дороге!»
— Твою машину?!
— Да, мою. Вспомните, что Гарвин сел в свою машину и уехал. Моя стояла рядом. Ключи же от моей машины находились в ящике стола в холле гостиницы.
Дрейк присвистнул.
— Это значит…
— Это значит, что ничто не могло помешать Лорен Гарвин встать с постели, одеться, взять мою машину, выехать, убить Этель Гарвин и приехать обратно в Тихуану. Пистолет на самом деле пролежал все это время в перчаточном отделении. Когда Лорен вынимала оттуда солнечные очки для Гарвина, она нашла пистолет. Она не сказала ни слова. И при первом удобном случае переложила его к себе в сумку.
Дрейк посмотрел на Мейсона в немом изумлении.
— Черт бы меня побрал!
— А теперь все, что нужно сделать, — найти способ доказать все это и всего за несколько часов. Пошли, Пол. Тебе придется потрудиться.
19
В номере Мейсона в гостинице «Гранд-отель» в Сан-Диего Лорен Гарвин смотрела на адвоката рассерженным и недоумевающим взглядом. Справа от Мейсона сидел Дрейк, сверля глазами Лорен, в то время как Делла Стрит старалась не пропустить ни слова, записывая разговор.
— Я повторяю вам, я не покидала гостиницу, — сказала в отчаянии Лорен.
Глаза Мейсона были холодны и непроницаемы.
— Вы должны были покинуть отель, поскольку из всех людей, находившихся там, только ваш муж и вы были заинтересованы в Этель Гарвин. Благодаря окружному прокурору мы можем доказать, что ваш муж встал, сел в свою машину и уехал. Его видели в ней в Оушенсайде. Время выезда из отеля совпадает с показаниями. И что же происходит? Вы знали, что он собирается делать. Он говорил вам об этом. Когда он уехал, вы знали, что он встречается со своей бывшей женой. Вы понимали, что, пока она в живых, ваш брак с Гарвином недействителен.
Ее губы сошлись в одну линию.
— Я не собираюсь сидеть здесь и слушать вас. Я вызову своего адвоката.
— Хорошая мысль, — согласился Мейсон. — Вы знаете, что произошло. Вы оделись, спустились в холл, достали из ящика ключи от моей машины, пересекли границу и помчались, как дьявол. Вы обогнали своего мужа на полпути в Оушенсайд. Встретились с Этель, убили ее…
— Я не убивала ее!
— А я говорю, что вы должны были это сделать. Вам было решительно все равно, убрать ли ее со своей дороги или взвалить на мужа подозрение в убийстве, что приведет его в газовую камеру благодаря вашему шитому белыми нитками алиби.
Она отодвинула кресло и вскочила.
— Никто не заставит меня слушать эти оскорбления. Мой муж попросил меня солгать ради алиби. Я сделала это. Теперь я посоветуюсь с адвокатом, который будет представлять мои интересы. — При полном молчании она вышла из комнаты и с треском захлопнула дверь.
— Ладно. По крайней мере мы знаем, что произошло, но доказать этого не можем. Окружному прокурору достаточно сказать, что мы нарочно порезали пальчик и покапали кровью на резиновый коврик в моей машине.
— И что произойдет? — спросила Делла Стрит.
— Произойдет то, что все наши обвинения против Лорен взлетят на воздух и мы окажемся с носом.
Мейсон встал и начал ходить в раздумье по комнате.
Неожиданно он замер и посмотрел на Дрейка.
— События так быстро меняются, что у нас не было времени логически все обдумать. Например, каким образом Лорен встретилась с Этель Гарвин?
— Ну, наверно, что-нибудь придумала.
Схватив шляпу, Мейсон сообщил остальным, что они немедленно едут в Тихуану. Они нашли сеньору Иноченте Мигуэрино, обложенную газетами и глубоко удовлетворенную, что суд над миллионером, владельцем приисков, дал бесплатную рекламу ее гостинице. Поприветствовав хозяйку отеля, Мейсон попросил ее ответить на несколько вопросов.
— Кому вы сдали последний номер в отеле в ту ночь?
— Это была очень приятная, симпатичная девушка с красивой фигурой, — сеньора Мигуэрино двумя руками попыталась нарисовать в воздухе формы женской фигуры.
— Какого цвета были ее волосы?
— О, это была чудесная блондинка, волосы как платина.
— Вы записали ее имя?
— Да, судя по записи, ее имя Карлотта Делино из Лос-Анджелеса.
— Когда она приехала?
— Не помню точно, сеньор Мейсон. Я еще не выключала, по-моему, свет и не ложилась спать.
Мейсон повернулся к Дрейку.
— Давай обсудим фактор времени, Пол. В то время как я был в комнате четы Гарвинов, сеньора Мигуэрино должна была сдать номер этой блондинке. Затем она выключила свет и ушла спать. Когда я возвращался к себе в комнату, света уже не было. Но какой-то женский голос раздавался из телефонной кабины, требуя с кем-то ее соединить. Как я теперь припоминаю, что-то необычное было связано с этим звонком. Можно предположить, что звонила женщина, которая сняла
