рассмеялся. Хохотал Гаденыш долго. Хоть кого-то эта ситуация веселит. А вот мне было не до смеха.
– Дагеор, ты в своем уме? – заговорил Киримус, немного успокоившись. – Ты хоть представляешь себе, что такое турнир академий? Там каждый пытается друг друга сожрать. Что студенты, что профессора. Не тебе и этим новичкам соваться в пасть к дракону.
– У меня нет выбора, – можно подумать, я сам этого не предполагал. – Дар поставил условие: или участвую, или лишаюсь места. Он считает, что это укрепит мои позиции как ректора и привлечет в академию больше студентов.
– Как всегда, глуп и самонадеян, – припечатал Кир. – Второго такого глупца еще поискать надо. Хотя вот он, передо мной. Дагеор, когда я был студентом, сам участвовал в таких соревнованиях. И чуть не лишился головы. А у меня уже тогда была большая ментальная сила. Эти дети мало того что ничего не умеют, так еще и скованы браслетами. Как ты себе это представляешь? И даже допустим на мгновение, что они справятся. А ты? Да тебя ректоры и профессора на суп пустят! Один мой папаша чего стоит.
– Твой – кто? – решил я уточнить.
– Отец мой. Дилон дер Гарден, ректор Вернальской магической академии. Редкостная сволочь, можешь мне поверить.
– Весь в тебя, – хмыкнул я.
– Согласен, – сверкнул Гарден зубами. – Но дело не в этом. Тебе не справиться, Дагеор. Ни в теории, ни в практике, если до нее дойдет.
– Стоп! В какой еще практике? – остановил Гаденыша.
– Если дебаты пройдут вничью, профессора сражаются друг с другом. Только кольцо тебе придется снять, и никто не защитит от ментальных атак. А мой папаша – маг высшего уровня. Не говоря уже об остальных троих. С каждым знаком лично. И не хотел бы стать их врагом.
Вот Дарентел! Скотина! Мог бы и предупредить. Или он не вникал так глубоко?
– Что, опять крон подставил? – Гардена веселила эта ситуация. – И почему я не удивлен? Хотя у меня есть к тебе предложение, ректор. Могу остаться здесь – хочу присмотреть за Эми и Эдором. А взамен научу тебя ставить ментальные блоки. Ну как?
Терпеть Гардена в академии? Да ни за что! Сам научусь.
– Дара попрошу. Я, кстати, из-за тебя сегодня не попал к нему на тренировку, – ответил с безразличным видом, хотя в уме уже взвешивал все за и против.
– Думаешь, он умеет? – вскинул бровь Гаденыш. – Стал бы я его этому учить! Решайся, Дагеор. Или упадешь лицом в грязь при всей Арантии.
Что я теряю? Разум вопил, что Гаденышу верить нельзя. С другой стороны – а чем он мог мне помешать? Научить не тому? Невелика потеря. Да и я не дурак. Устроить бардак в академии? У него браслет. У меня нуги. Прикажу следить, глаз не спускать. И выходить разрешу только к воспитанникам. А сам я не справлюсь. Гаденыш прав.
– Допустим, но у меня есть условия, – решился я. – Во-первых, никаких интриг! Сидишь в комнате, выходишь только на тренировку и к ребятам. Во-вторых, замечу хоть что-то странное – в тот же миг окажешься за воротами академии. В-третьих, если вдруг явится крон, ты не показываешься ему на глаза. И не пытаешься его убить, а то я тебя знаю.
– В-четвертых будет? – меланхолично поинтересовался Гарден.
– Пока нет, – ответил я.
– Тогда завтра начнем.
– Завтра я еду в столицу. Послезавтра.
– Идет.
Гарден протянул мне руку. Пришлось ответить на рукопожатие. Ох, не вышла бы мне боком эта история! Такое чувство, что неприятности сами меня ищут. Сначала Мартис, теперь Гарден. С другой стороны, лучше держать Гардена под присмотром. Как говорится, держи друзей близко, а врагов – еще ближе.
– Слушай, если твой отец – ректор академии, почему ты не попросил его снять проклятие? – спросил я.
Веселость тут же слетела с лица Киримуса. Он нахмурился, глаза потемнели:
– А почему ты колесил по стране с нищим балаганчиком, а не сидел дома, под крылышком у родителей? У вас ведь небедная семья, – огрызнулся он.
– Были причины.
– Вот и у меня были. И потом, меня ищут, если ты не забыл. Так что все дороги закрыты. Давай на этом закончим разговоры, хорошо?
– Да. Доброй ночи, – ответил я и пошел прочь.
Странно все складывается. Есть ли умысел в предложении Гаденыша? Зная его натуру сложно поверить, что нет. Но с другой стороны – есть ли у меня выбор? Нет, нужно использовать все шансы, которые посылает судьба. Даже если это Киримус дер Гарден.
Глава 20
Подготовка к турниру
Владис
Тьма! Чтоб им всем в бездну провалиться: идиоту Дагеору, негодяю Гардену. Это же надо додуматься – притащить в академию того, кто участвовал в заговоре против крона? Конечно, это можно было в равной степени отнести и ко мне. Тем лучше это говорило об умственных способностях ректора. Годы преподавания сделали Дагеора слабым. Какой турнир? Его свои же и уничтожат.
Я вылетел в дворцовый парк. Хотелось рвать, метать, крушить. Из груди рвалось рычание. Я нашел того, по чьей вине погибла Айдора, – и не могу выпустить ему кишки! Тьма…
Несся по парку, не разбирая дороги. Главное – чтобы никто не попался под руку и не пострадал от моего гнева. Гарден… Пусть бы жил со своим проклятием! И благополучно издох. Одним мерзавцем на свете стало бы меньше. Но справедливости нет. Айдора, которая приняла меня в свой дом и пыталась помочь, мертва, а виновный в ее смерти жив. Не хочу, чтобы Дагеора постигла та же судьба. Да, он глупый, доверчивый, но на нем держится академия. И как знать, не рухнет ли она без него.
– Владис? – окликнул меня девичий голос.
Пришлось остановиться. По тропинке ко мне шла Кэрри. Удивительно красивая в светло-сиреневом платье. Огненно-золотые волосы собраны в косу и обвились вокруг головы, словно венец. Повезло же крону.
– Добрый вечер, ваше величество, – склонил голову.
– Не надо титулов, – улыбнулась девушка. – И давайте на ты. Мне так проще. В стенах академии не хочу чувствовать себя кронной.
– Как скажешь, – изливать свое негодование на голову невинной девушки? Нет уж. Но поговорить не мешает. Намекнуть… – Ты уже знаешь, кого притащил наш ректор в академию?
– Очередного студента? – предположила Кэрри.
– Не только. Киримуса дер Гардена. Знакомое имя?
Показалось, или кронна побледнела? Ей-то он что сделал?
– Бывшего ректора? Странно, – она быстро взяла себя в руки. – Аль не из тех людей, которые будут доверять старым врагам.
– У тебя свои проблемы с Гарденом? – решил спросить прямо.
– У меня – нет. У мужа
