Он проснулся, услышав, как Роик зовет его по имени и мягко тормошит. Мина уже сидела на кровати и терла примятые подушкой щеки. Лаки не было. Пятно света на ковре переместилось. Взгляд на часы сообщил, что прикорнул он на два часа.
– Извините, что приходится вас будить, – виновато сказал Роик, – милорд хочет кое-что вам показать на коммпульте в комнате связи.
Роик терпеливо дожидался, пока дети сходят в ванную и вымоют руки, прежде чем следовать за ним. Теперь, попривыкнув к этому здоровяку, Джин даже полюбил Роика. Для Майлза-сана Роик был чем-то вроде собственного, личного взрослого, который повсюду за тобой ходит и все для тебя делает. Только вот ты сам говоришь ему, что делать, а не наоборот. «Вот бы себе такого Роика», – подумал Джин.
В этом чудном подвале, который можно было наглухо запереть, собрались все. Джин уже понял, что здесь консульство хранит все свои важные шпионские тайны. Майлз-сан и Форлинкин сидели у комм-пульта. Ворон-сенсей тоже вернулся. Сейчас он был чем-то занят с Йоханнесом, нагнувшись над длинным столом и каким-то маленьким аппаратом на этом столе.
Джин протопал к ним:
– Что это у вас?
– Сканер ДНК, – ответил Йоханнес.
– Вы этой штукой проверяли отпечаток Майлз-са… лорда Форкосигана в тот день, когда мы познакомились?
– Да.
– Удобная штука, – пояснил Ворон-сенсей. – У госпожи Сьюз тоже должна быть такая. Очевидно, ее либо продали, либо сломали. Я уже опасался, что придется отсылать образец ткани в платную лабораторию даже из-за такой простецкой операции.
Джин наблюдал с интересом.
– А можно мне сканировать ДНК моих животных на этом аппарате?
– Это не игрушка, – ответил Йоханнес, – мы используем его для сверки документов тех, кто собирается в путешествие, ну и тому подобное. – Он взглянул на Джина и смягчил тон: – Спроси-ка советника Форлинкина.
Майлз-сан подозвал Джина к комм-пульту, возле которого, переминаясь с ноги на ногу, уже стояла Мина. Над экраном в ряд висели фотографии четырех разных человек. Двое седоволосых. Один в лабораторном халате.
– Мисс Мина, надеюсь, вы нам поможете, – начал Майлз-сан. – У всех этих людей одно имя – доктор Либер, и живут они неподалеку от центра Нортбриджа. Мы уже исключили всех докторов Либер женского пола. Надеемся, что никто из них не летал недавно на Колонию Бета. – Рот Майлза скривился словно от шутки, которой Джин не понял, но вот Роик, судя по ответной усмешке, понял. – Не похож ли кто-нибудь из них на человека, который говорил с твоей мамой тем вечером? Или, может, кто-то из них совершенно точно не похож на этого человека?
Мина внимательно вгляделась в сканы.
– Это было так давно, я уже и не помню.
– А что ты вообще о нем помнишь? Этот доктор Либер, он был молодой или старый?
– Старый!
– Седой?
– Нет, темноволосый, это я точно помню. Вот только возраст я у взрослых не очень-то понимаю. Этот, правда, был здорово старый. Лет тридцать.
Майлз-сан и Форлинкин переглянулись. У консула шевельнулись губы, однако он ничего не сказал.
– Так, значит, старый, но не седой.
Майлз-сан постучал пальцем по экрану и изображения двоих седовласых мужчин исчезли. Двое оставшихся выглядели похоже, и стрижки одинаковые, только у одного лицо слегка осунувшееся, а у другого – покруглее.
– Когда я был маленьким, – заметил Роик, заглядывая им через плечо, – я думал, что любой тощий взрослый – мой дедушка. Очень трудно было порой…
– И все-таки, – настойчиво продолжал Майлз-сан, – Джин, не помнишь ли ты кого-нибудь из этих двоих в маминой компании? Даже если тебя с ними не знакомили?
Джин покачал головой.
Мина долго разглядывала изображения, а потом указала на тощего:
– Вон тот. Кажется. Другой уж очень толстенький.
– Может, это и он, только веса набрал, – подсказал Джин, тоже стараясь помочь.
– Вы ей покажите сканы с сотней лиц, или хотя бы с десятком, и увидите, как мало будет толку, милорд. Вы подсказываете свидетелю.
– Если бы стояла задача опознавать всех тридцатилетних старикашек на Кибо, то, несомненно, ты бы оказался прав, – возразил Майлз-сан. – К счастью, у нас уже очерчен круг подозреваемых. – Майлз-сан указал на толстяка. – Этот доктор Либер – акушер клиники-репликатора в северном пригороде. – Затем его указующий перст переместился на лицо тощего. – А этот доктор Либер – биохимик из компании «Крионикс», принадлежащей «Новому Египту». Поскольку показания Мины не исключают его полностью из списка подозреваемых, сочетание должности и положительный результат опознания просто обязывает меня поставить его номером первым на проверку.
– Помнится, была рабочая версия о том, что парень скорее всего смылся, – напомнил Роик. – Этот Либер что-то мало похож на борца с режимом – хорошая зарплата, акции в компании, криостраховка. Я бы сказал, соль корпоративной земли…
Майлз-сан откинулся на стуле и потер подбородок.
– Да, тут нестыковка. Полагаю, я изначально ошибался.
При этих словах Роик отвесил Майлзу поклон, и Имперский Аудитор слегка улыбнулся. Чему? Джин опять не понял.
Йоханнес и Ворон-сенсей закончили работу за столом и перебрались к спутниковому комм-пульту.
– Так-так! А скан для опознания там есть? У меня на всякий случай есть отпечатки пальцев рук и ног, правда, надеюсь, они нам не понадобятся.
Майлз-сан оттолкнулся ногами и повернулся к ним, не вставая с кресла.
– Что вы тут обнаружили?
Роик наклонился, вглядываясь.
– Похоже, на нашу дамочку, верно? Посмотрите на скулы и уши… а родинка над левой бровью? Такая же! Этот скан сделали скорее всего незадолго до криостаза.
– Не могу сказать, что разглядел ее уши.
Майлз-сан схватил трость и приблизился, чтобы получше разглядеть картинку.
Джин тоже протиснулся между ними. Изображение живой улыбающейся женщины сменилось перед глазами той застывшей, чужой фигурой на операционном столе. Мальчика замутило. А мама? Она тоже стала бы такой же чужой, если б взаправду умерла?
– Отлично, – проговорил Ворон-сенсей. – Здесь – все, что нам нужно о ней знать. Биографические данные, история болезни, дата ввода в криостаз. Так… криоконтракт и состояние счета… может, тоже где-то пригодятся. Бедолага ты, Алиса Чен. Но я рад, что наконец-то познакомился с тобой.
– Молодцы, – похвалил Майлз, – быстро сработали.
– Базы данных клиентов криокорпораций открыты для всех желающих, – ответил Йоханнес, хотя и видно было, что он обрадовался поощрению. – Будь ты юрист или ученый, занимающийся демографическими исследованиями, медик или просто любитель, раскапывающий корни генеалогического древа семьи, доступ открыт для всех. – Он сел и еще раз взглянул на экран с данными. – Похоже, женщину заморозили сорок пять лет назад. Нам крупно повезло. Стоит забраться в историю лет на сто, и натыкаешься на дыры в базе данных, возникшие то по одной причине, то по другой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
