пожалуй, – Марго кивнула, – но, я думаю, Бабай не тронул тебя еще и потому, что ты не была ведьмой Круга. Флора могла рассказать ему, как они выглядят. Или даже показать фотографии. Ты даже близко не похожа ни на одну из них. Он позволил тебе уйти оттуда живой именно поэтому. Позволил, но из виду не выпустил, проследил за тобой до самого дома. А потом вернулся и похоронил Флору в лесу, подальше от всего этого…
Оказалось, что мало перерезать один виток, пришлось пилить дальше. Но теперь у Арины было чуть больше пространства для маневров, путы ослабли.
– А потом мы снова появились в доме Флоры, – продолжила Марго. – Наверное, он жил там или прятался где-то поблизости. Не узнать Анук и Софью Бабай не мог. Вот только Софья попалась на его пути первой, и Анук повезло. Чревовещательницы не стало – одной проблемой меньше.
– Но к тому времени Анук уже знала, что ты не помнишь пророчество. Смерть Софьи ей больше была не нужна. – Нож снова царапнул кожу, но Арина не обратила на это никакого внимания.
– Не помнила, однако могла вспомнить. Мы, неупокоенные духи, такие непредсказуемые! Кстати, ты в курсе, что, оставшись без энергетической подпитки на девятую ночь после смерти, неупокоенная ведьма теряет память?
– Ты это знала? – спросила Арина шепотом.
– Почувствовала прошлой ночью.
– Анук сказала, утром ты не вспомнишь ничего из того, что было ночью.
– Утром я не вспомнила бы даже собственное имя. Не говоря уже о пророчестве. Уж поверь! Но ты меня пожалела, а потом замкнулся Круг, и бац – я больше не неупокоенная ведьма, и с памятью у меня все в порядке. Облом, правда?
– Марго, скажи, – Арина сдула лезущую в глаза челку, – только не ври, я прошу. Ты ведь могла навредить мне прошлой ночью? И ты… подключалась ко мне раньше? Подпитывалась?
– У тебя много сил и энергии.
– Я не о том. – Она мотнула головой. – Представляла ли ты для меня реальную опасность?
Прежде чем ответить, Марго долго молчала, гладила свою черепушку. Арина уже решила, что она не заговорит, но ошиблась.
– Да, я могла навредить. И подпитывалась твоей энергией, когда ты спала. Но ведь тебе не было так уж плохо, легкое недомогание, только и всего. Однако девятая ночь – это в самом деле очень серьезно. Я практически перестала себя контролировать. Теперь я точно знаю, что такое голод и ярость.
– Ты не причинила мне вреда.
– Да, но ты и представить себе не можешь, чего мне стоило сдержаться, не напасть. Считай, этой ночью Бабай спас тебя от… меня. Его появление что-то во мне изменило, на время вернуло в реальность, перенаправило мою ярость.
Веревка наконец поддалась. Арина вздохнула с облегчением и принялась растирать затекшие руки.
– А теперь ты в порядке? Ты совершенно точно уверена, что этой ночью подобное не повторится? – Она бросила быстрый взгляд на Марго.
– Да. Я больше не чувствую в себе этого. Но кое-что все-таки осталось. – Черный ноготь удлинился, превращаясь в коготь. Чтобы не отшатнуться, Арине пришлось собрать всю свою волю в кулак. – Не волнуйся, я это контролирую. – Коготь втянулся, как у кошки… – От теневого Круга мертвые только выигрывают. – Марго посмотрела на ее окровавленные руки. – Ты вся в порезах! Больно?
– Ничего, это обычные царапины.
Кровообращение в руках медленно восстанавливалось, и Арина в самом деле начала чувствовать боль, словно в кожу впились тысячи иголок.
– А чего тогда морщишься?
– Руки затекли. Марго, нам нужно спешить. Вдруг мы еще успеем.
– Куда?
– Предупредить Ксению.
– Почему ее, а не, к примеру, Саломею? Они ведь обе думают, что всех убивает Бабай.
– Потому что сейчас именно Ксения представляет для Анук опасность. – Арина принялась перерезать путы на ногах. – Если задать правильный вопрос, Ксения напишет на него ответ. Понимаешь?
– И Анук этот ответ может не устроить, – Марго кивнула.
– Я только одного не понимаю. Ведь Анук при нас просила Ксению о помощи. Если бы та не отказала…
– А откуда тебе знать, какие вопросы она бы стала задавать? Вполне возможно, что Анук спросила бы о Бабае. Уточнила что-нибудь из его биографии. Или поинтересовалась, кто те подонки, что напали на Флору, и что с ними стало. Вопросы бывают разные, а Анук знает, как выйти сухой из воды. Но ты права, ехать нужно сначала к Ксении.
С веревками на лодыжках Арина справилась быстро, прошлась по подвалу туда-сюда, восстанавливая кровообращение в ногах. Обшарила карманы джинсов в поисках случайно завалявшихся денег. Они нашлись, но совершенно ничтожная сумма, с такой далеко не уедешь, до Ксении точно не доберешься. Арина глянула на часы. Какой там полдень – половина пятого вечера! И если они поторопятся, то успеют на электричку до дома, денег только-только хватит. А дома можно взять денег на такси и веретено. Веретено, родовая вещь, должно быть при ней…
* * *
Дом стоял нараспашку. Наверное, Анук очень торопилась или просто не озаботилась тем, чтобы прикрыть за собой дверь.
– Подожди. – Марго заступила ей дорогу. – Дай я сначала осмотрюсь. А то мало ли что.
