— Тут, должно быть, пиявок полно,— брезгливо проговорил цирковой маг, заметив, как, потревоженная людским вторжением, в чахлую траву, покрывающую редкие кочки стремительно уползает змейка.
— Спасибо, Омигус,— с отвращением откликнулась Луара.— Ты всегда найдешь, как поддержать друзей!
— Ничего-ничего,— попытался успокоить ее Конан.— Осталось совсем немного. Через часик будем у моря… искупаемся…
И, словно разбуженная неосторожными словами циркача, появилась пиявка — но вовсе не такая, какую они предполагали увидеть.
В пятидесяти шагах от них болотная жижа вдруг всколыхнулась — так закипает вода в гигантском котле, затем разошлась в стороны, словно раздвигаемая руками великана, и из образовавшейся бреши с оглушительным чмоканьем вылетело оно — исполинских размеров, серо-зеленое лоснящееся создание, шагов двадцать длиной, толщиной в два обхвата.
Ни конечностей, ни головы, ни глаз, ни носа у него было — просто уродливая, изломанная в трех суставах колбаса, увенчанная круглой розовой склизкой пастью с тремя частоколами мелких, но очень острых зубов. И пасть эта жадно открывалась и закрывалась.
Бьется ли в чудище жизнь, стало ясно, когда оно сделало глубокий, явственно слышимый вдох и из его прожорливой пасти вырвалась мощная струя смрадного воздуха.
Бестия покачивалась над ними и, казалось, выбирала, с кого начать завтрак. Над болотом поднялся доселе невидимый хрящеватый хвост с шипом на конце. Блестели на солнце зубы-иглы.
— Бежим! — крикнул киммериец.— Обратно к пустыне! Разбегайтесь в стороны!..
Но было поздно.
Вытянув себя из болота на всю свою длину, тварь метнулась вперед и с шумом, подняв тучу брызг, шлепнулась в грязь. Людей спасло только чудо — она промахнулась на несколько локтей. На убегающих путников обрушился дождь грязи. Однако чудовище тут же поднялось и вновь бросилось в атаку. Предательская жижа сковывала движение, каждый шаг давался ценой неимоверных усилий.
— Давай, колдуй! Где же твоя магия?! — крикнул на ходу Конан.
— Это опять… та сила… варвар… Огромная мощь…— ответил уже вконец запыхавшийся чародей.
— Быстрее! Шевелитесь! В пустыню! Там она нас не достанет! — Киммериец остановился, вытаскивая из ножен меч. «Жаль, наточить не успел»,— подумал он и двинулся навстречу скользкой уродине.
Конан прикинул длину прыжка этой дряни и, когда та оказалась от него в одном броске, резко отпрыгнул.
Тварь пролетела мимо, но — этого Конан не предвидел — выбросила в его сторону хрящеватый шипастый хвост.
Северянин стоял не очень удачно, и единственное, что смог сделать, это отбить летящий в грудь, похожий на коготь хищной птицы шип, но избежать удара хвоста он все же не сумел.
Варвара отбросило в отвратительную жижу. До крови ободрало кожу. Он попытался вскочить на ноги… однако твердой почвы под собой не обнаружил. Он угодил в яму, до краев наполненную грязью, и его неудержимо тянуло вниз, ко дну. Конан бессильно застонал, положил меч поперек краев ямы и попытался вытянуть себя из ловушки. Ничего не получилось: болото не намеревалось выпускать человека из своих объятий. Вот зеленая жижа уже скрыла его по грудь, вот достигла горла, подобралась к носу…
Болотная тварь не напала на него, а продолжила преследование оставленных Конаном людей.
Почти никто из них не заметил, что их предводитель попал в западню.
* * *
Никто не заметил, что отстал и Омигус. Вернее, он остановился. Повернулся лицом к надвигающейся твари. Рванул с плеча сумку.
Во все стороны полетели всевозможные вещи, ее наполнявшие. Наконец фальшивый маг нашел, что искал — небольшой поцарапанный пузырек, заткнутый деревянной пробкой, и выцветший мешочек. Он боялся, что пробка глубоко засела в горлышке и он провозится с ней непозволительно долго, или же что пробка окажется с изъяном, а внутрь мешка попала влага… Но боги, которым он когда-то поклонялся, в этот день и час, как видно, снизошли к своему запутавшемуся чаду. Затычка без труда выскочила из пузырька, а порошок в мешочке сохранил свой резкий сладковатый запах, что говорило о его полной пригодности. Теперь достаточно лишь насыпать его в пузырек, добавить немного воды, любой, пусть даже грязной, и — дело сделано.
До этого момента Омигус не отрывал глаз от флакончика — боялся испугаться жуткой твари. Но не выдержал, поднял голову. Огромная, заслоняющая полнеба громада была шагах в пятнадцати от него.
«Эх, сейчас бы глоточек холодного осветленного»,— подумал он. Руки его предательски дрожали, перехватило дыхание… Пронзительный крик кхитаянки «Оми! Оми!» остановил Луару и Ки-шон. Оглянувшись, они увидели мага и налетающую на него пиявку. Циркача поглотила гигантская пасть.
— А-а-а! — вырвалось из груди Ки-шон, и, доселе почти невозмутимая, кхитаянка без чувств упала в грязь.
* * *
Конан тоже увидел, как чудовище догнало Омигуса, но ничего не мог поделать. Выругавшись вполголоса, он яростно завозился в оковах трясины, но стало только хуже: густая, с отвратительным запахом гуща накрыла его с головой.
* * *
Порошок просыпался мимо, но и внутрь какая-то его часть все же попала. «Хватит, должно быть»,— как заклинание пробормотал Омигус. Он зачерпнул пригоршню мутной водицы и вдруг почувствовал, как все вокруг потемнело. Его подхватило с земли, он обо что-то ударился, над головой пронеслись какие-то желтоватые зубья. Рука с водой сама по себе накрыла горлышко пузырька. «Успел,— мелькнуло у него в голове, когда он услышал знакомое шипение: во флакончике пробуждалась адская смесь. Теперь он мог умереть спокойно.— Жаль, что я так не добрался до тамошних кабачков… Пропустите, ребята, по стаканчику за мое здоровье в Гиль…» И тьма поглотила его.
* * *
Почувствовав, как некая могущественная сила ухватила его за ворот и резко рванула вверх, Конан решил было, что это Кром пришел за ним, дабы отвести в свою Долину Теней — в царство мертвых. Таинственная сила тянула и тянула его, и вот наконец Конан, жадно хватая ртом воздух, вылетел на поверхность и навзничь рухнул в жухлую траву.
С ног до головы перепачканный зеленой болотной жижей, со всклокоченными волосами, но довольно улыбающийся, над ним стоял чародей Ловар.
— Смотри-ка, варвар,— радостно сообщил он.— Я во второй раз буквально за волосы вытаскиваю тебя из лап смерти!
* * *
То, что произошло, заставило людей содрогнуться от омерзения. Заглотившая Омигуса тварь разинула пасть, изготовившись к очередному прыжку, но так и застыла. Из отверстия, утыканного сверкающими кинжалообразными зубами, повалил дым. Звук, похожий на писк щенка, Которому сжали пальцами горло, но усиленный тысячекратно, вынудил всех заткнуть уши. Чудовище задрожало, его телу пошли волдыри. Потом они лопнули, и в спине бестии образовалась огромная дыра, из которой ударил столб огня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
