этого ему пришлось нагнуться, ведь я стояла на ступень ниже. – Хочу увидеть тебя в подвенечном платье и провести ритуал бракосочетания при полной луне, чтобы больше ничто нас не разлучило. Ты слишком совершенна, чтобы терять тебя.
Мое сердце пело. Это самые важные слова, которые могла услышать девушка. Я легонько оттолкнула Владыку.
– Иди… у тебя мало времени.
Он понял, что именно я выбрала, поэтому мимолётно улыбнулся перед тем, как подняться наверх. Пару секунд я переводила дыхание, а потом спустилась вниз. Здесь меня уже ждали – вдовствующая императрица с тёплым плащом в руках, в который она меня и замотала. Только сейчас я поняла, как замёрзла. В глазах женщины застыли слёзы.
– Спасибо, дитя, – прошептала она, и слёзы все-таки покатились по её щекам. – Спасибо.
Я просто кивнула, позволив не только одеть себя, но и обнять. Герцога Танского нигде не было видно, как и нападавших на меня – что с ними случилось, я узнаю позже, а пока я смотрела на Воздвижение.
Теперь к жёлтому лучу, пронзающему небо, присоединился голубоватый. Они переплелись, сливаясь в единый яркий луч, мерцающий словно глазурь, сияющий, будто бриллианты на свету. Люди смотрели заворожённо, даже я, иномирянка, прониклась силой момента и невольно облегчённо выдохнула.
Короткие волосы развевал ветер, но я улыбалась, зная, что сделала всё для своего счастья.
Глава 22
Во дворце был грандиозный бал в честь Воздвижения. Я из окна могла наблюдать, в каких шикарных нарядах прибывают гости, и лишний раз порадовалась, что платье Теании, предназначенное для этого дня, использовала для бала у герцогини Торнберри.
А в душе царила такая пустота, что я всё пыталась справиться с ней, не разрыдаться после пережитых потрясений. Яр негромко разговаривал с герцогом Танским, тот пересказывал ему случившееся.
– Трое из ордена безбожников пойманы, но допросить их не получится – держали за щекой ампулу с ядом и раскусили, едва почувствовали неминуемое поражение. Кто и откуда – выясняется. Зато удалось схватить четвёртого – того, что напал на Юлию. Он попытался уйти портальным артефактом, как однажды сделала Теания, но теперь мы уже предполагали такой исход. Я бросил ему “искру”, по которой и выследил его через сумрак. Он доставлен в допросную.
– Ампулы с ядом у него не было? – уточнил Яр, и Танский отрицательно покачал головой. – Значит, мы поймали одного из главных, который не планировал кончать жизнь самоубийством. Что ж, пусть его обработают наши люди ментальной магией… а затем подойду я.
– Приказ уже отдан, – кивнул глава тайной канцелярии.
Яр перевёл взор на меня и задумчиво произнёс:
– Я всё ещё недоумеваю, как тебе удалось получить Призму.
Я и сама всё ещё недоумевала.
– В монастыре я узнала, что боги чаще прислушиваются к молитве, если принесена жертва, вот я и решилась… На самом деле, этот шаг был отчаянным, я даже не ожидала, что удастся, – выдохнула я и прошла к дивану, опустившись на него рядом с Яром, мужчина тут же притянул меня к себе, переплетя наши пальцы. – А потом, когда я срезала волосы, появился мужчина. Это был… Эрион, бог времени.
– Бог-изгнанник? – изумлённо уточнил герцог и подался вперёд. – И он отдал тебе Призму?
Я кивнула. Мужчины недоверчиво переглянулись.
– Это только подтверждает, что Орден сформировался именно под руководством бога-изгнанника, – сказал Владыка. – Однако совершенно непонятно, если они помогали Теании, то почему Эрион так легко отдал Призму? Нет, разумеется, я понимаю, что обрезать волосы для женщины – тяжёлый шаг, но…
– Но ради этого ломать план, на осуществление которого ушёл целый год, а может, и больше? – подхватил его светлость и нахмурился. – Они использовали Теанию, девушка даже умерла, и неужели всё это было для них зря?
Да, звучало глупо и нелогично. Совершенно!
– А может всё так и есть? – спросила я и развернулась к ним. – Боги любят своих людей. Они нуждаются в наших молитвах и жертвах. Может быть, моя молитва и отрезанные волосы придали ему сил?
На лицах мужчин отразилось понимание. Кажется, они признали правоту моего предположения. Боги – такие боги…
– Но если бог времени отдал тебе Призму, – сказал Лейард и посмотрел на меня, – то почему его приспешники пытались отобрать её? Они пошли против своего бога?
– Это даже звучит глупо и нелогично, – кивнул глава тайной канцелярии, а я вспомнила ещё одну деталь.
– Эрион сжёг все мои волосы, кроме одной пряди – её он спрятал в шкатулке.
– Принял дар. Теперь всё понятно. Думаю, что твоя искренность дала ему намного больше сил, чем принесла бы моя смерть. Он просто выбрал более значимую для него вещь, поэтому и отдал Призму. Эрион – изгнанник и его силы весьма ограничены, ведь молиться ему запрещено, а границы Алексамии смылись нестабильной утекающей магией, вокруг неё пала стена. Он больше не способен возноситься в небо, чтобы принять молитвы от своего народа.
Мы нужны богам не меньше, чем они нам.
Когда Эйрин покинул кабинет, Яр погладил меня по голове и ласково спросил:
– Не желаешь пойти на бал?
– В качестве кого? – хмыкнула я. – Твоей супруги, сбежавшей из монастыря?
Мы с Яром одновременно рассмеялись, представив, как обалдеют гости от подобного.
– А что с телом Теании? А с Ортимусом Диаруским?
– Тело нашли. Теания действительно умерла – пронзила сердце кинжалом. Нашли мы её в магическом кругу, который был призван задержать душу. Проанализировав всё, мы с Эйрином пришли к выводу, что девушка хотела убить себя лишь на время, чтобы разрушить нашу связь, а после выпить зелье Семи печалей. Дать его нужно было в ту же секунду, когда сердце остановилось, тогда зелье бы запустило его вновь.
– Клиническая смерть, – пробормотала я. – В нашем мире это называется так. Случается, что сердце останавливается, но человека возвращают к жизни разрядом, похожим на небольшую… м-м… молнию, – пояснила я и вздохнула. – В вашем мире зелье не только восстановило бы сердцебиение, но и исцелило бы раны. Хитрый план… но он не осуществился, так? Её предали?
– Судя по всему, так. Её не захотели возвращать к жизни, избавившись как от ненужного свидетеля.
– Как Ортимус воспринял эту новость?
– Не знаю, она его застала уже по пути в Санморин. К слову, сегодня пришло письмо от короля Санморина – Диаруский лишён всех титулов, большей части состояния и свободы. Его сослали в шахты, где он проведёт ближайшие двадцать лет.
Он был соучастником похищения Призмы, едва не стал причиной смерти Лейарда – думаю, это справедливое решение. Мы немного помолчали, а потом император поднялся и достал из
