кехэ (663 г.), [ряд] пэкческих крепостей тайно замыслили восстановить [свое государство], а их предводители, обосновавшись в крепости Тусольсон[1069], попросили у японцев помощи войсками. Великий ван [Мунму], ведя за собой Юсина, Инмуна, Чхонджона, Чукчи и других /
1339/ полководцев, в семнадцатый день седьмого месяца лично выступил в поход [против мятежников]. Дойдя до области Унджинджу, [войска Мунму] соединились со стоявшей там армией
чжэньшоу (“охранителя”) [бывших пэкческих владений] Лю Жэньюаня и в тринадцатый день восьмого месяца дошли до крепости Тусольсон. [Когда] пэкчесцы и японцы вышли [из крепости] и расположились боевым строем, наши войска отчаянно атаковали их и нанесли им тяжелое поражение. [После того как] все пэкчесцы и японцы сдались, великий ван позвал японцев и сказал: “Наше и ваше государство представляют земли, разделенные только морем. Никогда между нами не было распрей[1070], а существовали добрые и мирные отношения и постоянный обмен посольствами. Так почему же ныне вы творите зло вместе с Пэкче и замышляете [против] нашего государства? Сейчас ваши воины находятся в моих руках, но мне не хочется убивать их. Возвращайтесь и доложите [об этом] вашему вану!”[1071]. [После этого ван Мунму] отпустил их на волю.
Разделившись на группы, [силлаские] войска атаковали и взяли ряд [пэкческих] крепостей, но только крепость Имджонсон[1072], расположенную в труднодоступном месте, [обнесенную] крепкими стенами и имевшую много продовольствия, не удалось взять [даже] после тридцати дней атак. Так как уставшие офицеры и солдаты не очень хотели сражаться, великий ван [Мунму] сказал: “Ныне, хотя одна крепость еще не сдалась, все остальные крепости уже капитулировали. Нельзя сказать, что нет у нас успехов”. Приведя в порядок войска, [ван приказал] вернуться [в столицу]. Дойдя до столицы /1340/ зимой, на двадцатый день одиннадцатого месяца, [ван] одарил Юсина пятьюстами кёль полей, а другим военачальникам и солдатам также раздал награды с соответствующими различиями.
/1341/ Исторические записи трех государств.
Книга сорок вторая. [Конец]
КНИГА СОРОК ТРЕТЬЯ
БИОГРАФИИ (ЁЛЬЧОН). ЧАСТЬ 3
Ким Юсин. 3
<Вкупе с сыновьями Самгваном и Вонсулем, внуками Юнджуном и Юнмуном, праправнуком Амом>
В начальном году Линь-дэ [эры правления ганского Гао-цзуна], году капча (664 г.), в третьем месяце, остатки пэкчесцев снова собрались под крепостью Сабисон и подняли мятеж. Правитель [области] (тодок) Унджу послал находившиеся в его подчинении войска для разгрома их, но в течение нескольких дней стоял такой туман, [что] невозможно было различить ни людей, ни предметы, и поэтому [силлаские войска] не могли сражаться. Тогда [тодок Унджу] послал [в столицу] Пэксана, чтобы доложить об этом, и Юсин передал [силласким войскам] тайный план, позволивший победить [мятежников][1073].
Во втором году эры Линь-дэ (665 г.) [танский император] Гао-цзун отправил [своих] послов Лян Тунпи, Жэнь Чжигао и других [в Силла], чтобы одновременно согласно указу возвести Юсина в звание фэнчжан чжэнцзин Пинъянцзюнъ кайго-гун (“Флагоносный истинный министр, князь Пхеньянского округа, [имеющий заслуги] в основании государства”) [и пожаловать ему] 2000 дворов [в качестве] кормленого владения-сигып[1074].
В начальном году Цянь-фэн [эры правления танского Гао-цзуна] (666 г.) император направил [в Силла] указ, которым старший сын Юсина, тэа/1343/чхан[1075] Самгван[1076], возводился в звание цзоувэй-ифу-чжунланцзяна (командира запасного гарнизона левого крыла столичной гвардии) и [зачислялся заложником в гвардию]-сувэй[1077].
В начальном году эры Цзун-чжан, году муджин (668 г.), танский император Гао-цзун направил Ли Цзи — князя Инго (“Цветущее государство”) — поднять войска в поход против Когурё и одновременно призвал нас мобилизовать войска. Желая послать войска в ответ на этот призыв, великий ван Мунму назначил [Ким] Хымсуна и [Ким] Инмуна командовать армиями. Хымсун обратился к вану со словами: “Коль вместе с [нами] не будет Юсина, то, боюсь, как бы мы не пожалели”. Ван [ответил]: “Вы, трое князей, являетесь сокровищем государства[1078]. Если все вместе направитесь во вражеские земли и если там произойдет что-то непредвиденное и [вы] не сможете вернуться назад, то что тогда станет с государством? Потому [я] хочу оставить Юсина [в столице] охранять государство, так как он неприметно будет служить нам великой крепостью и с ним не бывает никакого беспокойства”. Хымсун был младшим братом Юсина, а Инмун — племянником по матери[1079], поэтому [они] с уважением служили Юсину и не прекословили ему. Теперь они сказали Юсину: “Не обладая [большими] способностями, мы ныне должны последовать за великим ваном в неизведанные пределы. Мы просим [Вас], дайте [нам] указания и советы, как нам поступить!”[1080]. [Юсин] ответил: “Быть полководцем — значит быть /1344/ ”щитом и крепостью” страны, ”когтем и клыком (коренным зубом)” (верным слугой) государя. ”Среди стрел и камней” решая судьбу битвы, он должен обрести небесное благословение (Небесный Путь — Тяньдао) сверху, опираться на Земные законы (Чжили) снизу и [сочувствие] человеческих сердец — посередине. Лишь только при этом можно добиться успехов. Ныне наша страна живет только благодаря преданности (чхун) и верности (син)[1081], Пэкче [же] погибло из-за [своей] заносчивости, а Когурё из-за [своего] высокомерия испытывает страшную опасность. Если мы ныне ударим нашей прямотой (правдой) по их (врагов) кривизне (кривде), то сможем добиться цели. К тому же [мы] опираемся на Великое Государство, на мощь и влияние светлейшего Сына Неба! Отправляйтесь, будьте усердны и не совершайте ошибок в делах!” Поклонившись, оба князя сказали: “Принимаем [Ваши указания] к полному исполнению! Не посмеем совершить ни промаха, ни ошибки!”
После того как великий ван Мунму, вместе с [войсками] Ин-гуна (князя Инго), взял Пхеньян (668 г.) и вернулся в область Намханджу[1082], он собрал там сановников и сказал: “Прежде, когда пэкческий ван Мённон[1083] замышлял напасть на нашу страну из-под горы Корисан[1084], полководцем, отразившим [их], был дед Юсина, каккан[1085] Мурёк. Одержав победу, он захватил в плен [самого пэкческого] вана[1086], четырех [его] министров и [множество] офицеров и солдат и так расстроил их замыслы. А отец [Юсина] Сохён, став правителем (чхонгваном) области *Янджу[1087], не раз /1345/ воевал с пэкчесцами. Сломив их ярость, [он] не позволил им больше вторгаться в [наши] пределы. Поэтому жители окраин в мире и спокойствии смогли заниматься земледелием и шелководством, а государь и его слуги были избавлены от беспокойных забот, [заставлявших их рано подниматься] и допоздна работать, не принимая даже пищи. Ныне Юсин, продолжая дело отца и деда, является верным слугой государству[1088] как полководец в походах и как министр
