— Что с ней? — Индус сорвал с себя дождевик, второпях, не попадая на крючок, попытался его повесить, отшвырнул и принялся стаскивать сапоги
— Бредит. Ничего не узнает. Да быстрее вы!
Сингх кое-как сполоснул руку под краном, промокнул о посудное полотенце.
— Идемте.
Прежде чем войти, они задержались возле двери. Из комнаты доносился Катин голос.
— Кто услышит раковины пенье,Бросит берег и уйдет в туман…
Катя снова и снова повторяла эти две строки, монотонно, бесстрастно, словно заучивая наизусть.
Они вошли. В комнате неназойливо пахло духами и еще чем-то, непонятно ассоциирующим с присутствием молодой женщины.
— Кто услышит раковины пенье…
— Катья… — негромко позвал Сингх.
Катя лежала на неразобранной постели.
Бросит берег и уйдет в туманКто услышит раковины пенье…
— Катья, — мягко повторил индус и опустил ладонь на ее лоб. Температуры не было. — Катья, вы меня слышите?
— Бросит берег и уйдет в туман…
— Очнитесь, Катья…
— Кэт, — Крис тронул девушку за плечо. — Кэт!
Катя повернулась и села, опустив ноги на пол. На бледном лице резко выделялись огромные, с расширенными зрачками глаза.
— Паруса… — голос был все тот же: тусклый, бесцветный. — Паруса, паруса… До самого горизонта… Белые-белые… Разве можно не любить паруса?
— Катья, — Сингх взял ее за руку. — Послушайте, Катья…
— А море? — Она смотрела мимо них. Смотрела в окно. За окном была ночь. Дождь лил за окном. А она видела море, паруса до самого горизонта… — Разве можно не любить море? Такое ласковое… Синее-синее…
«Опять море, — с горечью подумал Сингх. — Все мы на нем помешались». Взглянул на Криса. Тот, не отрываясь, смотрел на девушку. «Тревога и сострадание, — подумал индус, — тревога и сострадание. Похоже, он ее, действительно, любит».
— Дадим ей снотворного, Крис.
— Валерьянку она уже пила, — растерянно развел руками геофизик.
— Дайте что-нибудь посильнее.
Они кое-как заставили ее выпить снотворное и уложили в постель.
— Как рука? — спросил Крис, когда они спустились в гостиную.
— Нормально. — Сингх взглянул на перебинтованную ладонь. — Повязку, пожалуй, надо сменить, намокла.
Крис сходил за бинтом. Спросил, разрезая ножницами мокрую повязку.
— Где это вы так?
— Гулял по острову.
«И этот!» — с жалостью подумал Крис.
— Безрезультатно?
— Смотря что понимать под словом результат.
— Вот как? — Повязка шлепнулась на пол. Крис наложил на рану марлевый тампон и взялся за бинт. — Опять Ариман?
— Нет. — Сингх шевельнул пальцами, поморщился. — Аримана не было и в прошлый раз. Я его выдумал.
У геофизика удивленно поднялись брови.
— Зачем?
— Из солидарности. — Индус опять согнул и разогнул пальцы. — Чтобы не казаться белой вороной. Но сейчас это неважно.
— Не понимаю.
— Сейчас поймете. — Сингх подождал, пока Крис завяжет узелок, и снова пошевелил пальцами. — Спасибо, Крис. А теперь давайте поговорим.
Он выдвинул стул и сел. Крис примостился по другую сторону стола. И оба одновременно взглянули на вазу с яблоками. Крис встал, перенес вазу на подоконник в дальний конец комнаты и вернулся на место.
— Догадываетесь, зачем я уходил из дома?
Крис кивнул.
— Все правильно. — Индус вздохнул и покачал головой. — Идея родилась одновременно у всех троих. И каждый решил проверить ее в одиночку, на свой страх и риск.
— Я потерпел фиаско, — отвлеченные рассуждения Сингха начинали действовать Крису на нервы. — Кэт, судя по всему, — тоже. А вы?
— Мне повезло чуть больше.
— Вы их встретили? — оживился Крис.
— Кого «их»?
— Пришельцев!
— Не знаю. — Сингх опять покосился на вазу с яблоками. — Я, собственно, никого не встретил. Видел только лицо. Знаете, чье?
— Будды, — буркнул Крис, теряя интерес к разговору.
— Нет, — покачал головой Сингх. — Свое собственное. Оно смотрело на меня с неба.
— Откуда-откуда?
— С неба.
— Занятно. И кто кому строил глазки?
Сингх пропустил вопрос мимо ушей.
— Оно занимало собой полнеба.
— Впечатляюще. Что же оно вам поведало?
— Всего одну фразу: «Я — море, которое вы убиваете».
— Мы??? — Крис даже привстал.
— Вот и я спросил то же самое. «Вы, люди, — ответило оно. — Ваша ненасытная алчность».
— Очень интересно. — Крис поднялся и задвинул стул. — Кэт необходим врач. И чем быстрее, тем лучше. Вы можете сегодня связаться с Землей?
— Сядьте, Кришнан, — попросил Сингх
— Зачем? — Крис еле сдерживался. — Слушать ваше вранье? Вы не ответили на вопрос. Мо… — Он осекся и во все глаза уставился на индуса. — Сегодня вы не выходили на связь! В чем дело?!»
— Сядьте, — устало повторил Сингх. — И хотя бы несколько минут постарайтесь меня не перебивать.
Не сводя с него настороженного взгляда, Крис опустился на стул.
— Есть тюркская пословица, — продолжал Сингх. — У плывущих в одной лодке одна душа. — Он помолчал. — Мы плывем в одной лодке, Кришнан. Забудьте на время ваши симпатии и антипатии. Они вредны и опасны. Единственное, что может нас спасти, это трезвый ум.
— Спасти? — насторожился Крис. — От кого?
Сингх не слышал. Мысли Сингха витали где-то далеко-далеко. Непонятно где.
— Трезвый коллективный ум. И полное единодушие. Иначе мы погибнем.
«А ведь он не шутит, — понял Крис, глядя на сосредоточенное лицо Сингха. — Он убежден в том, что говорит».
— Сингх!
— Да? — очнулся индус.
— Если все настолько серьезно, почему не связаться с материков?
Индус медленно покачал головой.
— Бесполезно.
— Испортилась рация? — Крис недоуменно пожал плечами. — Не вижу трагедии. Два невыхода на связь — и за нами пришлют вертолет. Разве не так?
— Так, Кришнан, так, и все же дайте мне договорить до конца, не перебивая. Рация исправна. — Сингх горько усмехнулся. — Настолько исправна, что передает сводки сама, без моего участия. Непонятно? Мне тоже, и тем не менее это факт. Наберитесь терпения, коллега, выслушайте мою точку зрения, а потом выскажете свою. Договорились?
Крис кивнул.
— Четвертый день мы на этом проклятом острове. И не продвинулись ни на шаг, если конечно, не считать несколько ну, скажем, так: странных и непонятных явлений. — Сингх помолчал, глядя поверх лежащих на столе рук. — У меня такое впечатление, что не мы исследуем Феномен, а Феномен исследует нас. И остров не что иное, как западня, в которую нас заманили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
