— Ну, уж извини, — развел руками юрист. — Ты же не надеялся, что мне кто-то позволит шляться по дворцу без сопровождения и совать нос куда пожелаю?
— Да с тобой-то понятно, но ведь и другие попытки результата не дали. Бывших соратников Бакарри туда тоже не пускают, даже тех, кто сразу перешел на другую сторону и успел доказать лояльность…
— Ну, на месте Шеллара и я бы не стал ничего доверять идиотам, пусть даже и лояльным, — вставил Джемайл.
— Паладины передвигаются по городу только большими группами, — словно не слыша, продолжил Астуриас. — Отсечь и расспросить одного ни разу случая не выпало. Санчес пытался выманить нового агента, но тоже что-то никакой реакции. То ли слишком умный, то ли недостаточно внимательный, то ли его просто не выпускают…
— А с него-то что взять? Вроде упоминалось даже, что ему память подчистили, чтобы лишнего не ляпнул?
— Санчесово начальство допускает вероятность, что память ему вернули. Технически несложно, если эльфы подсуетились. Но даже если и нет — все, что он успел увидеть и узнать во дворце за эти четыре дня, ему точно никто не стирал.
— Ты вправду думаешь, что этого пришельца с Каппы успели допустить в избранный круг?
— Боевой товарищ Элмара, за которого тот поручился, да еще и многократно проверенный в боях, — это уже не чужой. Он должен что-то знать.
— О, это возможно, — согласился Джемайл. — Вот только нам от этих знаний никакого толку, раз он так и не выманился. А времени у вас почти не осталось.
— Если он нас раскусил, толку и впрямь не будет. А если просто до сих пор не заметил — надежда еще есть. Знаешь, я-то давно привык не полагаться на планы и менять их по ходу действия, но последнее время это мало помогает. Хотелось бы хоть раз учесть все и сделать как положено.
Поначалу Витька опасался, что жизнь во дворце будет для него очередным тяжким испытанием. Одна лишь попытка представить себя в антураже королевского двора вызывала у него истерический смех, потому что в воображаемых картинах непременно фигурировали некие абстрактные аристократы, безупречные, как их король; блистающие дамы в нарядах из костюмных фильмов и его драная майка, которую он на самом деле давно выбросил. В реальности все оказалось намного проще — видимо, жизнь на осадном положении, пусть даже и во дворце, сильно отличалась от мирной, описанной когда-то Элмаром.
Прежде всего, поголовье дам ограничивалось принцессой-регентом, двумя врачами и Максовой невесткой. Бронированная королева в их число не входила, ибо Витькин разум протестовал при попытке совместить летающий по лестницам комплект доспехов с образом дамы.
Воображаемых придворных бездельников не обнаружилось ни единого, зато дворец был битком набит солдатами. Немногочисленная прислуга почти не попадалась на глаза. Здесь и в мирное время не приветствовалась праздность, а сейчас все огромное здание было пропитано суровым духом войны, в котором не было ни места, ни времени на расслабление. Самому Кангрему тоже не дали себя почувствовать гостем — в первый же день, едва он успел попрощаться с Шелларом, королева велела получить у интенданта доспехи и винтовку, после чего занять свое место на Центральной башне у пулемета, чтобы у Кантора наконец появилась смена.
Дежурства проходили однообразно — на дворец пока никто не нападал, пулемет простаивал без дела, а агент Кангрем со скуки изучал город с высоты Центральной башни — на будущее, чтобы не заблудиться, когда ему все-таки придется из;>того дворца выйти. Диего, который даже в свободное от дежурства время почти не покидал башню, охотно служил ему путеводителем. За прошедшие пять дней Витька успел узнать уйму интересного о городе и заодно о рассказчике. Теперь он мог безошибочно отыскать театр, в котором маэстро действительно играл до войны, дом Жака, где сейчас обитала толпа бездомных бардов, пустующий нынче особняк Элмара, «Лунный дракон», где Диего познакомился с будущей женой, и еще множество питейных заведений, которые он когда-либо почтил своим присутствием.
Вечером во вторник они, по обыкновению, сидели у подзорной трубы, которую установили на башне после случая со снайпером, чтобы облегчить задачу наблюдателям. Диего в последний раз перед заходом солнца осматривал окрестности, а Кангрем, только что сдавший смену, раздумывал — посидеть ли еще немного или спуститься и повидать Элмара? Спать ему пока не хотелось, да и время-то еще детское… Опять же вдруг напарник еще чего интересного расскажет…
— Это еще что за хрень? — как бы самого себя вопросил вдруг Диего, на мгновение отстраняясь от окуляра и протирая глаз. — То ли у меня что-то со зрением не в порядке, то ли эти затейники из квартала Пляшущих Огней умудрились-таки обойти излучатели и теперь выпендриваются от счастья… Нет, ты посмотри на это! Впервые вижу, чтобы крыша мигала!
Витька, тоже не шибко знакомый с магическим мерцанием крыш, с интересом придвинулся ближе и заглянул в трубу. Искать долго не пришлось — и труба была уже нацелена в нужную сторону, и причудливые здания квартала магов заметно отличались от типовых городских построек. Да и мигающая крыша — не то зрелище, которое можно легко пропустить или с чем-то спутать.
Для неподготовленного наблюдателя картина и в самом деле отдавала магической чертовщиной. Ближний скат нарядной черепичной крыши ежесекундно то появлялся, то исчезал, обнажая другую крышу — плоскую, с невысоким бортиком по краям и небольшой надстройкой посередине. А на той, другой, крыше высилась аккуратная стопка оружейных ящиков, валялись коробки из-под оргтехники, уходили в разобранный дымоход пара труб и пучок проводов, скромно отливал металлом бак порошкового генератора…
— Вот суки… — не удержался Витька, сообразив, что именно он видит.
— Так это не магия… — мигом догадался мистралиец. — Это ваши?
— Они мне такие же «наши», как и тебе! — сердито отозвался агент. — Это не наша городская кабина, и столичный агент вообще в другом районе живет. Это берлога контрабандистов, сюда они переехали, когда из особняка Монкаров смылись. На крыше маскировочная сетка натянута, но у них то ли энергии не хватает, то ли датчики отсырели, и изображение пропадает. Кабы не эта случайность, черта лысого мы бы там увидели, так бы и думали, что просто крыша…
— Так, наверное, доложить надо? Может, мы еще успеем до ночи их там накрыть?
— Само собой, сейчас пойду. Только снаружи вы там ничего не накроете. Будет то же самое, что и в Мистралии, — пустая хата и цельный блок пенобетона. Лучше я Матильде доложу, пусть она эльфам стукнет, те что-нибудь поумнее придумают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
