Эдди кивком указал на противоположную сторону столовой. Я проследила за его взглядом и увидела, что Джилл стоит у чьего-то стола, смеется и разговаривает с сидящими. В руках у нее был поднос, и похоже было, что Джилл остановилась по пути с раздачи. За столом сидел Мика с друзьями, и я обрадовалась, что Джилл снова хорошо себя чувствует в обществе друзей.
– Отлично, – сказала я, возвращаясь к своему обеду. – Я рада, что она со всеми ладит.
Эдди удивленно уставился на меня.
– Ты что, не видишь, что происходит?
Я затормозила, не донеся яблоко до рта. Терпеть не могу такие вопросы, нацеленные на определенный ответ. Они означают, что я снова упустила какие-то социальные тонкости – никогда они мне не давались. Посмотрев еще раз на Джилл, я рискнула высказать предположение:
– Что, Мика пытается снова завязать с ней роман?
– Конечно, нет! – заявил Эдди таким тоном, словно я обязана была это понимать. – Он сейчас встречается с Клер Киприано.
– Извини. Я не в состоянии следить за перипетиями личной жизни всех учеников. Но я добавлю это в свой список дел – ну, знаешь, сразу после вопросов о заговорах алхимиков и о том, охотятся ли Воины за Джилл.
Эдди, неотлучно глядевший на Джилл, кивнул. Интересно, он вообще слышал хоть слово из того, что я сказала?
– Трэвис и Хуан хотят пригласить ее куда-нибудь.
– Ну и что? Она уже усвоила урок насчет вампирско-человеческих романов. – Еще мне бы это усвоить! – Она им откажет.
– Все равно им не следовало приставать к ней! – прорычал Эдди.
Не похоже было, чтобы внимание молодых людей как-то напрягало Джилл. На самом деле я рада была увидеть ее для разнообразия веселой и улыбающейся. Уверенность шла ей и соответствовала ее царственному статусу, и ей определенно нравилась эта шутливая беседа. Что я точно уяснила, обучаясь тонкостям взаимодействия в обществе, так это то, что флиртовать и встречаться с кем-то – не одно и то же. Моя подруга Юлия была экспертом в этих вопросах. Если Джилл это радует, я уж точно не вижу в этом никаких проблем.
Честно говоря, похоже, вопрос поклонников Джилл больше всего волнует Эдди. Теоретически его оправдывает то, что он стремится защищать ее, но сейчас он продемонстрировал уж чересчур личное отношение. Я решила вернуть его к его собственному роману, о котором ему следовало бы думать.
– А где Ангелина?
Джилл двинулась в нашу сторону. Успокоившийся Эдди повернулся ко мне.
– Вот именно об этом мы и хотели с тобой поговорить.
Когда кто-то хочет со мной поговорить, это означает, что намечается что-то странное. Уже стрясшиеся неприятности обходятся без вступлений. О них сообщают немедленно. А такое вот продуманное вступление может означать что угодно.
– Что происходит? – спросила я, когда Джилл уселась. – Что с Ангелиной?
Джилл понимающе переглянулась с Эдди.
– Мы думаем, что Ангелина во что-то ввязалась, – сказала она и секунду спустя уточнила: – Во что-то скверное.
Как, опять?! О, нет! Я повернулась к Эдди.
– Она все еще держится на расстоянии?
– Угу. Она обедала с нами вчера. – Эдди нахмурился. – Но она ведет себя странно. И не объясняет, чем это она так занята.
– А когда мы ее распрашиваем, она начинает нервничать, – поддержала его Джилл. – Странно оно как-то. Я думаю, у нее какие-то неприятности.
Я откинулась на спинку стула.
– Неприятности, в которые влипает Ангелина, обычно происходят спонтанно и неожиданно. А судя по вашим описаниям, она что-то втайне задумала. Это не в ее стиле. В худшем случае она трудится над запрещенным гардеробом.
Эдди, похоже, хотел улыбнуться, но удержался.
– Верно.
Джилл мои доводы, судя по всему, не убедили.
– Ты должна поговорить с ней. Выяснить, что происходит.
– А почему бы тебе не поговорить с ней? – поинтересовалась я, глядя на них поочередно. – Ты живешь с ней в одной комнате.
– Мы пытались, – возразила Джилл. – Я же тебе сказала. Чем больше мы говорим, тем больше она злится.
– Могу ее понять! – огрызнулась я. – Послушай, мне очень жаль, что с ней происходит что-то странное. И я не хочу, чтобы у Ангелины были неприятности, можешь мне поверить. Но я уже поддерживаю ее, насколько могу. Я уладила ее проблему с математикой. Моя задача – обеспечить, чтобы она оставалась в школе и не испортила твоего прикрытия. Все остальное к делу не относится, и у меня сейчас нет времени на излишества. И если она не хочет разговаривать с тобой, с чего ты взяла, что она станет разговаривать со мной?
Я произнесла это несколько более резко, чем хотела. На самом деле я беспокоюсь о них обо всех. И не хочу, чтобы у группы были какие-то проблемы. И все же меня всегда несколько раздражает, когда они идут ко мне с подобными драмами, как будто я их мать. Они относятся к числу самых умных и компетентных моих знакомых. Я им не нужна. А Ангелина – не криминальный гений. Вычислить ее мотивы должно быть не так уж трудно.
Оба они замешкались с ответом.
– Ну, просто ты умеешь обращаться с людьми, – сказала наконец Джилл.
Да, такой комплимент мне нечасто доводилось слышать.
– Я не делаю ничего особенного. Я просто настойчива. Не оставляйте усилий, и, возможно, вы своего добьетесь.
Увидев, что Джилл собирается возразить, я добавила:
– Пожалуйста, не надо упрашивать меня заняться этим немедленно. Вы оба знаете, что я очень занята.
Я многозначительно посмотрела на обоих. Оба знали про Маркуса, а Джилл знала и про сестру мисс Тервиллингер. Несколько мгновений спустя они осознали, что я имею в виду, и слегка смутились.
Эдди слегка подтолкнул Джилл локтем.
– Она права. Нам надо разобраться с Ангелиной самостоятельно.
– Ладно, – отозвалась Джилл. Но радость моя была недолгой. – Мы попробуем еще немного. Но если так ничего и не выйдет, Сидни сможет вмешаться.
Я застонала.
Позднее, расставшись с ними, я невольно вспомнила про слова Маркуса в Сан-Бернардино о том, как алхимиков ставят на должность прислуги. Я попыталась уверить себя, что Джилл с Эдди все уладят сами – в смысле, мне не придется в это вмешиваться. Если, конечно, предположить, что Ангелина не замышляет ничего катастрофического.
К несчастью, вскоре мои надежды поколебались, когда я немного позже отправилась на автобус, курсирующий по кампусу. На выходных на маршруте была всего одна машина, и приехал он к нам как раз после мужского общежития. Я обнаружила в автобусе Трея, со счастливым видом уставившегося в окно. Когда он увидел меня, улыбка исчезла с его лица.
– Привет, – поздоровалась я, усаживаясь рядом с ним. Трей отчего-то занервничал. – Ты с занятий?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
