Да, я гостья князя. А ты…
— Алин, — подал голос Бецик, выползая из-под кровати и пытаясь стряхнуть с себя бахрому из пыли. — А… Апчхи!
— Будь здоров, — автоматически ответила я, усевшись на кровати и свесив ноги.
— Спасибо. Считаю, что надо отшлепать их горничных — ты глянь, что творится!
— Откуда им было знать, что один крылатый доминант полезет под кровать, — фыркнула я.
— Что будем делать?
А это хороший вопрос. Недаром не уходит ощущение, что меня здесь оставили не просто так. Убрали лишнюю занозу в одном месте? Возможно. Ведь Лешек — мой муж, и я всё равно не позволю, чтобы он находился где-то в камере. И смоль из него надо вытрясти любыми путями.
Другое дело, что я пока сижу и царственно торможу. Это плохо, очень плохо. Так, попробуем рассуждать вслух.
— Бецик, как думаешь, князю какое дело до Лешека?
Тот даже позабыл о своей пыльной трагедии и уставился на меня.
— В каком смысле?
— Да в прямом!
— Хм… — Он задумался, почесал крылом затылок. — В принципе… Наш князь ещё тот экспериментатор. Не зря Анджей часто к нему наведывался, всё они какие-то новшества в колдовстве изучали. Вполне может быть, что он захочет оставить себе Лешека на предмет развлечения… тьфу, изучения!
— А оговорка-то по Фрейду, — мрачно заметила я.
Бецик не знал, кто такой Фрейд, однако спорить не стал.
Я нахмурилась. Так, мыслим логически. Смоль — это некая неизученная хрень, да простят мой французский шановные пани. Она пришла сюда вместе с Тадеушем из другого мира. Вероятно, из моего. Может быть, и ошибаюсь, но вот интуиция неожиданно проснулась и машет пипидастрами.
Потому что… тот самый незнакомец, который отдал кулон в виде летучей мышки. Кто это был? Тадеуш? Анджей? За каким-то фигом же меня сюда перенесли!
«Чтобы заменила дурынду Алину, — подсказал внутренний голос. — Да ещё чтоб саму уберечь от смерти».
— Хре… — начала было я и подпрыгнула от осенившей меня идеи. — Боже, французский!
— Ай! — взвизгнул Бецик, когда я его перепрыгнула и понеслась к шкафу. — Не французский, а франсайский! Ты чего?
— Идея! — выпалила я, перерывая всё. — Бася! Басенька, солнце моё, ты где, зараза кожаная?
Гримуар, конечно, оскорбился, зашелестел страницами и недвусмысленно скрутил призрачный кукиш. Я тут же схватила Басю и прижала к груди. Потом крутанулась на месте, повернувшись лицом к Бецику. Тот подобрался, будто ожидал от меня военного переворота прямо в этой комнате.
— Ты что задумала?
— Всё просто, — затараторила я. — Мы должны отыскать заклинание переноса человека из одного места в другое. При этом мгновенное.
О том, что такого в принципе может не существовать, думать не хотелось. Должно, оно просто должно быть! Иначе весь план коту под хвост.
— Басенька, свет мой неземной, помоги хозяйке неразумной сохранить хорошего мужика и не стать вдовой раньше времени, — бормотала я, листая страницы.
Что поделать? В прошлой жизни я не страдала от отсутствия мужского внимания, но тем не менее там не было ни одного парня, который мог бы сравниться с Лешеком. Я не говорю, разумеется, о смоли, поселившейся в его теле. А о том, настоящем Лешеке, который заботился обо мне, ценил и следил, чтобы я была в тепле, сытости и удовольствии.
Ведь по нему было видно, что… любит. Меня любит. Почти как в кино и книжках, с поправкой на мой мерзкий характер и его ведьмацкие особенности. И просто всё это отпустить и забыть только потому, что какая-то неведомая гадость заняла его тело, мне противно. Да что там противно — нельзя так!
Даже при нашей первой встрече, после моего пролёживания в лекарне, он сказал, что всегда рядом и готов помогать.
Так чем же я хуже? Ведь нельзя любить и дружить односторонне. Это чувство должно быть взаимным. Иначе… Иначе для чего вообще весь этот мир и его глупые правила?
Гримуар, видимо, пребывал в шоке, потому что не издавал ни звука, кукиши больше не крутил и вообще прикинулся обычной книжкой.
— Так, а что ты хочешь? — осторожно поинтересовался Бецик, перебравшись ко мне поближе и засунув любопытный нос в книгу.
— Нужно перенести прямо сюда одного человека. Она поможет.
— А конкретнее?
Я закусила губу, потом шумно выдохнула:
— Пани Валевскую.
Глава 19. Во имя спасения
— Это рискованно, — сказал Шлях-Успенский, обведя нас всех взором.
Ещё как рискованно, кто ж говорит иное.
Я откинулась на спинку стула и демонстративно сложила руки на груди. Делайте что хотите, господин Речи Шветной и всего остального, но наши ведьмы просто так не отступают.
Пани Валевская подняла тонкую руку с зажатой между пальцами сигаретой. Не потребовалось даже просить, чтобы ей прикурили — князь оказался сама галантность. Правда, Змеевский, стоящий у окна, почему-то хмыкнул. Ох уж эти аристократические отношения.
Надо отдать должное пани Валевской: перед князем она не робела, хоть и вела себя предельно уважительно. Её, конечно, шокировало, когда ни с того ни с сего пришлось оказаться посреди моей комнаты. Хорошо, что она в этот момент не принимала ванну, или там мужчину, а то вышло бы очень неловко. Но Мария словно чувствовала, что произойдет нечто из ряда вон выходящее, поэтому прибыла в изумительном платье вишневого цвета. Её светлые волосы были убраны в аккуратную прическу.
Видимо, всё же у неё были непростые отношения с императором Налионом, раз так спокойно сидит в обществе Князя Претёмных.
Правда, вот моя просьба… заставила её забеспокоиться.
— Алина, — начала она, сделав затяжку, — перевоплощение второй раз… я никогда такого не делала. Возможно, ничего не выйдет.
Шлях-Успенский молчал. С одной стороны, он не хотел терять смоль, с другой… эксперимент с прыжками между мирами — это ненамного хуже. Даже лучше! Пусть не узнали деталей, кто такая смоль, не распилили её на кусочки, но в то же время есть возможность понять, как бороться с этой дрянью.
— Надо когда-то попробовать, — тихо сказала я. — Иначе как мы узнаем? К тому же сейчас есть все предпосылки. Наша тесная, кхм, эмоциональная связь; Алина, в которой…
Я запнулась. Пришлось всё рассказать князю. Но я до сих пор не понимаю: поверил он или нет? Фиг разберешь этих полудемонов на престоле.
— Меня другое беспокоит, — подал голос Змеевский, и все как по команде повернулись к нему. Он закусил губу, явно что-то обдумывая. — Смотрите, даже если не удастся второй раз провести ритуал перевоплощения — это половина беды. Смоль либо останется в Скорбуте, либо войдет в Алину.
Я попыталась сохранить невозмутимое выражение лица. Вот же ж змей… Но, увы, говорит
