Корт похолодел от мысли, что, вероятно, им не суждено больше встретиться.
Опыт подсказывал ему не думать о мрачном. Арон научился стряхивать с себя печальные думы, словно пыль с одежды. Обретя ясность мысли, он сосредоточил внимание на выходе из пещеры, направив на него пистолет и начав перемещаться влево. Ему удалось добраться до стены, когда его настиг свет факела. Инстинктивно мужчина выстрелил в этом направлении, левой рукой нащупывая укрытие.
— Это Квинси. Не стреляй.
Корт вздохнул с облегчением и прислонился спиной к стене.
Пещеру осветил свет двух факелов, отбрасывая на стены причудливые тени. Взору спасательной экспедиции предстали обнаженный Корт с опущенным оружием, разбросанная на полу одежда, смятое одеяло, погасший костер.
Лилит, подняв факел высоко над головой, внимательно огляделась.
— Где Сюзанна? — потребовала она ответа.
— Здесь, — ответил адвокат усталым голосом, поднимая одеяло и, шагнув в тень, укутал им девушку. — Она жива. — Мужчина, обняв мисс Моран, поднял ее и поставил на ноги.
— Где ее одежда? — визгливо спросила Лилит. Вошедший Мондрагон, неся один факел, почувствовал неладное и попытался опустить его.
— Нам лучше выйти и дать им возможность…
— Дать им возможность сделать что? Что ты делал с ней, Корт? — закричала женщина.
— Не будь ты идиоткой, Лилит, — тихо ответил Корт. — Мы едва не умерли от холода.
— Если вы оба едва не замерзли до смерти, почему вы оба обнаженные? Лилит покраснела от гнева. — Мне надо убить тебя, сукин сын.
— Лилит, — заплакала Сюзанна. — Как ты можешь так говорить? Арон спас меня от рук бандитов. Ты не знаешь, что они собирались со мной сделать.
— Возможно, то же самое, что он сотворил с тобой, — цинично заметила сестра.
— Ничего плохого не случилось между мной и Ароном, — тихо, но совершенно уверенно проговорила девушка.
— Ты еще дуреха! — рявкнула сестра.
— Лилит… — угрожающе проговорил Карлос.
— Плохого?! Ты считаешь, то, что сотворил с тобой Корт, хорошо?! Будет ли тебе так же хорошо, когда ты забеременеешь?
— О чем ты?
Глаза девушки наполнились слезами.
Прижав ее к себе, Корт угрожающе произнес:
— Заткнись, Лилит. Ты ничего не знаешь, а…
— О тебе? — насмешливо спросила она. — Ну, дорогой, о тебе я все знаю, как и то, какие «хорошие» вещи ты вытворяешь с женщинами.
— Лилит… — плакала Сюзанна.
— Хочешь, я тебе расскажу, что знаю об Ароне Корте, сестричка?
— Ты… Ты не должна повторять всякие сплетни, — дрожащим голосом проговорила девушка. — Мама всегда говорила…
— Мама держала тебя подальше от мужчин, не так ли? И, очевидно, не зря. Если хочешь знать, мы с Кортом делали то же самое, что и ты с ним.
Сюзанна, широко открыв глаза, изумленно переводила взгляд с Корта на Лилит и, оттолкнув от себя мужчину, застыла на месте. Щеки ее стали мокрыми от слез.
— Я все знаю об Ароне Корте, даже больше чем ты, моя глупая сестра. Это так, Корт?
Адвокат стиснул зубы.
— Отношения между нами совсем другие, — холодно заметил он и, подняв одежду, начал одеваться. — Никто не мог сказать, Лилит, что я испытываю к тебе какие-нибудь сильные чувства. Это касается и твоего отношения ко мне.
— Хочу сказать, Корт, что ты никогда ни к кому не испытывал теплых чувств.
Адвокат, застегивая пояс с висевшей на нем кобурой, повернулся к девушке и мягко проговорил:
— Сюзанна, мне очень жаль, что ты услышала об этом, но мои отношения с твоей сестрой были чисто профессиональными.
— Что это означает?
Она по-прежнему сжимала в руке пистолет, и мужчина, опасаясь осложнений, осторожно разгибая палец за пальцем, взял у нее оружие и вложил в кобуру.
— Об этом спроси у своей сестры, — посоветовал адвокат.
— Ублюдок! — выругалась Лилит.
— Сюзанна… — Корт осторожно коснулся ее лица.
— Ты занимался любовью с моей сестрой? — резко отстранилась она.
— Да, но…
— И с сотней других женщин, — холодно добавила Лилит.
Девушка побледнела.
— Думаю, сказано было достаточно, — спокойно заметил Квинси. — Она больше не вынесет. А теперь давайте выбираться отсюда. Мисс Сюзанна, одевайтесь, я отвезу вас домой.
— Черта с два, — Корт направился было к ней, но между ними стал Эбнер.
— Выходи, Корт.
— Сюзанна поедет со мной, — мрачно проговорил адвокат.
— Если ты не выйдешь отсюда, Арон, мне придется пристрелить тебя, — по-прежнему спокойно произнес Квинси.
— Или мне, — добавил Мондрагон.
— Ну? — Лилит торжествующе повернулась к адвокату.
— И ты уйдешь, Лилит, — предупредил Квинси. — Думаю, тебя мисс Сюзанна не очень хочет видеть.
Мондрагон, вцепившись в руку женщины, вытаскивал ее из пещеры. Корт требовательно взглянул на девушку. Но та повернулась к нему спиной. Чувствовалось, что она испытывает к нему отвращение.
Часть IV
«ПАДШИЙ АНГЕЛ»
Глава LV
— Dios! Как ты могла сказать такое своей сестре? Неужели ты не понимаешь, что причинила ей огромную боль?
Сюзанну отдали в заботливые руки Клары, а Карлос, загнав Лилит в угол, угрожающе поедал ее горящими от негодования глазами. Девушка ехала бок о бок с Квинси и всю дорогу молчала, глядя перед собой тусклыми, безжизненными глазами. Эбнер никого к ней не подпускал: ни Лилит, ни Корта.
— Я устала, Карлос, — угрюмо пробормотала женщина. — Чтобы контролировать работу заведения сегодня, мне надо поспать.
— Сегодня я буду следить за всем. Теперь я хочу знать, зачем ты сказала сестре, что Корт был твоим любовником или, вернее, клиентом? Спроси себя, дорогая, зачем ты это сделала?
— Мне незачем себя спрашивать. Все, что я сказала, — чистая правда. Что ты хочешь, чтобы я позволила ей стать его любовницей? Пока она не надоела ему?
— Я не настаиваю, чтобы Сюзанна продолжала отношения с Ароном, хотя я не уверен, что между ними произошло что-то интимное.
— Он этого не отрицал, да и Сюзанна подтвердила.
— Она сказала только, что то, что между ними произошло, было хорошим. Какого черта ты решила, что он соблазнил ее. Это может быть все, что угодно, от поцелуя до…
— До незаконнорожденного ребенка через девять месяцев. Ты думаешь, я желаю ей такой участи?
— А неужели ты желаешь ей несчастья, рассказав, что была с Кортом, мстительно добавив при этом еще сотню женщин. Как, по-твоему, она себя чувствует? Сюзанна была влюблена в него.
— Ну, это все в прошлом. Корт никогда бы на ней не женился. Он разобьет ее сердце и бросит, как только она забеременеет. Боже мой, ей пора открыть глаза и реально взглянуть на вещи. Сюзанна не может идти по жизни, считая каждого мужчину рыцарем без страха и упрека.
