Осторожно пройдя вдоль стены, высунулся и посмотрел на внутренний двор.
Так и есть.
Начинаются поединки «пересветов» с «челубеями».
Противники стояли друг против друга, огнестрел уже на земле. Появление на поле боя откровенного «лаоваи» не вызвало ожидаемого ажиотажа, глаза противников уже направлены на мишени, даже с маузером в руках я им неинтересен.
Рядом со стеной дома из земли торчат три вкопанных деревянных столба, измочаленных множеством рубящих ударов: здесь у островитян было место тренировки. Ох, не нравится мне вся эта затея!
Джай быстро отдал гортанно прозвучавший короткий приказ. Я даже не успел заметить, как гуркхи повытаскивали свои изогнутые секиры. Индус опустил полуавтомат, вытащил свой тесак. Противников у моих подопечных было тоже трое, баронги уже в руках. Психологическое противостояние длилось секунд двадцать, за которые я успел заметить, что клинки островитян длиннее, чем кукри горцев и индуса. Но я точно знал, что разница в размере гуркхов не остановит.
Долбаные вы фехтовальщики!
— Jai Mahakali, Ayo Gorkhali! — хором заорали братья.
Знаю, знаю, уже рассказали. У них даже татуировки такие нанесены на плечах, это боевой девиз гуркхов, переводится как «Слава великой Кали, идут гуркхи!».
Свирепые хлопцы. И умелые. Я не хотел бы, по своей воле или вынужденно, выступать против любого из шестерки — здесь мои умения бесполезны, а практики работы с национальным холодным оружием этого региона — ноль. Зарубят к чертовой матери.
Поэтому благоразумно постоим в сторонке. Со стволом в руке: маузера я опускать не собирался.
Джай выбрал себе наиболее высокого, мужик поступил честно и достойно. Боец индусу подобрался более чем приличный — с виду не просто опытный, тертый. Худой, жилистый, с прыгучими ногами. И клинок у него длиннее дюйма на три. Странно, но вот за Джая я почему-то не боюсь. Не знаю, что он за боец на «холодняке», в реале. Но есть у меня такое ощущение.
Поединщики встали друг против друга.
Биш крикнул — они начали.
Выходец с Борнео сразу закрутил «восьмерку». Наконец-то! Я все думал: в реальных ситуациях они тоже так накручивают, как в кино? Или внутренние практики разумней? Скорее всего, справедливо последнее, но этот даяк выбрал нажим на психику. Видно было — крепко тренировался хлопец. Клинок практически исчез, растворился в воздухе. Вот только ощутимой пользы подобное вращение не приносит, в каждый момент времени рукоять фиксируется неплотно, клинок неустойчив, протяжки его нет, и самый опасный участок — по контуру движения острия: там рассечет напрочь. Но чуть ближе — уже удар слаб.
В предпоследней моей экспедиции один геодезист, парнишка из Челябинска, показывал замечательную технику развала «восьмерки» простой палкой — умело и резко бил тычковым ударом в центр, по кисти, которая в такой технике практически не защищена. И все. Только вот годной палки, длинной и ровной, у Джая не было. А ждать индусу долго не стоит: надоест даяку крутить «винты» — перейдет в наступление, с длинными руками и клинком нападать ему будет вполне комфортно.
Фехтование на таких снарядах чревато — тяжелые клинки, по-модному каленные за 60 HRC,[31] не обладают достаточной вязкостью. Это вам не настоящие деловые мачете из «сыромятины», которые при чудовищном по силе столкновении с себе подобным обходятся глубокими зарубками.
Но Джай решился, да у него и выхода иного не было.
Перевернув кукри обратной стороной, он на шаг резко подскочил к противнику и наотмашь хлестнул толстым прочным обухом кукри параллельно земле — очень сильно. В воздухе звякнуло, рука с кукри отлетела вниз, а баронг вообще не выдержал кинетики удара — со звоном лопнул, посылая острый осколок в стену дома. Даяк побледнел в одну секунду, но двигаться не прекратил, не остолбенел. Мгновенно вытащил из кармана штанов «план Б» — хулиганистый балисонг: без всякой показухи, теперь уже самым простейшим и быстрым способом разворачивая его в левой руке.
Но он уже опаздывал.
После хлесткого удара, при котором лезвие листовидного баронга врезалось в толстый обух кукри, Джай и не подумал возвращать свой тесак на старую траекторию, просто перевернул в мертвой точке «правильной» стороной, подпрыгнул, поднимая руку, и обрушил на противника клюющий удар сверху. Тот еще успел принять решение и, не щадя левого предплечья, подставил его под основание кукри — не помогло. Сама форма этого снаряда такова, что при ударе сверху он прибивает «за щит», как бы клюет. Мощный удар перекатился через руку даяка, и тесак с хрустом влепился в голову островитянина…
Зашибись тут дуэли выглядят!
Ни разу не мушкетерщина, когда граненая шпага, пролетев через голубенькую накидку с золотыми крестами, не оставляет и пятнышка. Натуралистично до жути.
А мне не было страшно. Заглянув на секунду в себя, я почувствовал, как неведомое Черное поднимается аж до гортани, вытесняя мирный теплый воздух… Если в России уже есть спокойные уютные бабушки, пекущие днем пирожки с капустой, а вечерами сидящие с семечками на завалинках, то им мои нынешние глаза очень не понравились бы. А уж детворе про такое рассказывать точно не стоит. Или стоит? В этом натуралистичном мире.
В тишине Джай выдернул кукри с еле слышным «чавком».
Как и положено, клинковый бой длился меньше минуты — это и есть главная святая правда подобных поединков. Не успевают уставать и соскучиться противники, если они действительно хотят убить, а не думают о том, как бы после непродуманных лозунгов мирно разбежаться по задворкам.
Индус, тяжело дыша, отошел в сторону; к поверженному приближаться и не подумал: нельзя, дуэль сразу закончится, начнется свирепый свал.
Вторым в пару встал Биш.
Его противник тоже был неплох — плохие ножевые бойцы такими делами не занимаются, они на снайперов учатся.
Тут «восьмерок», переводов и перехватов практически не было, сразу пошла рубка.
Оба старались работать обухом, но это на таких скоростях нереально, сколько ни тренируйся, обязательно не успеваешь и ошибаешься. Ятаганный эффект кукри, который можно очень неплохо использовать в бою, имеет и обратную сторону — с обуха отбив у такого оружия неточный, порой просто хаотичный. Уже через несколько секунд баронг сошел с обуха удачно для островитянина, прочертив на левом плече Биша глубокий порез.
Я напрягся, краем глаза заметив, как вскочил Джай.
Биш не оплошал. Глазом не моргнув, он быстро переложил оружие в раненую руку, еще не начавшую неметь, и с левой успел мазнуть снизу по «рабочей» кисти соперника — даяк гортанно вскрикнул. Мне показалось, что он глазами, силой мысли, мистически старается удержать уже выпадающий из руки клинок.
Хрясь!
Один точный взмах — и кукри наполовину ушел под ключицу. Basta…
Гуркха выдернул тесак, сделал два шага и тяжело сел на землю, где его подхватил индус, уже разрывающий индпакет.
Третий поединок мне не понравился с самого начала.
И не только мне одному.
Противник маленького Хара явно превосходил его. Во всем. Комплекция, взгляд, поза, духовитость и физика… Руки в резаных шрамах, настоящих, не искусственных — бывают такие хитрецы, лично встречал, — нормальная практика в племенах, порой в древние времена мальчикам еще в юности наносили, для гонору.
Баронг держит крепко, но легко, пальцы не гуляют нервно по рукояти, а мизинец отпущен. Сам снаряд старый, заслуженный, в патине — былых мастеров работа, значит, и кален толково, не хрустнет за просто так.
Хана парню, не сдюжит.
Я поймал умоляющий взгляд индуса.
Перевел глаза на сидящего рядом с ним уже перевязанного старшего брата последнего поединщика. Биш быстро поднял глаза, хотя и так все прекрасно видел. Скрытое, но то же самое. Они не могут, Хар им этого не простит.
Понял, братцы, понял…
— Возьми другой клинок, парень! Покороче! — Как можно больше наглости в голосе, Федя! — Если ты мужчина.
