Читаем без скачивания Рейдеры Гитлера. Вспомогательные крейсера Кригсмарине - Виктор Галыня

Следующее нападение состоялось через неделю. Очередной жертвой «Михеля» 10 сентября стало новенькое американское судно «Америкэн Лидер» (типа C–I, 6778 брт, 1941 г.) компании «Юнайтед Стейтс Лайн». Оно вышло из Кейптауна и двигалось в сторону Магелланова пролива с 2000 т каучука, 850 т кокосового жира в больших резервуарах на палубе, 440 т копры, 100 т специй, 200 т жира, 20 т опиума, кожами и сборным грузом на борту. Под началом капитана Хокона Педерсена находилось 58 моряков и артиллеристов. Следуя излюбленной тактике, фон Руктешелль атаковал в 19.30, когда стало совсем темно. Американцы смогли заметить рейдер только тогда, когда он находился уже на расстояния полукилометра. «Михель» открыл огонь по транспорту из всех стволов, затем выпустил две торпеды, попавшие в цель. В итоге, через 25 минут после начала обстрела «Америкэн Лидер» скрылся под волнами. Крейсер находился в месте атаки еще шесть часов, подняв на борт 47 человек с потопленного судна. Затем, получив от РВМ распоряжение встретиться с судном снабжения, рейдер направился на северо-запад.

Вечером того же дня наблюдатели заметили в сумерках теплоход «Эмпайр Доун» (7241 брт, 1941 г.), принадлежавший британскому Министерству транспорта и находившийся под управлением «Уолтер Рансаймэн энд Ко» из Глазго. Сухогруз шел в балласте из Дурбана на Тринидад за грузом бокситов для Нью-Йорка. В 20.00 капитана У. А. Скотта вызвали в рубку, где находившийся на вахте старший помощник доложил, что в опасной близости обнаружено неизвестное судно, идущее встречным курсом. Англичане даже не успели что-либо предпринять, как немецкий корабль открыл огонь на поражение. «Михель» продолжал обстреливать «Эмпайр Доун», пока тот не затонул. При этом погибло 22 моряка из команды численностью 44 человека. Этот факт стал пятым — последним — пунктом обвинения в отношении фон Руктешелля. Впоследствии британский шкипер показал на суде, что он с помощью прожектора передавал на рейдер сигналы о прекращении огня. Защита, в свою очередь, доказывала, что слабый свет небольшого прожектора просто невозможно было заметить в окружающем хаосе, вспышках орудийных выстрелов и языках пламени горящего судна.

После потопления «Эмпайр Доун» количество пленных на борту «Михеля» достигло почти пятиста человек, в результате чего возникли сложности с их размещением и снабжением едой и пресной водой. Эти проблемы удалось частично решить 21–22 сентября во время встречи с блокадопрорывателем «Танненфельс», шедшим из Японии во Францию. Фон Руктешелль передал часть пленных на его борт. 24-го состоялось короткое и, как выяснилось впоследствии, последнее рандеву со «Штиром». Распрощавшись с «коллегой», уже на следующий день команда HSK-9 приветствовала танкер «Укермарк». Рейдер дозаправился топливом и получил дополнительные торпеды. Танкер оставался с «Михелем» в течение двух недель. 27-го, когда немецкие корабли дрейфовали в точке с координатами 26°34′ ю.ш. и 27°37′ з.д., радисты перехватили несколько сигналов о помощи с неизвестного союзнического судна, подвергшегося нападению. Не прошло и часа, как на специально оговоренной волне на связь вышел «Штир», с просьбой немедленно прибыть в точку, располагавшуюся в 110 милях от места нахождения «Михеля». Соотнеся два этих радиосообщения, капитан-цур-зее предположил, что это именно «Штир» атаковал неприятельский транспорт. Однако, несмотря на сообщение Герлаха, фон Руктешелль тут же увел свои корабли далеко на юг, посчитав, что идти на помощь «Штиру» слишком опасно. Последующие же попытки связаться по радио с коллегой не принесли успеха.

«Михель» и «Укермарк» находились в районе расположенном к западу от островов Тристан-да-Кунья до 7 октября, пока рейдер не получил радиограмму от РВМ с новыми приказами. В тот же день танкер, приняв семьдесят пленных с рейдера, ушел на Яву. Кроме этого, командование просило фон Руктешелля не начинать действий, пока от «Штира» не будут получены какие-нибудь вести. В Берлине еще надеялись, что затянувшееся молчание Герлаха связано с поломкой радиостанции. На самом же деле, «Штир» уже давно находился на морском дне, не пережив поединок с американским сухогрузом «Стивен Хопкинс», а его команда на борту «Танненфельса» направлялась в Европу. Капитан-цур-зее согласился подождать еще три дня. Вообще, к этому времени командир «Михеля» стал очень скептически относиться к самой идее использовать на коммуникациях врага надводные рейдеры и полагал, что его 400 человек принесут рейху гораздо больше пользы в качестве экипажей восьми подводных лодок. Яркий пример тому — его реакция на приказ идти в антарктические воды для захвата китобойных флотилий союзников. Своенравный капитан-цур-зее тут же надерзил командованию: «Антарктика без меня». РВМ ответило ему в том же духе: на следующий день командир «Михеля» получил радиограмму от начальника штаба адмирала Фрике, дававшую ему карт-бланш в действиях и начинавшуюся словами «Согласен, но тогда, Руктешелль, и Вы без РВМ…». Основной причиной, по которой Берлин хотел убрать рейдер из Южной Атлантики, была озабоченность тем, что как бы его активная деятельность не вызвала соответствующей реакции союзников, способной поставить под угрозу снабжение группы немецких подводных лодок, шедших в этот момент на юг для действия в районе мыса Доброй Надежды.

Получив разрешение сменить район действий, рейдер, находившийся в районе «ревущих сороковых», направился на восток и в начале ноября уже рассекал форштевнем воды Индийского океана. 14 ноября, в заранее оговоренной точке, расположенной к юго-востоку от французского острова Реюньон, появился танкер «Браке».[91] Он вышел из Франции 26 сентября и доставил для «Михеля» 6 тонн картофеля, 3 тонны свежего мяса, пиво и топливо. Танкер ушел 17 ноября, а уже на следующий день в точке с координатами 29°58′ ю.ш. и 65°05′ в.д. состоялось рандеву с блокадопрорывателем «Ракотис», шедшим из Японии в Европу. В трюмах этого судна находился груз в виде каучука, цинковой руды, опиума и т. п. общей стоимостью 8 миллионов рейсхмарок. Фон Руктешелль отметил превосходное состояние блокадопрорывателя, однако затем пришел в ярость, узнав, что на его борту находится норвежцы из команды танкера «Каттегат», потопленного HSK-9 в еще мае. Он считал, что это грубой ошибкой, так как норвежские моряки видели «Михель», «Штир», «Доггербанк», контактировали с экипажами других потопленных судов, и в случае освобождения могли много чего рассказать. Капитан-цур-зее даже направил по этому поводу протест в РВМ. Гибель «Ракотиса» и последовавшие затем события подтвердили опасения фон Руктешелля, и командование было вынуждено признать его правоту.[92] 19-го немецкие корабли расстались, при этом на борту блокадопрорывателя в Европу отправились копии КТВ рейдера.

Тем временем безрезультатное плавание «Михеля» продолжалось уже два с половиной месяца. Фон Руктешелль даже отметил в КТВ, что от РВМ помощи мало, а японцы вообще не предоставляют никакой информации.[93] Наконец 29 ноября в 16.30 было замечено неизвестное судно, шедшее на юго-запад со скоростью 10 узлов. Капитан-цур-зее приказал обогнать его, держась за линией горизонта, и готовить к спуску «Эзау». В 18.30 торпедный катер спустили на воду с приказом следить за целью и атаковать ее торпедами в случае, если рейдер не сможет занять позицию, благоприятную для стрельбы. Хотя катеру вмешиваться не пришлось, но из-за того, что связь с ним была временно потеряна, фон Руктешеллю пришлось понервничать некоторое время. Обогнав жертву, «Михель» приготовился к обстрелу. Только в 21.26, когда рейдер подошел на близкое расстояние, его обнаружили с американского сухогруза «Соуокла» (5882 брт, 1920 г.), принадлежавшего «Америкэн Экспорт Лайн». Это судно шло с грузом джутового полотна из Коломбо в Кейптаун и на его борту находилось 41 человек команды во главе с капитаном Карл Уинк, 13 артиллеристов и 5 пассажиров. В 21.36, когда дистанция сократилась до 25 гектометров, немцы открыли огонь и выпустили две торпеды. Уже первый залп разрушил мостик и сбил 4,5-дюймое орудие, находившееся на корме. Следующий пришелся в машинное отделение, шлюпочную палубу и уничтожил радиорубку. Тут же одна из торпед (вторая промахнулась) попала в корму позади дымовой трубы. Через девять минут капитан-цур-зее приказал прекратить огонь. Однако, вскоре у одной из пушек были замечены люди и стрельба по гибнущему судну возобновилась. Атака была проведена настолько четко, что ошеломленные американцы сумели подать только один сигнал о помощи, не услышанный нигде, кроме «Михеля», и выпустить всего одну обойму из 20-мм автомата. Вскоре «Соуокла» затонул. Рейдер находился в месте атаки еще три часа, и спас 35 человек. Вернувшись туда же утром, немцы подобрали еще четверых артиллеристов.

В течение недели немецкий корабль продолжать крейсировать к юго-востоку от Мадагаскара. Пилот обер-лейтенант Конрад Хоппе, ветеран похода на «Виддере», совершил несколько вылетов на «Арадо» в поисках подходящих целей, оказавшихся безуспешными. Наконец в 14.00 7 декабря из очередного ненастного шквала на близком расстоянии появилось неизвестное судно. «Михель» резко отвернул, а затем последовал следом за жертвой, в 16.17 спустив на воду «Эзау». Дождавшись темноты, крейсер атаковал и потопил транспорт артиллерией и торпедами. На следующее утро немцы подобрали из воды 19 человек, от которых узнали, что их очередной жертвой стала греческая «Юджиния Ливанос» (4816 брт, 1936 г.), принадлежавшая компании Н.Г Ливаноса. Выяснилось, что команда судна активно отмечала день святого Николая, покровителя греческих моряков и поэтому даже не заметила приближавшийся рейдер.