прельстили не в последнюю очередь ее жадных родственников. Так что с голоду она не умрет.
Пока она одевала детей, те принялись ей рассказывать про картошку в пирожках и грибы. Берта сначала испуганно подняла глаза, но убедившись, что дети здоровы, и животы у них не болят, заинтересовалась. Я выделила ее и того и другого и рассказала, как это все можно приготовить. Берта кивнула и обещала попробовать.
После их ухода я потянулась. Детей осталось всего ничего. Их прокормить с моими-то запасами ничего не стоит. А если еще и мясо мне вот так будет перепадать, то и на Берту с детьми хватит.
Малышка Ава очень расстроилась, когда ушли детишки Берты. Они же так хорошо играли вместе. Но я обещала ей почитать книжку и разрешить погладить Ру. Это ее несколько успокоило, но вот Ру очень не понравилось. Но кто бы его спрашивал? Будем гладить и точка.
Мы ели корявые детские пирожки, когда в комнату без стука влетел Брендан. Он разделся и уселся за стол, как будто это в порядке вещей. Не дом, а проходной двор какой-то. А потом выяснилось, что Оливьер назначил дежурства возле моего дома. И он и спать тут будет. Ну, вообще красота. Я поворчала, но поставила перед ним миску с похлебкой из оленины и подвинула пирожки.
— А зачем мне охрана?
— Лика, пока Его Светлость не вернется, она будет. Так Оливьер распорядился. Ему очень не понравилось, что ты за один день успела и с толпой деревенских жителей пообщаться, а потом к тебе еще и они сами за детьми пришли почти среди ночи. И это еще все хорошо закончилось. А утром тебя опять повоевать потянуло.
— Ну, так все же обошлось?
— А если бы нет?
Я вздохнула и потянулась за книжкой. Книжка была про грибы. Я же обещала почитать. И при этом никто не обещал, что будет интересно. Но познавательно будет точно. Только вот это и впрямь оказалось интересно, меня засыпали вопросами. Мария и Тиль вообще спать идти не хотели. Им нужна была еще одна глава, и они очень расстроились, когда я решительно захлопнула книжку. Аве про грибы тоже понравилось. Девочка сказала, что они ну очень-очень вкусные. Грибов много и нам еще изучать и изучать.
Не знаю почему, но мне не спалось. Я встала и аккуратно направилась в большую комнату. Про себя хмыкнула. У Роланда Большой зал, у меня большая комната. Все по справедливости. По дороге старалась не шуметь. Младенец у нас тихий, и почти не кричит, но вот будить ее все равно не следует.
Я, ведьма, тихонько продвигаюсь по собственному дому. Кошмар. А еще в моей кровати спит девочка. И она вообще ни разу не ведьма. Весь конклав удар хватит, когда прознают. Я так сильно сокрушалась по собственной загубленной репутации ведьмы, что не сразу заметила Брендана, сидящего за столом.
— Ты чего тут делаешь и не спишь?
— Так я же на дежурстве.
— А. Сбора хочешь?
— Хочу.
Я взяла две кружки и уселась на соседний стул.
— Я ведь так и не сказал тебе спасибо.
Я кивнула.
— А тебе обязательно уходить весной?
— Да.
— А как же Его светлость?
— А он останется.
— Но ты бы могла остаться. Ради Маркграфа? Я прочел в библиотеке, что ведьма способна на все ради любимого человека.
— Брендан, а там не сказано, что этот мужчина должен принадлежать ведьме? Да, есть такое, что иногда ведьма способна биться за свое до последнего, способна свернуть горы и повернуть реки вспять. Только вот Роланд женат. Он не принадлежит мне. И никогда принадлежать не будет, — и я покачала головой.
— Да ты просто не знаешь. Он женился на ней, потому что не мог поступить иначе. Она была невестой его старшего брата. Именно его брат должен был унаследовать Ронсеваль, жениться на Аманде, стать Маркграфом, — горячо начал рассказывать Брендан.
— Значит его толком к этому и не готовили? Это многое объясняет.
— Что объясняет? — не понял Брендан.
— Плохо он справляется. По моему скромному мнению.
Брендан недовольно засопел.
— Его светлость хороший воин.
— С этим я как раз и не спорю. Но продолжай, пожалуйста. И что же случилось?
— Аманда подговорила Ульриха, брата Его Светлости, участвовать в заговоре против короля.
— Аманда? Подговорила? А сам он что — думать не умел? — съехидничала я.
— Умел, но все говорят, что он был сущим простаком. Рубил с плеча, его больше турниры и лошади интересовали. Он и читать толком не умел. А Аманда уже тогда была в центре всех сплетен и интриг королевского двора.
— Слабо верится, Брендан. Уж прости. Все заговоры плетутся осознано и все хотят получить свою выгоду. И невинных овечек там не бывает. Но продолжай. Что там дальше было? Их раскрыли? А где был Роланд?
— Он был в своем первом походе, и знать не знал и слыхом не слыхивал ни про какой заговор. Они с Амандой ровесники и выросли вместе. Они, как говорят, все детство не сильно ладили. А потом этот заговор. Они хотели свергнуть короля и на его место возвести Ульриха, брата Его Светлости. Но их раскрыли и тот погиб, сражаясь с дворцовой стражей. Говорят, гвардейцы короля только вдесятером его смогли одолеть.
— А какие у него права на престол? — не поняла я.
— Ну, так они же родственники нынешнего короля Карла. Ты не знала? Он их дядя по матери. А наследников у него до сих пор нет. Правда он и не старый. Успеет еще, — удивился моему невежеству Брендан.
— А что с Амандой?
— Она очень хотела стать королевой.
— Она думает, что это очень весело?
— А разве нет? Балы, танцы, развлечения?
— Бумаги, министры, казна и смертные приговоры. А еще заговоры и отравления. А еще…, хотя впрочем, не важно. Продолжай.
— Она же оборотень. Молодая, красивая, знатная. Не мог же король ее казнить? Вот он и предложил ей найти мужа. И быстро. Иначе он сам его выберет. Ну Его Светлость на ней и женился.
— Не поняла. Зачем женился?
— Так она сказала, что носит наследника Ронсеваля. Она была беременна от Ульриха тогда. Его светлости просто ничего не оставалось. Иначе ребенок его брата родился бы незаконнорожденным. А Его Сиятельство не мог этого допустить.
— Ясно. А где сейчас ребенок? И сколько ему?
— Ему десять. В столице. Там школа. Его сиятельство навещает мальчика и собирается привести его лет через пять сюда.
Ну правильно, десять лет назад меня это событие никак затронуть не могло. Может быть, до нашего
