Он молчит, смотрит на Никиту, который уже вышел из машины. Слава богу! Точно свечку в церкви поставлю!
— Садись! — Кивает мне, а сам подходит к Савельеву. Не знаю, о чем они говорят. Может, в морду ему даст? Я б дала! До сих пор потряхивает. А если б Ник не позвонил? Рыжий убьет, если узнает. Причем сначала меня.
Никита уже в машине, мы, наконец, уезжаем. А Матвей так и остался стоять у подъезда. Пусть я больше никогда его не увижу!
Глава 50. «Какая же ты скотина, Леднев»!
— Ты как вообще узнал, где я? Спасибо-спасибо, Ник. Ты не представляешь…
— Даня знает? Варе позвони, скажи, что все нормально. Ты ей на звонок не ответила, вот она и забеспокоилась. Знала, с кем ты встретиться захотела. Валера сказал, куда ты уехала.
Молчу. Даня… Как сказать-то? Может, не говорить? Пишу быстро Барсуковой, что все нормально, что очень-очень рада, что она у меня такая въедливая. И, наконец, выдыхаю!
Никита привозит меня в свою квартиру, я здесь эти месяцы бываю чаще, чем у себя. Но да, Савельев прав, я теперь с полным правом могу называться бомжихой. Жить и, правда, негде. Хотя…
— Слушай, Ник! Ты зачем достал Матвею пригласительные на этот прием в мэрии? Ты знал, что он туда специально попасть хотел?
— Ага. У него будет проект с моим отцом. Ты об этом?
Вот обещала себе не думать плохо об этом засранце! Но его невозмутимость просто выбешивает!
— Он использовал меня, понимаешь?! Он со мной встречался только ради того, чтобы к тебе пролезть!
— Ты лучше скажи, что он сделал? Угрожал? Ударил?
— Не успел, ты позвонил. Хотел, чтобы я продолжала быть его девушкой, ну или притворялась ей. Он всех использовал! Меня, тебя, твоего отца теперь! И тебе все равно?
— Почему? Как я понял, там высокомаржинальный бизнес, папа как раз такие и выбирает. Савельев — талантливый предприниматель, кажется, я тебе говорил уже об этом.
— Ага! Талантливый! — Взвизгиваю от возмущения. — Людей юзать, вот и весь его талант! Ты вообще слышал, что я сказала?!
— Слышал, Маш. Тебе коньяк налить? Не встречал прежде женщин, которые столько пьют и не пьянеют.
Что он несет, вообще?! Причем тут коньяк? Он вообще понимает? Смотрю на Айса и не узнаю. Нет, он по жизни непробиваемый, но всегда быстро соображает и опасность носом чует. Почему сейчас такой безразличный что ли?
— Никита, ты, кажется не понял, — медленно, чуть ли не по слогам произношу, чтоб осознал, наконец. — Савельев не просто так со мной встречался. Ему ты был нужен, то есть твой отец.
— Я понял, Маш, понял. Я только не понимаю, чего ты-то пыхтишь? Сама его использовала и не скрывала этого. Деньги и статус так ведь? Почему тебе можно, а ему нельзя?
Где-то я уже слышала подобное. Да, Барсукова нотацию читала, с Луизой меня сравнивала. Только рот открыла, чтобы возразить Ледневу, так не дал, руку поднял, типа, молчи, дура, и так налажала.
— Он просто с тобой играл. Как и ты им. Только он это понимал, а ты — нет. В бизнесе многое решает, кто кого поимеет. Ты всегда хотела прорваться в наш мир. Вот он такой.
Надо точно выпить, а то я до сих пор от Савельева в себя не пришла, с тут еще Айс обухом по голове. Наливаю себе рюмку и залпом, как водку.
— Еще налить? — Ник кивает на бутылку. Ишь, заботливый какой!
— А чего ты такой спокойный, а? Тебя не возмущает, что вместе со мной и тебя поимели?! Ты же ему доступ к отцу своему организовал! Поди, и рекомендации дал.
Он молчит, сам коньком пробавляется. И тут до меня, наконец, доходит! Да вашу мать!
— Ты знал, да?! Ты с самого начала все знал! Поэтому и держал меня тут, под боком, чтобы в курсе быть. Да? Ну ты и сволочь, Леднев! Почему мне не сказал?! Я к нему вообще не подошла бы!
Сидит, развалившись в кресле, молчит. Рассматривает коньяк в рюмке, как будто первый раз увидел. А у меня мысли в голове, как лошади галопом несутся, да так, что остановить невозможно.
— Если ты знал, а ты, как обычно, все знал, то, что это было, Ник? Проверка, да? Ты, мать твою, проверку мне устроил? На вшивость?! — Ору на него так как даже на Рыжего, наверное, не орала. — Решил проверить, позволю ли я ему деньги из тебя тянуть? И как? Проверил? Может, еще и Луизу ко мне подослал, а?
Выхватываю из руки у этого мерзавца коньяк, вообще в морду его красивую хотела выплеснуть, но все-таки сдержалась. В себя опрокинула.
— Луиза — это не ко мне. Я тут ни при чем. Но вообще, я удивился, когда ты позвонила и попросила помочь с квартирой. Не ожидал.
— А что ожидал-то?! — Плюхаюсь обратно на диван, надо все же подальше от него держаться, а то добром это все точно не закончится. — Думал, побегу к тебе, Никита, дай мне денег, пожалуйста!
— Я думаю, тебе достаточно. — Убирает коньяк обратно, а мне прям так и хочется запустить ему в спину чем-то.
— Я никогда бы не позволила ему использовать свою дружбу с Варей. Это то немногое, что у меня есть, да и вообще…
— Ты же любишь красивую жизнь.
— Барсукову люблю больше. Как ты узнал? Его же Стар… Василий Федорович проверял, да? Все выяснил тогда?
— Не совсем. Мне еще зимой про него Оксана рассказывала, но я не смешиваю удовольствие с бизнесом. Так что не обратил особого внимания.
Хорошо, что Барсукова не слышит про это удовольствие!
— А потом?
— Потом он рядом с тобой постоянно вертелся. Забавное совпадение. Спросил у папиных помощников, Савельев к ним не раз обращался с просьбой о встрече. Вот и все. А Вася проверял его по другому направлению.
— Почему? Ну почему не остановил сразу?! Да, ты меня терпеть не можешь, но ведь…
— Это твой выбор, Маш. Только твой. Все, что мог, я сделал.
— Но ведь я могла… да я вообще случайно сегодня все это узнала!
— Могла. А ты думай чаще, Маш. Желательно головой.
— И тогда бы… Что бы ты сделал? А, Ник?! — До меня только сейчас начинает доходить весь ужас последствий. Я бы… — Какая же ты скотина, Леднев! — Искренне так говорю, что называется, с душой! — Редкостный гад! А Варя? Она ведь не знала, да? А Даня?
— Я не могу позволить, чтобы близких, очень близких мне людей обижали, Маш. Варя и без меня поняла, что Савельеву ты не нужна. Но ты ей не верила. И мне бы не поверила.
— А почему ты решил, что я ничего не знала?! Зачем ты дал ему этот пригласительный?
— На тебе все написано. Вы с Варей в этом очень похожи. И потом, я считаю, человеку надо по возможности давать, что он хочет. И он быстрее себя проявит.
Спокойно так говорит, обыденно даже. Вроде и правильные вещи сказал, но прям порвать его на части хочется. Гад! Как кролика меня подопытного!
— А если б я согласилась? — Снова задаю этот вопрос, хотя уже знаю ответ. — Ну… на предложение Матвея, ты бы…
Он молчит, но я и так уже сама поняла. Не конченная все-таки дура. Тогда бы у меня уже не было Барсуковой, не говоря уже о Дане. Да и Савельев быстро бы бросил, поняв, что ошибся…
— Ты сделала правильный выбор. Я рад, Маш. — Задумчиво оглядывает меня с ног до головы. — Что бы ты ни думала, я хорошо к тебе отношусь. И любим мы с тобой одних и тех же людей. Это примиряет.
Ну насчет того, что примиряет, я бы не торопилась. Хотя за Барсукову и Рыжего любому глотку перегрызу, включая Айсберга. Но ему и так есть, за что перегрызть! Ладно, Маша, спокойно, все-таки он тебя из очередного дерьма сегодня вытащил. И за это ему точно надо сказать спасибо. Потом. И раз он такой откровенный сегодня, впервые за все время нашего знакомства, то грех этим не воспользоваться. Раз он на меня Матвея ловил.
— Что Полянскому нужно от Дани? Мне очень не нравится этот мужик, Ник. Очень не нравится, Варя говорила, он деловой партнер твоего отца, да? И что там с Максом? Он по-прежнему с дилерами путается? И, кстати, девка эта, Луиза…
- Забудь про Луизу, она все уже поняла. У Макса проблемы, как и у его отца, похоже…, - Никита явно тщательно подбирает слова, будто боится сболтнуть лишнего. Может, напоить его? Никогда не видела Айса бухим.
